Линда Холл - Сердце женщины

Кэтлин начала поспешно накрывать на стол, но Гордон остановил ее.

— Сегодня мы не будем ужинать в кухне, — заявил он.

— Но почему? Разве сегодня праздник? — удивилась Кэтлин.

— А ты не догадываешься?

Ничего не объясняя, он увлек ее в гостиную, усадил в кресло и приказал отдыхать, пока все не будет готово.

С изумлением Кэтлин наблюдала за тем, как Гордон расставляет дорогой сервиз, раскладывает по тарелкам принесенную с собой еду, откупоривает вино. В довершение всего посередине стола появились две витые свечи в изящных серебряных подсвечниках, извлеченные откуда-то со дна коробки.

Гордон зажег свечи и разлил искрящееся вино по бокалам. Затем, подойдя к хозяйке дома и галантно подав ей руку, торжественно произнес:

— Прошу к столу!

Все это напомнило Кэтлин день их свадьбы. Тогда муж с таинственным видом провел ее в дальний угол комнаты и извлек оттуда довольно увесистую коробку, доверху набитую различными сладостями. «Пусть я не в состоянии устроить медовый месяц, но медовый день мне вполне по силам», — сказал он.

И хотя оба любили сладкое, в тот вечер им было не до конфет…

Растроганная этими воспоминаниями, молодая женщина приблизилась к столу. Оказалось, что Гордон заказал практически все любимые ею блюда. Потрясенно глядя на это изобилие, Кэтлин воскликнула:

— Зачем так много! Мы никогда столько не съедим!

— Давай хотя бы начнем. — Он придвинул ей стул. — То, что останется, подождет до завтра.

Весь вечер Гордон не спускал с Кэтлин глаз. Его затуманенный страстью взор обещал море наслаждения… и ничего больше.

Впрочем, ей не на что было жаловаться. По крайней мере, этот мужчина никогда ее не обманывал. Он всегда был откровенен в своих намерениях. И вчера Кэтлин знала, что Гордон не любит ее, однако это не помешало провести им безумную ночь.

И теперь слишком поздно отрицать случившееся. Да и стоит ли? Если рассуждать логически, то их отношения строятся вовсе не на одном сексе — по крайней мере, с ее стороны. Она любит Гордона, а разве преступление — дарить любимому то, что он желает получить?

К тому же Кэтлин, несмотря ни на что, продолжала в глубине души надеяться, что Гордон испытывает к ней помимо сексуального влечения еще что-то. Иначе зачем ему так упорно добиваться ее расположения?

С такой потрясающей внешностью, как у него, можно менять женщин хоть каждый день… И он наверняка не раз так поступал, вдруг ревниво подумала Кэтлин. Насчет своей внешности она никогда не обольщалась: мужчины редко ухаживали за ней, предпочитая флиртовать с хорошенькой сестричкой.

Но ведь что-то же заставило Гордона вернуться, да еще спустя столько лет!

Когда они поели, Гордон опять не позволил ей что-либо делать. Сам привел в порядок стол и перемыл посуду. Затем подошел к Кэтлин и протянул к ней руки. Молодая женщина робко поднялась ему навстречу, и он нежно привлек ее к своей груди.

Они еще спали, когда зазвонил телефон. Гордон сонно пошевелился и крепче обнял Кэтлин.

— Не бери, — прошептал он.

Однако аппарат продолжал трезвонить. Кэтлин мягко высвободилась из мужских объятий.

— Я больше не могу.

Сев, она дотянулась до прикроватной тумбочки и сняла трубку.

— Кэтлин? — послышался голос Эммы; только она могла звонить в любое время дня и ночи. — Ты не спишь?

— Уже нет. — Старшая сестра посмотрела на будильник: без четверти семь. — Как прошла поездка?

— Великолепно! Мы с Фрэнком веселились до упаду. Ты разобралась со своим садом?

— Целиком и полностью. Осталось только посадить цветы да кое-какие травы.

— Так быстро? — недоверчиво переспросила Эмма. — Тебе помогал Гордон?

— Да. Одна бы я так скоро не управилась. — Кэтлин улыбнулась, почувствовав, как мужские губы коснулись ее плеча.

— Кэтлин, знаешь что… — осторожно начала младшая сестра, — на прошлой неделе я была в гостях у родителей и рассказала им, что он… что Гордон ремонтировал коттедж вместе с нами.

Так вот почему Аманда и Джордж попытались подсунуть ей Роберта! Кэтлин с трудом удержалась от смеха. Сами того не ведая, родители, решив отдалить дочь от Флемминга, подтолкнули ее в его объятия. Потенциальный соперник заставил Гордона действовать более решительно, и в конце концов она не устояла перед соблазном.

Теперь он лежит рядом с ней, и его губы нежно скользят по ее гладкой коже.

— Ты не сердишься на меня, Кэтлин? — с тревогой спросила сестра.

— А на что мне сердиться? Я никогда не делала из этого секрета.

Гордон приподнялся. Прислушиваясь к разговору, он прошептал:

— Вы о чем?

— Тсс! — Кэтлин шутливо зажала ему рот свободной рукой.

Гордон чувственно поцеловал ее ладонь. Затем его язык скользнул дальше, к запястью, заставляя сердце молодой женщины забиться чаще.

Между тем Эмма продолжала:

— Мне кажется, мама и папа отнеслись к нему несправедливо. Когда вы поженились, я была слишком мала для того, чтобы во всем разобраться. Однако даже тогда я считала, что Гордон не желает тебе ничего плохого.

— Так… так и было, — согласилась Кэтлин. Ласки возлюбленного сводили ее с ума, и лишь с большим трудом ей удавалось говорить спокойно.

— Но теперь, когда Гордон стал уважаемым человеком, родители наверняка изменят свое решение. К тому же он такой, такой… Ну, ты только посмотри на него!

Кэтлин послушалась сестру. Глядя на великолепного обнаженного мужчину, лежащего рядом, и чувствуя, как кровь закипает в жилах, она со вздохом произнесла:

— Нет, они вряд ли передумают… Извини, Эмма, я вчера очень устала… Мне надо еще поспать.

Повесив трубку, она повернулась к Гордону.

— Устала? — лукаво поддразнил он.

— Страшно. — Кэтлин откинулась на подушки и потянула его на себя.

— Может, мне тогда перестать? — Его губы сомкнулись вокруг ее затвердевшего соска.

— Нет… только не сейчас…

Однако Гордон и не думал останавливаться.

— Звонила Эмма? — приподняв голову, спросил он. — О чем вы говорили?

— О тебе. Она сказала, что ты потрясающий мужчина.

— Я польщен. — Гордон игриво укусил ее за мочку уха. — А что скажешь ты, дорогая?

— Я? Вот это!

И Кэтлин пылко поцеловала его в чувственные губы.

Какая разница, почему Гордон с ней! Она любит его, любит безумно и не собирается больше отказываться от своего счастья. Пусть он думает, что она согласилась на его предложение: взаимное удовлетворение обоюдной страсти, и никаких обязательств.

Она никогда не признается Гордону в том, на какое унижение пошла, когда решилась быть с любимым, сознавая, что ее чувство отнюдь не взаимно. Никогда не расскажет, чего ей стоило заключить подобную сделку с совестью.