Энн Мэтер - Традиции семейства Санчес

— Она не проявляет такого восторга, когда я покупаю ей мороженое. У меня явно не тот подход!

Рейчел не хотела, чтобы Оливия говорила такие вещи, но она говорила от души, и Рейчел не могла ее оборвать. Вместо этого она улыбнулась и со смехом согласилась. Было уже довольно поздно, когда они вернулись в Хуанастру, и Мария подскочила от восторга, увидев огромную машину, припаркованную перед входом виллы.

— Папочка дома, папочка дома! — закричала она возбужденно.

— Да, я вижу, — сказала Оливия и спросила, обратившись к Рейчел: — Как я выгляжу?

Рейчел оглядела, ее.

— Великолепно, — ответила она, кивая. — Тебе идет эта прическа. Мне надо тоже сходить в этот салон.

Оливия скривилась.

— Нет, тебе не нужен парикмахер, — заявила она. — Ты всегда выглядишь прелестно, и волосы у тебя густые и мягкие. Мои нужно завивать, иначе они смотрятся ужасно!

Волосы Оливии были короткими и жесткими, и она завивала их крупными локонами. Рейчел знала, что Оливия на самом деле уверена в своей привлекательности. Когда они вышли из машины, Рейчел крепко взяла за руку Марию и сказала:

— Пусть сначала мамочка поприветствует папу, Мария. Она тоже волнуется, ты видишь.

Мария запротестовала, но Оливия все равно ушла. Рейчел и Мария медленно направились за ней. Когда они поднялись по лестнице на веранду, Рейчел отпустила Марию, и она побежала к своим родителям. Рейчел замешкалась, не зная, следует ли подняться в свою комнату или присоединиться к ним. Однако внезапно из гостиной вышел мужчина и остановился в холле, нетерпеливо поглядывая на нее.

— Андре! — воскликнула она, схватившись за косяк двери, чтобы удержать равновесие. — Ч-что ты здесь делаешь?

Андре Санчес внимательно оглядел ее.

— У меня были кое-какие дела в Рио, и я прилетел вместе с Маркусом, — холодно ответил он. — Как ты, Рейчел? Ты хорошо выглядишь.

Рейчел удивленно покачала головой.

— Я чувствую себя замечательно, — сказала она, недовольная тем, что не может скрыть свое волнение. — А ты? Как ты?

— Прекрасно, — ответил он безразлично.

— Это хорошо. — Рейчел слегка поежилась. — Ты извинишь меня? — И, прошмыгнув мимо него, она направилась к лестнице. Однако голос Оливии остановил ее:

— Рейчел! Рейчел, не уходи! Иди сюда и посмотри, что мне привез Маркус, что он привез всем нам!

Рейчел сжала губы и затем, проигнорировав подозрительный взгляд Андре, вошла в гостиную и тепло поздоровалась с Маркусом. Маркус был ниже, чем Андре, и не таким стройным. Его приветливое лицо сияло.

— Моя жена говорит, что я должен поблагодарить тебя за то, что она не чувствовала себя одинокой, пока меня не было, — сказал он. — Поэтому прими это вместе с моей благодарностью!

Он протянул Рейчел сверток, и она растерянно взяла его в руки. Если бы взгляд Андре не был в это время обращен на нее, она приняла бы подарок с радостью, но теперь она предпочла бы просто исчезнуть в своей комнате, вместо того чтобы вступать в беседу с Маркусом. Появление Андре вызвало у Рейчел шок. Он был так холоден, так равнодушен, в то время как Рейчел дрожала, как кролик, в его присутствии. Кроме того, она рассердилась. Рассердилась на то, что Андре так бесцеремонно явился сюда, нарушив ее покой — покой, который она с таким трудом обрела.

Сделав над собой усилие, она сняла перевязанную лентой цветную обертку, и в руках у нее оказалась маленькая коробочка. Внутри она обнаружила футляр, а в нем — пару бриллиантовых серег. Они сверкнули в лучах заходящего солнца, и Рейчел взглянула на Маркуса со слезами на глазах. «Глупо быть такой чувствительной», — сердито сказала себе. Эти серьги были почти в точности такими же, какие ей однажды подарил Андре.

— Я… я просто не знаю, что сказать, — начала она, качая головой.

Маркус легонько дотронулся до ее плеча.

— Это только подарок, пустяк, — ласково произнес он. — Я рад, что они тебе нравятся.

— Можно мне посмотреть? — спросил Андре мягко и, взяв Рейчел за руку, поднес футляр к свету. — Гм. Очень красивые, — небрежно заметил он. — У тебя, Маркус, хороший вкус. Это ценная вещь.

Рейчел закрыла футляр с легким щелчком.

— Для меня это не ценность, — сказала она напряженным голосом, — для меня это подарок.

— Ты знаешь, как говорят, дорогая? Бриллианты — это лучшие друзья девушки! — засмеялась Оливия.

Рейчел поняла, что Оливия чувствует ее настроение, и произнесла:

— Теперь, пожалуйста, извините меня… — Она направилась к выходу, но Мария остановила ее.

— А ты не хочешь посмотреть, что подарили мне? — настойчиво спросила она, и снова Рейчел должна была уступить.

— Конечно, хочу, Мария, — ответила она, улыбаясь. — Что папочка привез тебе?

Мария продемонстрировала свое запястье. На нем был прелестный золотой браслет с изображениями святых.

— О, какой чудесный! — воскликнула Рейчел восторженно. — Ты поблагодарила папу?

— Да. И еще мне подарили вот это. — Мария показала Рейчел коробку, в которой лежала большая кукла в национальном бразильском костюме.

— О, какая красивая, — сказала Рейчел. — У тебя ведь нет бразильской куклы.

— Я знаю. Это мне привез дядя Андре.

— Понятно, — вздохнула Рейчел. — Очень мило с его стороны.

Затем она направилась к двери:

— Право, мне нужно пойти и переодеться.

Мария нахмурилась:

— Но ты ведь не видела ожерелье, которое папочка привез маме!

Оливия вспыхнула.

— Рейчел увидит его попозже, — проговорила она взволнованно. — Мне нужно пойти позаботиться о комнате для тебя, Андре, и об ужине.

Андре вежливо наклонил голову, и Оливия вышла из комнаты вместе с Рейчел. Когда дверь за ними закрылась, она сказала:

— Мне очень жаль, Рейчел! Рейчел заставила себя улыбнуться.

— Не глупи, Оливия. Мне все равно. — Она прикусила губу. — В конце концов, Андре приехал не ко мне.

Оливия вздохнула:

— Ну, раз ты так говоришь… Рейчел погладила руку Оливии.

— Не волнуйся. Сосредоточься на том, чтобы показать своему мужу, как ты рада его видеть!

Оливия, испытав явное облегчение, отправилась на кухню, чтобы известить кухарку о приезде гостя, а Рейчел медленно поднялась к себе. Пульс ее лихорадочно бился, а внутри все трепетало, как будто там были бабочки. В своей комнате она закрыла дверь и непроизвольно заперла ее. Не то чтобы она боялась вторжения Андре, скорее она опасалась, что Мария может прибежать, застать ее в слезах и сообщить всем об этом.

Она села на свою кровать и, открыв футляр, достала серьги и приложила их к своим ушам. В зеркале, стоявшем на туалетном столике, Рейчел видела свое отражение. Серьги очень шли ей. Она с вздохом опустила их в коробочку. Затем Рейчел разделась и, отправившись в ванную, встала под душ. Ей казалось, что под прохладной водой она вновь обретет способность ясно мыслить.