Конни Банкер - Недотрога

Когда, спустя почти два часа, Вики вернулась в гостиную, она твердо решила больше никогда не поддаваться страсти. Однако оказалось, что Тони сидит там один, а Мартина и след простыл.

– Он устал. Я отвел его в спальню. – Тони даже не подумал включить верхний свет – большая комната была погружена во мрак, который отчасти рассеивал мягкий, приглушенный свет двух настольных ламп.

– Надо было позвать меня.

– Я вполне в состоянии уложить своего дядюшку спать, Вики. И потом, ты, кажется, получала удовольствие от своего каторжного труда.

– Вовсе нет! – Вики заметила, что Тони, судя по всему, выпил изрядно. Голос у него был абсолютно трезвым, однако на круглом столике рядом с ним стояла полупустая бутылка виски, а сам он расслабленно растянулся на диване.

Он скучает по Ким, решила Вики, скучает, но не хочет себе в этом признаться. А поскольку он слишком много выпил, ему хочется помучить и ее. Волосы у него растрепались, словно он безостановочно взъерошивал свою шевелюру пальцами. Он напомнил ей обиженного мальчишку. Ей захотелось пригладить ему волосы, успокоить, приласкать…

Но в его присутствии ей снова стало жарко. Волна желания, зародившись внизу живота, постепенно охватывала ее всю.

– Ладно, хорошо, – согласился он, – ты не мученица. Может, ты нарочно избегаешь меня? Да. Избегаешь. По-моему, так и есть. – Он пошарил рукой по столу, нащупал стакан и долил в него остатки виски. Поднеся стакан к губам, он посмотрел на нее. – Но зачем тебе меня избегать? Вот загадка, правда? Если ты, конечно, не… – он медленно цедил слова и вдруг наградил ее молниеносной улыбкой, от которой у Вики едва не остановилось сердце, – если это не потому, что я к тебе прикоснулся… Скажи, Вики, разве я не прав?

Вики почувствовала, что близка к обмороку. Теперь она в точности понимала чувства девушек викторианской эпохи. Сердце готово выскочить из груди, ноги подкашиваются, лоб покрыт испариной.

– Иди сюда, сядь рядом со мной, и мы обо всем поговорим.

– Я совершенно не думала ни о чем таком, – солгала она, – а тебе надо перестать пить.

– Я больше ни капли не выпью, если ты подойдешь ко мне и сядешь рядом! – Он закинул руки за голову, не сводя с нее глаз.

Вики нерешительно шагнула к дивану. Чем ближе она подходила, тем сильнее ей хотелось броситься к нему. Наконец она оказалась прямо перед ним.

Тони немного подвинулся и похлопал рукой по сиденью.

– Садись. Вот сюда. Теплое местечко. Вики осторожно присела на краешек.

– Мне действительно жаль, что у тебя так вышло с Ким, – сказала она, отчего-то радуясь.

– Почему тебе жаль? Ведь она тебе не понравилась.

– Не сказала бы, что она мне не понравилась. Она просто очень сильно отличается от меня. Она даже немного меня испугала. Особенно ее высокий рост. – Рядом с Ким Вики казалась себе чуть ли не пигмеем.

– Ясно. Испугала. За что же ты ее жалеешь? Забыла, как она мне угрожала? И потом, я ведь тебе говорил, что все равно у нас с ней ничего бы не вышло. Ты должна радоваться.

– Ну… да, наверное. – Вики в очередной раз поразилась длине его ресниц. – Хотя всегда грустно, когда приходится разрывать отношения, правда? Конечно, ты, наверное, и здесь отличаешься от обычных людей, – задумчиво заключила она, – ведь тебе пришлось пережить столько романов.

– Спасибо большое, – оживился Тони. – Вот что мне в тебе больше всего нравится, так это то, что ты всегда говоришь правду, всю правду и ничего кроме правды. Что же, по-твоему, большое достоинство постоянно менять партнерш, выяснять отношения, строить новые?

– Мне очень жаль, если я тебя обидела.

– Вот как? Неужели? – Задумчивые голубые глаза медленно, нарочито медленно изучали ее, и Вики беспомощно кивнула. Он не глотал слова, как все пьяные, однако был необычайно для себя разговорчив и искренен. Наконец она увидела, как его рот медленно расплывается в улыбке. – Значит, тебе очень жаль?

– Мне жаль, что все так вышло, и жаль, что у меня вырвалось… неподобающее… – Почему он так на меня смотрит? Вики стало трудно дышать. Может быть, его глаза так блестят из-за спиртного? Вики почти не приходилось общаться с пьяными. Ее родители ставили на стол вино, только когда приходили гости, да еще на Рождество. Ни один ее знакомый не пил виски бутылками.

– Ты прощена. – Он негромко рассмеялся и вдруг, ловко дотянувшись до нее, схватил ее за запястье.

Как только его чуткие пальцы прикоснулись к ней, Вики испытала такое мощное желание, что ей стало стыдно. Оказывается, она все время ждала, когда же он дотронется до нее! И не просто ждала – она жаждала его прикосновений! Вожделение снова завладело ею. Она тихо вздохнула, и ее тело обмякло, словно вдруг ослабли державшие его невидимые струны.

– Мне надо идти, – услышала она собственные слова, но тут он придвинулся к ней. Мягкое сиденье прогнулось, и она скользнула в образовавшуюся впадину.

– Идти? – прошептал Тони ей в ухо. – У меня другое предложение. Я хочу продолжить с того места, где мы с тобой остановились…

7

– Продолжить с того места, где мы остановились?! – Вики была как в тумане; она не до конца поняла смысл сказанных Тони слов.

– Больше тебе не скрыться от меня под мешковатым свитером! – насмешливо протянул Тони. – Слишком поздно! Теперь я знаю, что ты прятала! – С этими словами он придвинулся к ней вплотную. Его рука скользнула ей на талию, а потом прошлась вверх, лаская ее вдоль позвоночника, до изгиба шеи.

Вики прижалась к нему всем телом. Какой он сильный! Он прав насчет мешковатых свитеров. Она носила их, словно броню, пытаясь защититься от нескромных взглядов.

– Я не… Тони… не надо…

– Перестань болтать. Лучше поцелуй меня. Целуй меня, Вики. – Тони ухмыльнулся, и она почувствовала, как ее губы против воли расползаются в улыбке.

Тони удивлялся сам себе. Где были его глаза? Как же он не замечал ее до сих пор? Как же не видел, до чего у нее манящие губы! Мягкие, полные, ярко-розовые. Им и помада ни к чему. Ее губы созданы для поцелуев. Он притянул ее ближе к себе и застонал от удовольствия, нежно приоткрывая ее губы языком и чувствуя, как она тает.

Вдруг Вики отпрянула и, нахмурив лоб, произнесла:

– Получается, я тебя поймала.

Тони едва не расхохотался, однако предпочел сохранить серьезную мину.

– Я уже большой мальчик, Вики. Полагаю, ты не обидишься, если я скажу, что не позволил бы тебе поймать меня в ловушку, если бы сам того не захотел. А я хочу тебя… Отчаянно!

Отчаянно? Вики показалось, что она ослышалась.

– Тони… ты слишком много выпил. Ты не владеешь собой…

– Я прекрасно владею собой. Более того, я в жизни так собой не владел! И я сейчас тебе это докажу. – Он обвел языком контур ее губ и почувствовал, как она задрожала всем телом. – Я вовсе не пьяница, – признался он. – За весь вечер выпил всего один стаканчик виски. Бутылка была почти пустая, когда я ее достал. – Он легко прикоснулся губами к ее щеке, потом наклонил ее голову назад и нежно поцеловал в шею. – Я вовсе не старался залить горе спиртным, – прошептал он. – Тебе до сих пор жаль меня?