Новый год: Доставка до двери - Ашира Хаан
Ох…
— Что… — хрипло говорю я, когда первый, самый сладкий поцелуй иссякает, и Снежинка примеряется ко второму. — Нет, я никогда тебя не пойму. Что изменилось? Стаканчик?
— Стаканчик, — кивает Снежинка совершенно серьезно, но в глазах ее искрится что-то волшебно-радостное.
— И все? — И все.
— Твой хаос… — вздыхаю я. И тут же поспешно добавляю: — Меня все устраивает!
Вообще всё.
26. Почти эпилог
Новый год мы встречаем в моей квартире.
Вообще-то Федор собирался отметить наше воссоединение в «Белом олене», но я была против. Нет, не потому, что там остались неприятные воспоминания.
Просто…
Мне хочется побыть с ним наедине в наш первый Новый Год…
— Уф! — выдыхает Федор. — Я думал, ты захочешь грандиозный праздник. Тогда я за елкой!
Елку он приволакивает утром 31 декабря. Понятия не имею, где он ее раздобыл — огромную, как он сам, пушистую, разлапистую, пахнущую свежей хвоей и морозом. Она занимает всю спальню и даже залезает ветками на кровать.
— Я… ненадолго уеду, — почему-то мнется Федор. — Через часик вернусь!
В Москве все еще девятибальные пробки и показатель уверенно ползет к десяти баллам.
Не разделяю его оптимизма, но киваю.
Он уже доказал свою надежность.
Мы ходим вокруг друг друга на цыпочках, боясь спугнуть то нежное и хрупкое между нами, что родилось так по-дурацки — из непоняток, дедлайнов и расписанных стаканчиков.
И таблички на двери! Как я могла забыть про табличку?
Как только Федор уезжает, я разыскиваю в телефоне номер Марата, с которого он мне писал, начиная марафон по передаче тетрадки с рецептами.
«Где табличка на двери?! СРОЧНО!» — пишу я.
«На подоконнике оставил».
В одном халате и носочках сбегаю на пролет вниз и спасаю циферки 5 и 7, которые ждут меня на окне. Осталась сущая мелочь — вернуть их на свое законное место.
Молотка и гвоздей у меня, конечно, нет. Зато есть малярный скотч.
Смотрится это ужасно, но мне важно, чтобы номер висел на двери, когда Федя вернется.
Звонок в дверь раздается ровно через час.
От неожиданности — хотя я ждала! — смазываю стрелку, которую рисовала на левом глазу.
Сердце колотится, как африканские барабаны, кожа полыхает огнем.
Прислоняю к щекам совершенно ледяные руки.
Как школьница!
Ну что за детский сад!
Делаю уверенный и независимый вид и направляюсь к двери.
Распахиваю и…
Вижу Мурата.
В синей униформе и белой шапочке. Не мой — но очень-очень похожей.
— Доставка! — заявляет он, белозубо улыбаясь. — Новогодняя доставка до двери.
Пакет в его руках завлекательно звякает.
Закрыв дверь, я засовываю внутрь нос и обнаруживаю там целую коллекцию шампанского — от безалкогольного до настоящего французского.
Федор не любит мелочиться!
Проходит еще пятнадцать минут — и снова звонок.
На этот раз я точно уверена, что это Федя, поэтому принимаю самую соблазнительную позу, открывая дверь… очередному курьеру.
Точнее — курьерше. Щуплая девчонка в белой шапочке протягивает мне огромную круглую коробку с прозрачным верхом, внутри которой высится трехэтажный торт, весь покрытый взбитыми сливками, в которых утопают щедро нарезанные фрукты.
— Доставка Нового Года! — звонко заявляет девушка. — Держите!
И когда я забираю у нее коробку, отступает на несколько шагов и фотографирует меня.
— Э!
— Привычка!
На третий звонок я спешу уже без тахикардии и лихорадки.
И оказываюсь права — третий курьер вручает мне термопакет, хмуро кивает и, развернувшись, топает вниз по лестнице. Помпон на его белой шапочке подпрыгивает на каждой ступеньке с таким же хмурым видом, что и он сам.
В пакете обнаруживаются контейнеры с салатами, нарезками и целых три вида горячего — судя по надписям, там утка в карамели, стерлядь по-царски и свиная рулька в темном пиве.
Никаких логотипов на контейнерах нет, но мне не надо даже проверять меню на сайте, чтобы с абсолютной уверенностью сказать, что вся эта роскошь из «Белого оленя».
Если мы не идем в папин ресторан — папин ресторан идет к нам?
Четвертого звонка я не дожидаюсь.
Вместо этого я слышу громоподобный стук за дверью и, выскочив на лестницу, чуть не прибиваю дверью — наконец-то Федора.
С молотком.
— Вот… — говорит он немного смущенно. — Ребята говорят, ты вернула номер, но…
Я закатываю глаза и, повиснув у него на шее, втаскиваю в квартиру.
Вместе с молотком. Что ж, номер квартиры 57 снова на своем месте…
— Ты решил на Новый год отступить от своих правил и привез не сбалансированный по белкам, жирам и углеводам правильный новогодний ужин, а… разврат какой-то? — первым делом предъявляю претензии.
— Творческим людям нужна вкусная, а не полезная еда, — совершенно серьезно и даже с назидательными нотками в голосе сообщает Федор, наклоняясь ко мне, чтобы поцеловать.
Я уже рассчитываю на продолжение, но он преступно быстро отрывается от меня, чтобы подхватить все коробки и пакеты, которые я бросила в прихожей и оттащить их на кухню.
— Ты теперь планируешь разработать специальный рацион для творческих личностей? — подкалываю я.
К моему ужасу, он замирает на пороге кухни и так глубоко задумывается, что брови соединяются на переносице, окончательно придавив бедную складочку.
— Эй, я пошутила!
— Нет, знаешь… Это мысль.
Он поворачивается ко мне и замирает.
И я замираю, глядя снизу вверх в его потря
Замерли глядя друг на друга. Не в силах оторваться.
Его теплые карие глаза разжигают во мне обжигающий огонь, дышать становится все труднее и труднее, будто мы находимся в эпицентре пожара, и кислород уже выгорел абсолютно весь.
— Пойдем… накрывать на стол, — хрипло говорит Федор и откашливается. — А то пропустим новый год…
— А новый год никак нельзя пропустить! — закатываю я глаза.
Что за слишком правильный мужчина! За что мне это?
Федор даже не дает мне приблизиться к столу.
Во-первых, он занимаетр собой три четверти кухни, а оставшуюся четверть занимают роскошные яства.
Во-вторых, он так ловко и технично сервировал угощение, что мне оставалось только завистливо вздыхать.
Ах да, он же рос буквально в ресторане.
Поэтому выставленное на стол все лучшее сразу — и стерлядь, и утку, и рульку, и закуски, и салаты, — не смотрится нелепым нагромождением блюд, а выглядит гармонично.
Из всех видов шампанского попасть к нам на стол удостоились всего три.
Я наблюдаю за ним с тайной улыбкой.
