Патриция Линн - Удача новичка

Ее размышления прервал тихий стук в дверь.

— Кажется, у нас большие проблемы, — дрожащим голосом сообщила Нэнси. — Здесь миссис Стреттон. Она утверждает, что три недели назад заказала две вазы и вы сказали, что они будут готовы через день…

— Я сама принимала заказ, — кивнула Эшли. — Вазы здесь?

— Нет, и я не могла найти данных, что они были заказаны. В компьютере ничего для миссис Стреттон нет.

Эшли охватила паника. Она помнила, что приняла заказ по телефону. Этот день да и вся неделя были настоящим кошмаром. Репортеры приходили и уходили, телефонные звонки не умолкали ни на секунду.

— О нет, — прошептала она. — Я забыла внести ее заказ?

— Видимо, так. Что же нам теперь делать?

Эшли несколько раз глубоко вдохнула, чтобы успокоиться.

— Я сама этим займусь. — И она направилась к двери, мысленно готовя себя к встрече с очень богатой, очень требовательной и, должно быть, очень рассерженной Лиз Стреттон.

— Не вижу причин для расстройства, — сказал Джеффри, выходя с бокалами на балкон, где сидела его невеста. — Лиз Стреттон первоклассная стерва, это всем известно. Почему ты просто не выпроводила ее?

— Потому что это была моя ошибка, а Лиз выгодная покупательница. Я обещала ей, что попытаюсь все исправить.

Уже целых тридцать минут Эшли старалась ему объяснить, почему она продала вазы по более низкой цене, но он не принимал ее доводов. Впрочем, с недавних пор их мнения не совпадали и по многим другим вопросам.

— Ты потеряла деньги на этой сделке. — Пожав плечами, Джеффри сел напротив.

— Зато, хотелось бы надеяться, я не потеряла свою покупательницу, которая к тому же имеет влияние и авторитет.

— А какая тебе разница? Через пару недель ты вообще можешь не ходить в магазин. Продай его — и избавишься от головной боли, которую приносит тебе общение со всеми этими требовательными людьми.

Эшли нахмурилась. День был ужасным, голова у нее продолжала гудеть, она рассчитывала на сочувствие и поддержку жениха, а тот вдруг ни с того ни с сего предлагает ей отказаться от ее бизнеса.

— О чем ты говоришь? Почему я должна продавать магазин?

— А зачем его держать? Когда ты получишь деньги от «Стилл уотерз», тебе не нужно будет работать. Зачем связываться с тем, что приносит больше неудобств, чем денег?

— И что же ты предлагаешь мне взамен? — удивилась Эшли.

— Мы смогли бы путешествовать.

— Путешествовать? — Мало ей этого безумного дня, так еще Джеффри без ее ведома решил полностью изменить ее жизнь. — Куда, например, и с какой целью?

— Куда захотим, дорогая. Посмотрим мир.

— А твоя работа?

— Ерунда. Я могу оставить ее в любое время, — ухмыльнулся он. — Знаешь, у меня появилась отличная идея. Давай поженимся, пока будем в Нью-Йорке.

Эшли с трудом сдерживала гнев. В последнее время Джеффри был полон великих идей и замечательных планов, легко тратя деньги, которые она еще даже не получила.

— Тебе известно, что я хочу венчаться здесь, — напомнила она.

— Но все-таки подумай над этим. Мы поженимся в Нью-Йорке и сразу улетим в Париж, чтобы провести там наш медовый месяц. Что может быть романтичнее?

Эшли резко встала.

— Нет, Джеффри, Я не хочу лететь в Париж.

— Конечно, это твои деньги, и мы обязаны делать все по-твоему. Ведь так, Эшли? — Удивленная его неожиданной вспышкой, она только молча смотрела на него, а он продолжал: — Никогда не думал, что ты настолько расчетлива. Ты не знаешь, как расслабляться и хорошо проводить время. Тебе нужно все распланировать до малейших деталей.

— Неправда! Я могу так же хорошо проводить время, как и любой другой.

— Когда это было в последний раз?

«В Уиндсонге», — чуть не выпалила Эшли, но вовремя спохватилась.

— Послушай, Джеффри, — устало произнесла она. — Двести тысяч долларов не те деньги, которые позволят нам оставить работу и жить как ленивые богачи. Кстати, после уплаты налогов сумма будет значительно меньше. Если мы разумно вложим эти средства, то обеспечим себе вполне комфортную жизнь.

— Господи, ты хоть слышишь, что говоришь? У тебя когда-нибудь, хотя бы раз в твоей образцовой жизни возникала непрактичная мысль или стихийный порыв?

Она тут же вспомнила Джастина, несущего ее в спальню. Та ночь была одним стихийным порывом, безответственным и невменяемым.

— Я не могу вести упорядоченную жизнь, Эшли. Ты должна многое изменить, или наш брак вообще ни к чему.

Она смотрела на стоящего перед ней человека теперь уже как бы со стороны, и то, что она видела, ей очень не правилось.

— Даже не предполагала, что ты можешь быть таким непредсказуемым.

Он пожал плечами:

— Жизнь скучна, если время от времени ты ее не встряхиваешь. — Джеффри на секунду замолчал. — Возможно, мы… Я не знаю. Возможно, нам следует пересмотреть свое решение. Возможно, мы знали друг друга не так хорошо, как считали.

Эшли чуть не рассмеялась, но, сдержавшись, ответила:

— Возможно, ты прав.

— Я… — Он выглядел растерянным. — Мы поговорим завтра.

— Спокойной ночи, Джеффри.

Они молча вернулись в комнату. Она проводила его взглядом и, когда дверь за ним закрылась, посмотрела на кольцо. Бриллиант потерял весь свой блеск.

Эшли всегда любила отцовский кабинет с теплотой его панелей орехового дерева и рядами книжных полок. Там она провела лучшую часть детства и юности. Поэтому сейчас, после «задушевного» разговора с Джеффри, ей не показалось странным ее желание поехать туда, несмотря на поздний час.

Приняв горячий душ, чтобы снять напряжение, и две таблетки от головной боли, Эшли торопливо оделась, села в машину и через тридцать минут уже была у дома отца.

Ник провел дочь в кабинет, оба, как всегда, устроились на старом кожаном диване, и он выслушал ее подробный рассказ о дневных событиях. Умолчала она только о споре с Джеффри.

— От этой истории с рыбой я почти свихнулась, папа.

— Я думал, тебе помогает Джеффри.

— Он главным образом интересуется предложениями, которые принесут нам деньги. Ничто другое его не волнует. Но моя самая большая проблема — это репортеры. Они пронюхали, что я скоро еду в Нью-Йорк, а самый противный из бульварной газеты обнаружил связь между Джастином и его отцом.

— Повезло мальчику. Сделает новости одной строкой.

— Не смейся. — Помолчав, Эшли спросила: — Почему ты не рассказал мне о Джастине?

— А что я должен был тебе рассказать?

— Что ты оказал большое влияние на его жизнь. Научил ловить рыбу, не так ли?

Ник улыбнулся и кивнул.

— В то время нам обоим требовался собеседник, который бы выслушал тебя и которому было бы интересно то, что ты говоришь. Я потерял твою мать, и на меня свалилась громадная ответственность по воспитанию двух маленьких девочек. А Джастин восстал против образа жизни, уготованного ему как будущему наследнику. Невзгоды сблизили нас, мы помогли друг другу пережить трудный период. Вот и все. Когда ты сказала, что хочешь научиться ловить рыбу, я сразу подумал о нем. — Ник внимательно посмотрел на дочь. — Я сделал ошибку?