Бетти Сандерс - Свадьба — это только начало

Дома его встретила тишина. Несмотря на страшную усталость, Грант не смог сразу лечь спать. Потирая шею, он снял туфли и в носках отправился на кухню. Он не стал включать свет и подошел к холодильнику.

— Там еще осталось кое-что из китайского ресторана, — неожиданно раздался голос Хью.

Грант мгновенно повернулся.

— Извини, если испугал тебя. — Хью сел за стол, положив на него руки. Он выглядел… постаревшим. — Знаешь, в снегопаде есть что-то умиротворяющее. — Хью замолчал и посмотрел на Гранта. — Кажется, вы с Шарон очень хорошо ладите, — тихо сказал он.

Удивленный, Грант насторожился.

— Наверное, мы надеялись увидеть… в общем… мне казалось… вы не сможете ужиться. Но… — Хью покачал головой, — совершенно очевидно, что вы любите друг друга. Мне очень жаль, что у нас было такое неправильное суждение о тебе.

Почему, черт возьми, Хью решил, будто они с Шарон любят друг друга? Грант не мог этого понять. И не знал, что ответить тестю. Ведь не станет же он доказывать Хью, что тот ошибается и они с Шарон только друзья.

— С тех пор как мы здесь, — продолжал Хью, — мы с Дороти успели многое увидеть и все время делились впечатлениями друг с другом. Совершенно ясно, что Кэсси любит Шарон и… девочка счастлива. — Он понизил голос. — Тяжело сознавать, что жизнь продолжается и без нашей Кэтрин. Но надо смотреть правде в глаза, даже самой грустной. — Было видно, что Хью очень волнуется. — Мы должны попросить прощения за очень многое, Грант. За то, как мы вели себя во время болезни Кэтрин… — Его голос, превратившись в шепот, затих.

Почему? — хотелось спросить Гранту. Почему они отдалились от него, когда заболела Кэтрин? Когда он нуждался в их помощи, как никогда прежде? Почему они затеяли это дело с опекой? Неужели они думают, что могут вот так просто извиниться — и он простит их? Все это только слова, а они бессильны заглушить боль, которую он по-прежнему испытывал при мысли о прошлом.

И все же… он повернулся, шагнул вперед и собрался заговорить. Его пробрала дрожь. Нет, он не мог переступить через мучения, которые пережил из-за Хью и Дороти.

— Забудьте об этом, — угрюмо пробормотал он, не найдя в себе в данный момент слов, действительно означавших прощение. Хью, ничего не отвечая, ждал, и Грант вышел из кухни.

Шарон читала, лежа в кровати. Грант задержался на пороге, затем медленно закрыл за собой дверь.

— Ты видел Хью? Он хотел дождаться тебя. — Она отложила книгу.

Грант молча кивнул.

— У вас был разговор?

— Что-то в этом роде, — выдавил из себя Грант.

— Мне кажется, это необходимо, Грант. Знаю, что тебе трудно, но… Вечером я тоже с ним разговаривала. Думаю… нет, уверена, что они страдают.

— Вот и прекрасно, — вырвалось у него, хотя он совсем не это хотел сказать. — А каково мне? — Он попытался разжечь прежнюю злость, разбередить старые раны. Но вместо этого ощутил лишь безразличие и страх, что он вообще никогда не сможет простить. Ему стало не по себе от этой мысли. Он опустился на пол у кровати и обхватил голову руками. — Не знаю, — прошептал он. — Совершенно не знаю.

Грант не был уверен, к кому обращался с этими словами. И какой смысл в них вкладывал. Давно скрываемые эмоции вдруг вырвались наружу и теперь не поддавались контролю.

— Пойди поговори с ним, — тихо попросила Шарон, садясь позади Гранта, чтобы помассировать ему плечи. Ему так хотелось повернуться, обнять ее и забыть обо всем на свете. Только он и она. Хотя бы на мгновение. Это была не столько физическая потребность, сколько стремление к душевному покою.

— Я не уверен, что смогу простить его.

— Сможешь.

Грант улыбнулся Шарон. Она нисколько не сомневалась, в отличие от него.

— Я могу пойти с тобой, — предложила она.

— Нет. — Грант покачал головой. — Это я должен сделать один.

Присутствие Шарон, ее слова, ее прикосновения придавали ему силу. Каким-то загадочным образом ей удалось убедить его в необходимости поговорить с Хью.

Грант взял руки Шарон в свои, пожал их, поднялся и вышел из спальни. В горле у него пересохло, и весь он был натянут как струна.

Войдя в кухню, он сначала подумал, что там никого нет. Но что это? Услышав приглушенное рыдание, он оторопел. Хью стоял у темного окна. Плечи его тряслись.

Хью вновь всхлипнул, и Гранта пронзила острая боль. Боль, лишь усилившая его мрачное настроение.

— Нет. — Одно-единственное слово вырвалось из глубины его души. Он шагнул вперед и взял Хью за плечо. Тот вздрогнул и попытался высвободиться. Но Грант его не выпустил.

В следующую секунду они уже стискивали друг друга в объятиях. Худоба тестя неожиданно вызвала у Гранта прилив сострадания. В конце концов, перед ним был всего лишь беззащитный старый человек. Сдавленные рыдания и прерывистое дыхание Хью разрывали душу Гранта, из его глаз тоже хлынули слезы. Их боль слилась воедино, и было непонятно, кто кого утешает.

— Мы с тобой точь-в-точь две старые бабки, тебе не кажется? — сказал Хью.

Грант глубоко вздохнул, стараясь справиться со смущением.

— Ладно… — Хью немного отодвинулся. — По крайней мере хоть свидетелей нет. — Он положил руку на плечо Гранту и посмотрел ему в глаза. — Будь добр, выслушай меня.

Эти простые слова, откровенная мольба во взгляде Хью совершенно обезоружили Гранта. Когда-то он любил этого человека — и любит до сих пор. Сей факт не стоило больше отрицать. Грант кивнул, и они сели. Огня не зажигали, понимая, что исповедоваться легче в темноте.

Хью говорил не останавливаясь. О том, что ему и Дороти пришлось пережить, когда они узнали о болезни дочери. Они невольно искали виновного в этой беде. И Грант оказался удобной мишенью. Они оттолкнули его от себя. Отказали ему в помощи. Перестали слушаться разума, заменив его злобой, страхом и горечью.

— Ты был не единственным, с кем мы поступили подобным образом. Спроси всех наших родных и друзей. А когда Кэтрин… не стало, мы словно лишились рассудка. Были уверены, что потеряли тебя. Мысль о том, что мы потеряем и Кэсси, не давала нам покоя. Поэтому мы убедили себя, что должны забрать ее у тебя. Вероятно, мы пытались возместить нашу утрату — Кэтрин. Когда ты женился на Шарон… Это было последней каплей. Наши опасения потерять Кэсси вдруг обрели реальность. Я имею в виду то, что у Шарон — свои родные, у тебя — свои. Мы вам были больше не нужны. — Грант собрался возражать, но Хью поднял руку. — Мы приехали сюда, готовые к сражению за Кэсси. А вместо этого поняли, что она счастлива.

— Она никогда не забудет Кэтрин. Мы этого не допустим, — тихо пообещал Грант.

Хью кивнул и с минуту молчал.