Инид Джохансон - Взаимный интерес

Само по себе это, безусловно, плюс. Остается запастись терпением и ждать. Грегори молча поднялся, забрал у Лив чашку с остывшим кофе и взамен подвинул стакан апельсинового сока.

Девушка осторожно поднесла стакан к губам, в каждом ее движении сквозила неуверенность и тревога. Сердце Грегори сжалось от жалости. Неужели Лив боится его?

— Послушай, — снова заговорил он, — Кэтлин очень милая девушка. Примерно твоя ровесница, привлекательная, талантливая, умная. За ней хвостом таскаются тучи поклонников. Но поверь мне, пожалуйста, я нисколько не претендую на ее руку и сердце. У меня и в мыслях не было жениться на ней или завести с ней роман. И вот еще что… — Грегори слегка понизил голос: — Я предпочитаю блондинок с сапфировыми глазами, в которых мелькают фиолетовые искорки. Высоких, стройных, очаровательных блондинок со стройным станом и округлыми формами… — Он осекся, увидев, как щеки Лив заливает мучительный румянец.

Она явно поняла намек. Дальше можно было не продолжать. Правда, раз он уже так поспешил, надо объясниться до конца и правильно расставить акценты.

Сердце Грегори билось глухо и тревожно, душа тлела на медленном огне, но тон оставался ровным и спокойным. Стараясь не впадать ни в патетику, ни в легкомысленный тон, он произнес:

— Когда я сказал о своем намерении сделать наш брак настоящим, то подразумевал не кратковременную связь. Я не ищу развлечений, чтобы скрасить совместное проживание. Я предлагал быть вместе всегда: в радости и горе, пока смерть не разлучит нас. Я имел в виду нечто серьезное и настоящее — общую жизнь и целый выводок ребятишек.

«Почему?» — так и рвалось с губ Лив, но она смолчала. Не хотелось услышать, как Грегори будет пытаться убедить ее, будто сражен любовью к ней. Нет и нет! Это неправда! А вдруг — правда? Хочет ли она, чтобы это оказалось правдой?

Даже самой себе Лив не могла бы ответить на этот вопрос. К тому же следовало учесть, что стремлению Грегори сделать их брак настоящим могло найтись и другое объяснение. Что, если он видит в жене-модели свой шанс на удачу, счастливый билет, который избавит его от необходимости зарабатывать на жизнь тяжелым, нудным трудом?

Почему-то в это второе предположение верилось с трудом. Возможно, из-за искренних, задушевных ноток, что сквозили в голосе Грегори. Так или иначе, но Лив против воли начинала верить ему.

В горле у нее внезапно пересохло, и она поспешно сделала большой глоток апельсинового сока. Но даже горьковатый свежий вкус напитка не помог обрести ясность мысли и нащупать под ногами твердую почву.

— Но я вовсе не хочу замуж, — дрожащим голосом ответила она. — Ты же прекрасно знал об этом, когда мы заключали соглашение.

Для Грегори пришло время достойно отступить, позволить зароненному зернышку укрепиться, пустить корни и в конце концов расцвести и принести чудесные плоды. Он улыбнулся и едва заметно пожал плечами.

— Разумеется, знал. Но даже ты со временем можешь передумать. У тебя еще целый год в запасе, вдруг изменишь мнение? А теперь не пора ли нам сменить тему и насладиться погожим днем?

Он глотнул еще кофе, и на лице его отобразилась гримаса комического отчаяния.

— Нда, хотелось мне чего-нибудь прохладительного — и вот, пожалуйста, кофе безнадежно остыл. Съешь хоть что-нибудь.

Грегори кивнул на рогалики и тарелку со свежими фруктами и направился в кухню. Он весь взмок, сердце отчаянно колотилось. Трудно выдерживать легкий, ничего не значащий тон и изображать почти что-то идиотическое веселье, когда на уме совсем иное. Какие уж тут легкость и веселье, когда единственное желание — схватить Лив в охапку, поднять на руки, сорвать с нее всю одежду до последней ниточки и покрыть поцелуями каждый дюйм умопомрачительного тела…

Он тяжело вздохнул и поставил чайник на плиту.

— Проголодалась?

— До смерти! — с широкой, радостной улыбкой отозвалась Лив.

Грегори казалось — он в жизни не видел ничего прекраснее. Он поспешно отвернулся, чтобы эта ослепительная красота не сбила его с пути истинного. Отворив дверь на террасу, он сбросил с плеч рюкзак, где осталась лишь пустая бутылка из-под воды да пакет от фруктов.

Но смотреть в сторону было выше его сил, и Грегори вновь обратил взор на Лив. Она стояла в солнечном луче, на ее лице играли причудливые блики, в волосах танцевали золотые искры. Почти весь день «молодожены» провели, гуляя по окрестным полям и лесам. Энергия и энтузиазм Лив поразили ее спутника. Она словно сбросила с плеч добрый десяток лет и превратилась в маленькую девчушку, вырвавшуюся на каникулы после скучных школьных будней.

И теперь, уже дома, загоревшая, усталая и полусонная, она еще не до конца вернулась из детства. Ее белая джинсовая куртка лишилась пары пуговиц, зато обрела новые украшения из сухих листочков и приставших к ткани веточек.

Но даже такая, раскрасневшаяся и растрепанная, Лив была ничуть не менее привлекательна, чем утром. Березовый листок запутался в волосах девушки, золотистые пряди спадали на плечи, и, повинуясь внезапному полету фантазии, Грегори вдруг остро позавидовал вольной цыганской жизни. Как это прекрасно — быть свободным от любых обязательств и бродить вдвоем с любимой по зеленым лесам и сельским дорогам. А с наступлением ночи расстелить плащ под пологом лесных деревьев и отнести туда свою самую драгоценную добычу. Ласкать шелковистую кожу, жадно следя, как в сонных глазах пробуждаются огоньки желания. Картина, нарисованная распаленным воображением, оказалась до того яркой, что на миг Грегори померещился вдали перезвон цыганских колокольчиков.

Тряхнув головой, он вернулся к реальности.

— Вот так посмотришь и решишь, будто тебя не волнует твоя внешность. А, Лив? Не очень-то характерно для фотомодели, да? В городе ты такая аккуратная, элегантная. А сейчас — волосы растрепались и полны листьев, как у майской невесты, а тебе хоть бы хны…

Он протянул руку и выпутал листок из кудрей девушки. Пальцы его дрогнули, прикоснувшись к золотистой волне. В ответ Лив невольно вздохнула и помотала головой, рассеивая оцепенение.

— Да нет, внешность меня вообще-то волнует. Но только когда я на подиуме или перед камерами. А в остальное время — ничуть, — честно ответила она. — Результат можешь оценить сам.

Что Грегори уже и сделал без всяких просьб с ее стороны. Эта прелестница, сама не осознающая магического эффекта своей красоты, точно магнитом притягивала его к себе. Промолчав, Грегори отбросил в сторону листок, и тот, кружась упал на пол.

Да, мрачно подумал влюбленный, тот еще выдался денек. Старательно соблюдать дистанцию и вести себя нежно, но отстранено, словно старший брат, не так-то легко, как он полагал. И все же Грегори отлично справился с ролью, ни разу не отступив от нее за весь долгий жаркий день…