Мэхелия Айзекс - Мера любви

Когда она вошла в кабинет, Ли стоял у стола спиной к ней, уставившись через грязное окно на двор. Его руки были засунуты под мышки, и Айрин почти с жадностью обвела взглядом его широкие плечи. Он слегка расставил ноги, и мускулистые бедра четко обрисовывались под тканью брюк. Господи, ну почему его вид приводит меня в такое недозволенное возбуждение?! — подумала Айрин. Ли был не первым мужчиной, который пытался подступиться к ней после смерти Сэма, однако именно он оказался способным превращать ее тело в мягкий воск.

— Садитесь, — сказал он не поворачиваясь. — Полагаю, вам интересно узнать, что все это означает?

— Да, конечно.

Нет! Айрин, как ей казалось, точно знала, о чем пойдет речь, и только жалела, что он тянет, вместо того чтобы сразу перейти к делу. Ли протяжно выдохнул.

— Ну, прежде всего я думаю, что должен извиниться за то, как повел себя на прошлой неделе. — Он сделал паузу. — Мне нет оправдания. То, что я сделал, непростительно. Я пригласил вас в свой дом, а потом самым подлым образом злоупотребил вашим доверием.

Она не собиралась садиться, но теперь обессиленно рухнула на стоявший рядом стул. Айрин даже представить себе не могла, что он будет просить прощения, и то, с какой поспешностью осудила этого человека, вызвало у нее угрызения совести.

— Послушайте, я... — неуверенно начала она, но Ли еще не закончил.

— Возможно, вы думаете, что именно поэтому я не появлялся здесь остаток недели, — продолжил он, поворачиваясь к ней, и, хотя Айрин не могла заставить себя встретиться с ним взглядом, краем глаза она заметила, как обострились черты его лица. — Может быть, и так, — добавил Ли, его пальцы принялись бесцельно перебирать лежавшие на столе бумаги. — Может быть, мне не хотелось признаваться в причинах своего поступка даже самому себе. И легче было уехать, отложив объяснение на потом.

— Мистер Роуленд, пожалуйста...

— В свое оправдание должен сказать, что у меня были веские основания, для того чтобы поехать в Стратфорд-он-Эйвон. Это последние скачки в нынешнем году. — Он скривил губы: — Можно также упомянуть о том, что вы... спровоцировали меня. Не очень-то лестно слышать от подчиненных, что у тебя не хватает мужества.

— Я этого не говорила...

— Все равно, — снова прервал ее Ли. — Только себя я могу винить за то мнение, которое сложилось у вас обо мне. Я почти ожидал услышать то, что вы тогда сказали. Вы вправе обвинить меня в том, что это было только предлогом для сексуального домогательства, если готовы зайти так далеко.

— Я так не думаю. — Айрин задумчиво покачала головой. Несколько мгновений она колебалась, а затем продолжила: — Я бы лучше забыла об этом, если не возражаете.

— Так, значит, мое поведение не убедило вас в том, что я виноват во всех преступлениях, которые мне приписывают?

— Нет.

— Это большое облегчение. — В его полуулыбке сквозила ирония. — Должно быть, вы единственная женщина в Хартфорде, способная отреагировать на случившееся подобным образом.

— Если... если вы хотите, чтобы я ушла...

— Нет, не хочу.

Его ответ прозвучал категорично, и Айрин почувствовала себя достаточно уверенной, чтобы встать.

— Тогда я пойду и продолжу свою работу, — сказала она, огибая стул и направляясь к двери.

— Постойте!

Поспешно произнесенная просьба заставила Айрин остановиться. Она с некоторой неохотой обернулась.

— Да?

— Я хочу попросить вас об одолжении, — пробормотал Ли, смущенно проводя рукой по волосам. — В уик-энд я связался со своим адвокатом, и он договорился, что мне на один день отдадут Кристи. — Он втянул в себя воздух. — Поскольку за последние два года я виделся с ней не так часто, мне бы хотелось, чтобы вы поехали со мной. Кроме того, если ее дед вновь попытается чинить препятствия, у меня будет свидетель на случай, если впоследствии он станет все отрицать.

8

Дом Коппеллов производил внушительное впечатление. Белый фасад, портик с колоннами, увенчанный аттиком, массивные резные двери. Однако Айрин он показался зловещим. Впрочем, это могло объясняться тем, что она относилась к своему пребыванию здесь с опаской.

Ей не хотелось ехать. Когда Ли попросил об этом, Айрин принялась отчаянно искать предлог, чтобы отказаться, хотя понимала, что сыщик должен использовать любую возможность получить информацию о подозреваемом. С одной стороны, Айрин боялась, что ее может кто-нибудь узнать, а с другой — не была уверена в том, что хочет знакомиться с дочерью Ли.

Ее и так уже слишком многое связывало с ним, чтобы позволить вовлечь себя и в его личную жизнь. Работа детектива предполагала, что она должна быть беспристрастной. А Пол Коппелл всего лишь стремился поступить так, как, должно быть, считала бы правильным умершая дочь. Разве в его ситуации Айрин вела бы себя иначе?

— Отец Синтии хочет, чтобы девочка носила его фамилию. Меня это не удивляет. Но как вы понимаете, я не допущу подобного.

С какой горечью он об этом говорит, подумала Айрин, когда Ли остановил машину перед парадным входом. И у него есть на то основания. Что чувствовала бы она сама, если бы родители Сэма попытались забрать у нее Эмми? Конечно, ничего подобного не случилось. Сэм даже не знал своего отца, а его мать умерла, когда он был подростком. Это, возможно, объясняло недостаток его уважения к собственному браку.

Тем временем джип остановился. Ли распахнул дверцу и, обогнув капот, подошел к Айрин, чтобы помочь выйти. Он надел поверх пиджака длинный черный плащ, и Айрин не могла не отметить, как тот ему идет.

— Готовы? — спросил он, и женщина прикусила нижнюю губу, чтобы та не дрожала.

— Готова. — Однако уверенности в ее словах было больше, чем в тоне.

— Хорошо, — сказал Ли и, к смущению Айрин, властно взял ее под локоть. — Пойдемте.

Она взглянула на него. Смуглое лицо с тонкими чертами теперь казалось резким, непримиримым, и Айрин опасалась, что и Кристи оно покажется таким же.

— Можно мне кое-что посоветовать вам? — тихо спросила она, когда Ли позвонил у двери.

По тому, как он обернулся, стало ясно, что он недоволен возникшей помехой. Тем не менее Ли кивнул, хотя и с некоторым нетерпением, и Айрин мягко сказала: — Расслабьтесь. Вы ведь не хотите напугать свою дочь, правда?

— Вы понятия не имеете, что... — хрипло начал он, но тут дверь отворилась и на пороге появилась молодая женщина в форме служанки.

— Да? — без тени почтения произнесла она, и Айрин с опаской ждала, что Ли поставит ее на место.

Но, к ее удивлению, он не стал этого делать, и она с любопытством наблюдала за переменой, произошедшей на его лице.