Натали Де Рамон - Ночь чудес

Но вдруг ей показалось, что в номер кто-то вошел. Она хотела спросить: «Кроличек! Это ты»? Но тогда нужно будет впустить его к себе в ванную, а в таком виде это совершенно нежелательно. И она открыла воду посильнее. Но почему же кроличек не ищет свою зайку? Почему не зовет ее? А вдруг это вернулся мерзавец?!

В голове кружил миллион мыслей, но ни одна из них брюнетку не устраивала. Лучше она просидит в этой ванной хоть неделю, чем общаться с ним с глазу на глаз. Нет, все дальнейшие переговоры с этим негодяем она будет вести только в присутствии Жанин! А если та с ним в сговоре? Тьфу, опять замкнутый круг.

Так, я сейчас постою под душем, надену халат, выпью чего-нибудь и лягу спать, иначе я свихнусь! А вдруг мерзавец уже предлагает записи кроличку? И тот согласится? Что я буду делать? Ее опять затрясло. И где он, кстати? Нет, спать нельзя, надо идти искать кроличка! С такой-то физиономией?..

И брюнетка опять зарыдала.

Прекрати лить слезы, наконец приказала она себе, никто не умер.

Она старательно улыбнулась своему отражению в зеркале, приняла душ, надела гостиничный махровый халат, намочила полотенце холодной водой и несколько раз приложила его к лицу. Придирчиво осмотрела результат в зеркале и, решив, что выглядит вполне сносно, вышла в гостиную. Распахнула окно, собрала рассыпанные вещи в сумочку, закрыла окно и позвонила шоферу с приказом немедленно явиться к ней. Но этот прохвост Мишель почему-то оказался на заправке и заявил, что будет только через полчаса.

Полчаса!

Нет-нет, надо держать себя в руках! Она почувствовала новый приступ ярости и зверский голод, которому в общем-то обрадовалась: значит, она справится с ситуацией! Ей всегда страшно хотелось есть, когда она нервничала, и чувство сытости приводило в равновесие, помогало сосредоточиться и найти нужное решение. Хорошо, что есть полчаса до прихода шофера.

Она позвонила в ресторан и заказала цыпленка, две бутылки вина, рыбу, свежие овощи, сыр и ананасовый компот. От одного уже составления меню ей стало легче, и она решила не вызывать Мишеля сюда, а продиктовать ему адрес. Пусть заправится и сразу едет за сумкой. Зачем терять время?

Она снова переговорила с Мишелем, еще раз проветрила апартаменты и даже не успела выкурить сигарету, как мальчик-посыльный привез нагруженную тележку и тут же ушел, обменяв тележку на пустую от прежнего заказа.

Заверещал мобильник.

Мишель. Должно быть, найти не может, бестолковый, уже без прежней ярости подумала брюнетка.

— Сумка у меня, мадам. Нет, без проблем, — отрапортовал шофер.

Глава 37,

в которой Валет не понимает, сколько времени он общался с унитазом

В паузах ему чудилось, будто в гостиной происходит какое-то движение, даже послышался мужской голос, упоминавший почему-то серого волка, но это стоило, впрочем, отнести скорее к области бреда, нежели к действительности.

Приходя в себя, он вновь вспоминал о том, что карты памяти остались беззащитными в коробке на диване, а Эльвира не откажет себе в удовольствии поинтересоваться ее содержимым. И вовсе не исключено, что тут может оказаться компьютер… Наконец в полном изнеможении Валет растянулся на кафельном с подогревом полу и даже, может быть, ненадолго забылся.

Он пришел в себя от ощущения жарчайшей жажды. Поднялся на ноги, припал к живительной струе, а потом с горечью посмотрел в зеркало. Хорош, нечего сказать. Эльвира ждет от него новых любовных подвигов, а он не способен даже душ принять. Припав к крану еще разок, он смахнул со смокинга несуществующую пыль и вышел в гостиную. Естественно, коробки на диване не оказалось. Валет поплелся в спальню.

Там было совершенно темно, немного света попадало только с улицы, а Эльвира спала, с головой завернувшись в одеяло и похрапывая. Стараясь не разбудить подругу, Валет попытался размотать с нее одеяло, чтобы ей было легче дышать, а самому было чем накрыться. И с ужасом увидел незнакомую очкастую физиономию. Человек сладко спал.

Зачем он спит в очках? Забавно, стало быть, это ее аматер, и они тут без него резвились. Молодец, девочка. Только вот сама-то она куда подевалась?

Хотя, впрочем, и так ясно — обнаружила карты памяти, собрала сумочку и была такова. И уже не важно, была у нее сейчас возможность посмотреть записи или нет, связана она с лохом-фликом или нет. Ее самой здесь нет больше, как нет и этих записей, которые еще вполне можно было бы продать…

Валет миролюбиво поправил на очкарике одеяло, вышел из спальни, поплотнее притворил дверь и решил перекусить, раз уж поспать не удастся. Но от запаха еды его снова замутило. Он просто глотнул из горлышка какого-то кисло-сладкого винца, прихватил со столика забытые Эльвирой пачку сигарет и зажигалку, хотел закурить, но рассудил, что засиживаться тут нечего, можно и уснуть — как потом с очкастым разбираться? Ничего не поделаешь, придется теперь искать Цыпу, надевать рыжий пуховик и возобновлять дружбу с тетей Фелис из Девятнадцатого округа.

Он закрыл за собой дверь номера, прошел по коридору и решил перекурить на лестнице. Спустился к окну, щелкнул зажигалкой, просто так посмотрел на улицу и вдруг обнаружил только что упоминавшийся остаточно рыжий пуховик. Пуховик был надет на качающуюся фигуру, которая сидела прямо на тротуаре прямо под окнами отеля, а двое служащих в униформе пытались ее поднять.

Не упустить бы эту!

Валет поскакал вниз через ступеньку, а в окно следующей площадки увидел, как Цыпа вместе с тем самым бывшим фликом подхватили фигуру в рыжем пуховике, и уже в окне следующего пролета: они запихивают ее в светлый «опелек», возле которого суетится Эльвира в норковой шубке. Правда, в шубе Валет ее никогда не видел, но спутать Эльвиру с кем бы то ни было просто немыслимо.

Больше он не выглядывал в окна, а вихрем несся по лестнице. У двери на улицу Валет чуть не сбил с ног Пер Ноэля, услышал вслед «Козел!» и вылетел в морозную ночь. Но почти не ощутил холода, а только то, что серебристый «опель» уже трогался с места.

— Браток! — Валет рванул к ближайшему «вольво», в котором дремал чей-то шофер. — Умоляю, за той машиной!

— Опух, парень? — Браток повертел мясистой шеей. — Я хозяина жду, очень мне надо с тобой гоняться!

Валет стиснул зубы и рванул к немолодой бордовой «хонде», в которой тоже виднелся водитель.

— Мэтр! — Валет дернул дверцу. — На колени встану! Жена с каким-то козлом сбежала! Вот! — Валет вспомнил о заветной сотне и о том, что еще никогда не видел ни одного человека, кому радужная сотня показалась бы лишней. — Вот! — Он помахал купюрой перед носом мэтра. — Уйдут…