Виктория Шарп - Верь только мне

— Хорошо, — огорченно согласился он. — Но, по крайней мере, разреши мне отвезти тебя. Ты в таком состоянии, что я просто за тебя боюсь.

Безразлично кивнув, Александра уселась в «мерседес» и устало откинулась на сиденье, прикрыв глаза. Ей было так плохо, что у нее не осталось сил даже на то, чтобы заплакать. Только сейчас она поняла, что все это время не переставала думать о Джордане и надеяться на какую-то сверхъестественную встречу. А когда становилось совсем невыносимо, утешала себя мыслью, что может в любой момент вернуться в Эльфинстон и увидеть его. Почему бы, собственно, и нет, ведь они же не ссорились и не расстались врагами? Но вот чудо случилось — Джордан сам, сам приехал к ней, чтобы предложить продолжить их отношения. И это после того, как она сбежала из Эльфинстона, даже не удосужившись написать ему прощальную записку и поблагодарить за гостеприимство. И надо же было такому случиться, чтобы именно в этот день позвонил Пол!

Теперь уже ничего не поправить. Разве посмеет она после сегодняшней сцены когда-нибудь заявиться в Эльфинстон? Да и поступи она так, как поведет себя Джордан? Выгонит ее, обдав холодным презрением? Александра не сомневалась, что Джордан не простит ей того, что она так быстро забыла его и согласилась встречаться с другим. Конечно же он слишком горд и самолюбив, чтобы терпеть соперника. Особенно если учесть, что именно это и послужило причиной его охлаждения к жене. Наверняка сейчас он думает о ней с глубоким презрением. Или, что еще более вероятно, не думает вообще. О чем еще рассуждать, если он даже не пожелал выслушать ее объяснения?

9

Александра провела бессонную ночь, заснув лишь под утро, и встала в самом скверном расположении духа. Голова болела, лицо опухло от слез, а желудок терзала мучительная изжога. В единственной комнате ее маленькой квартирки царил созвучный настроению хаос, но наводить порядок Александра даже не собиралась. К чему прикладывать усилия, если все равно придется провести уик-энд в одиночестве? К тому же у нее попросту не было сил, чтобы заниматься делами. Не говоря уж о том, чтобы приняться за какую-нибудь работу, требующую умственных усилий.

Не удосужившись снять ночную рубашку, Александра закуталась в пеньюар и закурила сигарету — скверная привычка, к которой она почти не возвращалась со студенческих времен. Но сейчас ей меньше всего хотелось думать о здоровье. Все было плохо, так плохо, что, казалось, хуже уже и быть не могло. Она снова осталась у разбитого корыта, потеряв разом и Пола, и Джордана. Жалкая, одинокая и никому не нужная.

Стремясь вволю упиться своим горем, Александра подошла к магнитофону и разыскала свою любимую кассету с душещипательными мелодиями. Однако насладиться самоистязанием не удалось. В тот момент, когда она вставляла кассету в магнитофон, телефон оглушительно затрещал, и Александра, вздрогнув от неожиданности, выронила сигарету.

— Черт возьми! — воскликнула она в смятении, не зная, за что хвататься: то ли тушить сигарету, грозившую проделать дырку на ковре, то ли бежать к телефону.

Судорожно раздавив ногой окурок, Александра метнулась к журнальному столику, на котором стоял телефон. По дороге она умудрилась зацепить полой пеньюара табуретку, и стоявшая на ней чашка с кофе опрокинулась на пол.

— Нет, это какой-то кошмар, — пробормотала Александра.

Наконец она добралась до телефона и, плюхнувшись в стоящее рядом кресло, порывисто схватила трубку.

— Да! — Александра так запыхалась, что с трудом смогла выдавить одно короткое слово. — Да, я вас слушаю, говорите, — повторила она, чуть отдышавшись.

— Доброе утро, Александра. Что случилось, почему у тебя такой взволнованный голос?

На какое-то мгновение Александре показалось, что потолок качнулся перед глазами. Если бы ей позвонила сама королева, наверное, она и тогда не была бы так поражена. Голос Джордана… Да не грезит ли она наяву?

— Джордан, — пролепетала она чуть ли не с испугом, — это… это ты?!

— Нет, это призрак, который является нехорошим девчонкам, которые плохо себя ведут и не слушаются старших. — Он рассмеялся, а затем до слуха Александры явственно донесся глубокий вздох. — Конечно же я, Александра, кто же еще? Да что с тобой, в конце концов? Ты не одна?

— Нет-нет, разумеется, одна! Просто… просто я не ожидала, что ты позвонишь, — неожиданно для себя самой призналась она.

Несколько секунд Джордан молчал, словно осмысливая ее слова.

— Дорогая моя мисс Лейн, я все больше склоняюсь к мысли, что вы неисправимая паникерша. — В его голосе звучала откровенная насмешка, но Александра была слишком счастлива, чтобы обидеться на Джордана. — Как ты могла подумать, что я не позвоню, когда я только вчера сказал тебе, что позвоню? У тебя есть основания считать, что я не держу свое слово?

— Нет, что ты, Джордан, конечно же нет! Но после вчерашнего… после того, как ты… как я…

— Ладно, я все понял. Скажи мне лучше, ты сегодня свободна? Если да, то я хотел бы приехать прямо сейчас.

— Прямо сейчас? — Александра почувствовала, что от волнения ей стало нечем дышать. — А где ты сейчас находишься?

— Странный вопрос! Дома, где же еще. Я имею в виду, не в Эльфинстоне, а в лондонском особняке на Парк-Лейн. Тебе хватит часа, чтобы окончательно проснуться?

— Наверное…

— Прекрасно, тогда я выезжаю.

Больше Александра ничего не успела сказать, так как Джордан отсоединился. Пару минут она растерянно смотрела на телефон, словно не веря, что этот разговор произошел на самом деле и что мужчина, которого она уже считала навсегда потерянным, сейчас приедет к ней. Но тут ее взгляд скользнул по залитому ковру, и Александра как ужаленная вскочила с кресла.

— О Боже! — простонала она, хватаясь руками за голову. — Он ведь сказал, что будет здесь уже через час! А у меня… у меня в доме самый настоящий бедлам!

Поминутно поглядывая на часы, Александра принялась энергично наводить порядок. Не прошло и пятнадцати минут, как квартира имела более-менее приличный вид. Справившись с беспорядком, Александра бросилась в ванную, но она едва успела высушить волосы феном, когда, к ее неописуемому ужасу, по квартире разнеслась трель звонка. Бросив взгляд в зеркало, Александра с досадой осознала, что не успела переодеться и теперь придется встречать гостя в домашней одежде. Но делать было нечего.

Однако, когда она открыла дверь и увидела на пороге Джордана с кучей пакетов в руках, все посторонние мысли вылетели у нее из головы. Как всегда, он был бесконечно обаятелен и безукоризненно элегантен, хотя сегодня на нем были простая кожаная куртка, клетчатая фланелевая рубашка и джинсы. А от его открытой теплой улыбки у Александры заныло сердце.