Дороти Уильямс - Всем сердцем

Эрика озабоченно оглядела гостей:

— Что-то не так?

— Да, — спокойно произнес Мартин. — Суп немного пересолен, только и всего. Ты разве не чувствуешь?

Эрика в отчаянии опустила глаза в тарелку. Конечно же, она не чувствует. У нее совершенно отсутствовал вкус.

— Нет, — тихо ответила Эрика. — Я, кажется, заболеваю и не чувствую вкуса. Извините.

Ни на кого не глядя, она слила суп из тарелок обратно в супницу и понесла ее на кухню. Мартин последовал за ней со стопкой грязных тарелок.

— Извини…

— Неважно. Разреши, я подам мясо.

Эрика молча кивнула и понесла в столовую блюдо с овощами.

Со вторым блюдом все было в порядке, и гости постепенно расслабились. Кроме Эрики. Она не прислушивалась к разговору, и ей приходилось медлить с ответом, когда обращались непосредственно к ней. Николас, младший из мужчин, который сидел как раз напротив Эрики, явно пытался флиртовать с ней под столом. Интересно, проделывает ли то же самое молодая дамочка с Мартином? Кажется, ее зовут Люси. Эрика выпила еще вина и сидела, перекатывая пищу по тарелке, не в силах проглотить хоть что-то из-за боли в горле. Когда все поели, она стала собирать со стола тарелки. Мартин помогал ей, как примерный муж, и последовал за ней на кухню. Там он дал волю своим эмоциям:

— Что с тобой происходит? — накинулся он на Эрику, когда та ставила грязные тарелки в раковину.

— Ничего.

— Тогда, будь добра, прекрати флиртовать с моим коллегой!

Эрика моментально обернулась к нему и зло возразила:

— Я не флиртую с твоим коллегой! Это он лапает меня под столом!

— Конечно же, не без твоего благословения. Если ты так тоскуешь по Роберту, используй в качестве замены лучше меня, а не Николаса!

— Что? Не будь смешным! Как ты смеешь!

— Смею? — угрожающе переспросил Роберт. Он схватил Эрику в объятия и поцеловал ее.

Эрика вся напряглась от неожиданности и попыталась вырваться:

— Не смей!

— В чем дело? Твои губы еще не остыли от поцелуев Роберта?

— Ого! — послышалось у них за спиной, и, отскочив друг от друга, они уставились на некрасивую женщину, имя которой Эрика так и не запомнила.

— Извините, я не вовремя, — с легким смущением произнесла женщина. — Я принесла остальную посуду.

Мартин с каменным лицом принял от нее тарелки:

— Вы тут ни при чем.

— Тогда кто же? — мягко поинтересовалась она. — Не упрекайте Эрику за поведение Николаса. Он несколько не в себе. Он флиртует с любой симпатичной женщиной, независимо от того, замужем она или нет. Поцелуйтесь и примиритесь, — мягко велела женщина. — Я умираю от желания попробовать яблочный пирог, запах которого доносится в столовую. — Еще раз улыбнувшись, женщина вышла из кухни, и Эрика отвернулась, чувствуя неловкость.

Не глядя на Мартина, она пролепетала:

— Все из-за таблеток. Мне не надо было пить после них вино.

Мартин вздохнул, пригладил свои волосы, и какое-то время на кухне царило молчание. Потом он без всякого энтузиазма поинтересовался:

— Тебе еще требуется моя помощь?

— Нет, спасибо, — сухо отказалась Эрика. — Мне надо только взбить крем.

Мартин кивнул, тихо приблизился сзади к Эрике и тронул ее плечо. Эрика дернулась от неожиданности, и он быстро убрал руку.

— Я бы не хотел, чтобы все узнали о подробностях нашей женитьбы. Просто мы поссорились, — со смешком добавил Мартин. — Поссорились! Ты должна притвориться, что все уладилось. Пожалуйста, изобрази нежность ко мне, я буду очень тронут.

— Ты мне действительно нравишься, — отрывисто проговорила Эрика. — И я знаю, что сама во всем виновата, но я вовсе не флиртовала с Николасом. А что касается Роберта…

— Давай сегодня вечером не касаться этой темы, — торопливо прервал ее Мартин, — и молить Бога, чтобы судебный инспектор ни о чем не узнал. Тебе помочь принести пирог?

— Спасибо, не надо, я внесу его вместе с кремом.

Что значит — чтобы инспектор ни о чем не узнал? О чем он должен был узнать? — недоумевала Эрика, когда осталась на кухне одна. То есть, что они не ладят между собой, что их брак фиктивный? Или о том, что почти до самой свадьбы она была с другим? И почему его так злит Роберт? Ведь Мартин всегда знал об их отношениях. Она совсем запуталась в догадках и предположениях и могла думать лишь о поцелуе Мартина.

Эрика все еще ощущала этот единственный поцелуй на своих губах, его силу и ярость. Неужели Мартин все еще думает, что ей нужны другие мужчины? Наверное, так оно и есть. Откуда ему знать, что ей больше нет дела до Роберта? Что же его мучает? Гордость? Или ревность?

Взбивай крем, Эрика.

Погружая миксер в посуду с кремом, она мельком взглянула на больную руку. Кажется, рука стала синеть. Из комнаты доносились голоса и смех. Как Мартин представил гостям их ссору? Эрика быстро взбила крем, держа посуду на сгибе руки, иначе она не могла из-за боли в кисти. Потом она вытащила пирог из духовки. Говорят, он чудесно пахнет. Как бы ей хотелось почувствовать этот запах! Эрика прекрасно помнит его, но не чувствует.

Интересно, она будет когда-нибудь снова ощущать запахи? Например, запах розы или кофе. При мысли о кофе Эрика вытащила горсть кофейных зерен и смолола их в кофемолке. Затем понюхала молотый кофе. Ничего, ни малейшего запаха!

— Правда, чудесный запах?

Эрика резко обернулась, чуть не рассыпав кофе, и смущенно улыбнулась Люси:

— Вы застали меня врасплох. — Что еще она могла ответить? Что ей очень плохо? — Решили проверить, что со мной? Я сейчас приду.

Улыбнувшись, Эрика поставила на поднос пирог и крем и подождала, пока Люси даст ей пройти.

— Мартин рассказывал, что вы попали в автоаварию, и поэтому… — посторонясь, с улыбкой проворковала Люси.

— Поэтому у меня такие странности? Да, — весело, даже чересчур весело, согласилась Эрика. — Болеутоляющее совсем не совместимо с вином. Так мы идем в комнату?

— Да-да. Вам помочь?

— Нет, я теперь в полном порядке.

Ты мне совсем не нравишься, мысленно продолжала Эрика, следуя за Люси. И если ты имеешь виды на моего мужа… Что тогда? Я должна выцарапать ей глаза?

Широко улыбаясь гостям, Эрика поставила поднос с содержимым на стол и подвинула к себе стопку небольших тарелок для торта. Люси в это время стала рассказывать, как застала Эрику, нюхающую кофе, и Эрике ничего не оставалось, как посмеяться над собой вместе со всеми. Надо свести все к шутке, уговаривала себя Эрика, но смешное не шло ей в голову. И она продолжала бессмысленно улыбаться, неловко нарезая пирог, пока не встретилась взглядом с Мартином. И тут ей на глаза предательски навернулись слезы. Мартин быстро вскочил со стула, нежно обнял ее за плечи и поцеловал в нос.