Ронда Грей - День нашей встречи

— Ляжешь как миленькая! Ты кое-что должна мне!

О чем это он? — с ужасом подумала Анна. — Неужели считает, что за спасение сына я должна расплатиться собственным телом?

— Но ты же ненавидишь меня! — воскликнула она. — Ты презирал себя за то, что провел со мною ночь в Ницце!

— Это правда, — скрипнул зубами Патрик. — Но если бы я хотел, чтобы весь мир узнал, что Патрик Маллоу женился на распутной женщине, я отказался бы и от тебя, и от ребенка еще три года назад!

Анна почувствовала, что краснеет.

— В настоящий момент, — уже спокойнее продолжил Патрик, — для окружающих мы являемся мужем и женой. А супруги обычно спят в одной постели. И они имеют право на некоторое уединение, что исключает присутствие в спальне ребенка.

— Но ты прекрасно обходился без меня три года, — напомнила Анна. — Как с трехлетним перерывом в середине?

Патрик хитро усмехнулся:

— Наши друзья прекрасно осведомлены о том, что тебе полезен климат Южной Франции, а я регулярно навещал тебя в нашей вилле на Лазурном берегу!

— Господи! — вздохнула Анна, когда до нее дошел смысл сказанного. — Оказывается, ты так же двуличен, как твой отец!

— Только, пожалуйста, не впутывай в наши дела отца, — предупреждающе произнес Патрик.

— Я бы рада была не впутывать его, — возразила Анна, — но он отлично знает, в каком состоянии наш так называемый брак. Не кажется ли тебе, что Макс найдет наше совместное существование несколько странным? — Если не угнетающим, — добавила Анна про себя.

— Отца это тоже устроит, — холодно ответил Патрик. — Потому что он также не захочет видеть, как попирают гордость его сына.

— Это он сам тебе сказал? — взволнованно спросила Анна. — Или ты только предполагаешь, что Макс так думает?

— Нет, я уверен в этом. В глазах общества ты являешься моей женой, и ты обязана держаться достойно, — предупредил Патрик. — Или я действительно позволю тебе вернуться в Ниццу, но зато оставлю у себя ребенка!

Итак, промелькнула у Анны мысль, добро пожаловать в расставленные Максом сети!

— Я не буду спать с тобой, Патрик, — медленно и значительно сказала Анна, затем повернулась и направилась к двери.

— Куда это ты идешь?

— Тедди пора спать, — сдержанно пояснила Анна.

— Его уложит Мегги. Мы еще не все обсудили.

— Я предпочитаю сама укладывать сына.

— А я говорю, что ты останешься здесь! — повысил голос Патрик. Сделав над собой усилие, он добавил более спокойно: — Наш разговор важнее. А с Мегги ребенку будет лучше, чем с кем бы то ни было.

— Даже лучше, чем с родной матерью? — ехидно поинтересовалась Анна. И тут вдруг ее озарила догадка:

— Ты придумал новое наказание? Хочешь отделить мать от ребенка? И все это только для того, чтобы соблюсти собственные интересы!

С Патриком нельзя разговаривать в подобном тоне. Анна мгновенно вспомнила об этом, когда муж шагнул к ней. Но она не собиралась сдаваться, ее пальцы крепче сжали секатор. Патрик заметил едва уловимое движение руки, увидел, как побелели костяшки ее пальцев, и понял, что жена не замедлит воспользоваться секатором для своей защиты, если в этом возникнет необходимость.

— Положи секатор на стол! — приказал Патрик.

Анна покачала головой. В ее голубых глазах, в плотно сжатых губах, во всей фигуре сквозила решимость не дать себя в обиду.

— Не заставляй меня силой забирать его у тебя, — сухо предупредил Патрик.

Но Анна не шелохнулась. Выражение лица Патрика вдруг стало угрожающим. Но было в глазах Патрика еще что-то — возможно, жажда сражения. Не интеллектуального соревнования и даже не банальной драки, а чего-то более сложного, заставлявшего сердце биться чаще.

— Дразнишь меня, да, дорогая? — хрипло протянул Патрик.

Анна судорожно втянула воздух.

— Я не позволю больше унижать меня. Когда ты попытался сломить меня…

— У тебя никогда не было твердости, — возразил Патрик, приблизившись на шаг. — Ты вздрагивала каждый раз, когда кто-то хмурился в твоем присутствии!

Анна собрала все свои силы, чтобы выдержать взгляд мужа и не отступить.

— Больше я не вздрагиваю, — решительно произнесла она. — Сейчас я стала матерью. И я не остановлюсь ни перед чем, если ты попытаешься отнять у меня ребенка!

— К ребенку это не имеет ни малейшего отношения. — Патрик сделал еще один шаг.

Анна и на этот раз удержалась от отступления.

— Речь идет о том, что ты осмеливаешься дразнить меня… — Патрик снова шагнул вперед, Анна напряглась. Он заметил это и усмехнулся. — На твоем месте я бы чуть выставил одну ногу вперед, чтобы перераспределить тяжесть тела, и сосредоточил внимание на ножницах.

— Это секатор, — нервно поправила Анна.

Патрик кивнул, словно принимая ее замечание.

— Сейчас, пожалуй, ты можешь слегка задеть меня этой штукой, — заметил он. — Не сильно, но достаточно для того, чтобы потешить твой новый характер, о котором ты мне рассказываешь.

— Я вовсе не хочу тебя ничем задевать! — с дрожью в голосе воскликнула Анна. — Но ты должен прекратить притеснять меня!

— В таком случае положи секатор, — вкрадчиво предложил Патрик, — и мы обсудим этот вопрос.

Анна снова покачала головой. Странно, но ей показалось, что Патрик был бы разочарован, если бы она поддалась ему. Он наслаждался поединком, и глаза его искрились неподдельной радостью.

— Ну решайся на что-нибудь, дорогая, — тихо посоветовал он, — или я сам приму решение…

И тут Патрик неожиданно схватил жену за руки и развел их в стороны. Теперь они с Анной стояли друг против друга, соприкасаясь грудью и бедрами.

— Мне нравится твой новый характер, — улыбнулся Патрик.

— А я не желаю нравиться тебе!

— Нет? — Улыбка Патрика стала еще шире. — И все же, — продолжил он почти шепотом, — мне кажется, что ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя. В отместку.

— Нет!

Но было уже поздно — Патрик наклонился и прижался к ее губам, сминая их и раздвигая, пробуждая к жизни все глубоко спрятанные в душе женщины чувства.

Все еще удерживая ее руки, Патрик потерся грудью и бедрами о тело жены. Анна протестующе застонала, но он опять повторил волнующее движение. А затем еще раз. И еще. Пока Анна наконец не сдалась и не ответила на поцелуй со всей страстью.

После этого Патрик отпустил ее руки, Анна выронила секатор и обняла мужа за шею, притягивая его к себе, потому что ноги отказывались слушаться, и она нуждалась в поддержке. Анна чувствовала, как горячая ладонь мужа переместилась с ее талии вверх и легонько стиснула грудь. Постепенно ласки становились все смелее, руки Патрика скользили по всему телу Анны, пока он наконец не подхватил ее на руки.