Натали де Рамон - Принц в наследство

— Сколько? — выдохнул Зигрено.

— Вместе с цепочкой — сто двадцать франков, — антиквар вытянул из кучи какую-то цепочку, — дивная вещь, посмотрите, редкое плетение, работа настоящего мастера!

— У меня есть цепочка, — робко вмешалась я.

— Без цепочки медальон не продается. Только в комплекте. — И коробка с цепочкой и “вассалом” исчезла под прилавком.

— Пятьдесят франков за все. — Зигрено протянул купюру.

— Вы обижаете свою даму. Сто, исключительно ради гарнитура к ее серьгам.

— Семьдесят, — не унимался Зигрено, а Леон молча отдал антиквару две сотни.

К “комплекту” растроганный хозяин лавки прибавил от себя “подлинный кубок рыцаря Ланселота” с выгравированной надписью: “Милому папочке. 200 лет Миланскому ипподрому”.

Глава 39, в которой мы раньше приехали в Сомюр

В Сомюр мы приехали даже раньше, чем предполагали, и, поджидая приятеля Леона, основательно подкреплялись в уже знакомом нам кафе. Мое внимание привлекла эффектная длинноволосая блондинка в белой юбке и в белых спортивных туфлях на красивых загорелых ногах. Она заинтересованно посматривала на Леона, и он тоже улыбнулся, встретившись с ней взглядом.

— Красивая? — не удержалась я.

— Да, но не королева.

У кафе остановился серебристый “линкольн”, ошеломляюще роскошный и длинный: он начинался в одном окне, продолжался во втором, а заканчивался в третьем.

— Вот и Франсуа подъехал, — сказал Леон, — пунктуален как всегда. Пойду скажу, что мы уже здесь.

— Сомневаюсь, что приятели нашего портного ездят на таких машинах, — ехидно заметил Зигрено после его ухода. — Наверняка его знакомый — шофер хозяина “линкольна”. Типично провинциальная черта — пустить пыль в глаза.

— Я думала, вы подружились, а вы опять за свое.

— Катрин, просто я искренне беспокоюсь, оставляя вас в его обществе. И очень прошу не ездить без меня ни в какой Монтрей-Белле. Развлекайтесь в Шенонсо на празднике. А завтра-послезавтра я освобожусь, и мы вдвоем побываем в Монтрей-Белле, и, если там действительно есть ваш “вассал”, без лишних свидетелей переговорим с владельцем замка. Не станем вдаваться в подробности, ведь даже для антиквара в Шиноне эта фигурка не имела никакой ценности, он же впихнул ее в придачу к цепочке…

Леон помахал нам с улицы рукой, приглашая в машину. Зигрено расплачивался с официантом, а я пошла к выходу.

— Располагайтесь, моя королева. — Леон распахнул передо мной дверцу “линкольна”. — А это Франсуа, — представил он парня за рулем. — Я пойду попрощаюсь с нашим мэтром.

— Какая у вас замечательная машина! — сказала я, желая сделать приятное Франсуа.

— Да что вы! — изумился тот. — Это машина маркиза, владельца Монтрей-Белле, я всего лишь его шофер.

Зигрено опять оказался прав!

К машине Леон вернулся вместе с Зигрено, который в очередной раз извинялся и сожалел, что не увидит празднества в Шенонсо. Он наклонился и поцеловал мне руку, а потом достал из бумажника пару купюр и протянул их Леону. Леон кивнул, взял деньги и тут же вручил их Франсуа.

— Благодарю вас, мсье, вы очень добры, — сказал тот.

Леон попрощался с Зигрено за руку, уселся рядом со мной, и машина беззвучно двинулась с места.

— Через Тур в Шенонсо, мсье? — уточнил Франсуа.

— Как прикажет королева. — Леон хитро склонил голову. — Может быть, махнем в Монтрей-Белле?

Скорее всего эта машина из какой-нибудь свадебной конторы, подумала я, вспоминая слова Зигрено про “пыль в глаза”, Франсуа никакой не приятель Леона, если обращается к нему “мсье”, он просто договорился с ним упомянуть про Монтрей-Белле, с какой стати владелец замка будет одалживать портному свою машину, да еще с шофером? К тому же я видела, как Леон отдавал парню деньги…

— Так куда мы едем? — спросил меня Леон.

— Конечно, в Шенонсо, там же праздник.

— Желание королевы — закон! В Шенонсо, Франсуа!

— Слушаюсь, мсье.

Леон нажал на какой-то рычажок, и прозрачная перегородка отделила кабину шофера, затем опустилась шторка, спрятав от нас его спину.

— Можем закрыть шторками и окна, и тогда мы будем совсем одни, — прошептал Леон и обнял меня, а сиденье начало медленно раскладываться под нами, превращаясь в ложе.

Я непроизвольно отстранилась. Неужели нам предстоит заниматься любовью за спиной шофера, пусть даже отделенного от нас перегородкой? Леон не мог быть со мной в соседней с номером Зигрено комнате, но считает, что я смогу в машине?.. И к чему роскошный лимузин, такой глупый размах?

— Что-то не так? Тебе не нравится? — растерялся Леон.

— Нет, все хорошо. — Мне сделалось неловко, он же действительно старался мне угодить.

— Прости, ты же не любишь замкнутых помещений! Мы не будем занавешивать окна, нас и так не видно с улицы.

— Дело не в этом… Просто я не понимаю, почему тебе все время нужна компания, разве нам плохо вдвоем? То папаша Пешо, то ты зовешь знакомиться с владельцем Монтрей-Белле… Мы едва отделались от Зигрено, но теперь рядом с нами Франсуа. А я хочу быть только с тобой, понимаешь, чтобы никого больше… Я согласна сидеть под дождем среди развалин, но только с тобой одним. Я устала от них от всех…

— Такова участь королев — уставать от своих подданных. — Леон нежно поцеловал меня, приподнялся и вытащил откуда-то мягкий пушистый плед. — Я и хочу, чтобы ты отдохнула, поспала. Ну-ка, посмотрим, что тут нам припас Франсуа.

Леон уверенно отодвинул какую-то обитую белой кожей панель. За ней оказался зеркальный бар с обилием бутылок. За другой панелью переливались хрусталем фужеры и рюмки, а третий шкафчик был битком набит всевозможными фруктами. Леон подмигнул мне и предложил сделать по глоточку, а потом позволить и ему закрыть на часок глаза, он ведь тоже очень мало спал за последние трое суток…

Глава 40, в которой я потянулась и открыла глаза

Я потянулась и открыла глаза, ощущая себя прекрасно выспавшейся и уже привычно счастливой. Тихонько шелестел кондиционер, солнечные лучи деликатно проникали через зеркальные стекла окон. Но Леона рядом со мной не было. Франсуа курил, прислонясь к капоту. Наш “линкольн” стоял среди экскурсионных автобусов на площадке у ворот Шенонсо.

Я надела очки, раскрыла дверцу и спросила шофера:

— Который час, Франсуа?

— Четыре, мадам. Мсье велел не будить вас, а когда проснетесь, проводить в мастерскую над рекой. Хорошо отдохнули?

— Спасибо. Я сама дойду, я знаю дорогу.

— Я должен проводить вас, иначе мсье будет недоволен.

С трудом представляя недовольного “мсье”, я впервые в жизни шла по парку в сопровождении “телохранителя”.