Лора Энтони - Заветные слова

  — Тесс, посмотрите на себя в зеркало! Вы прелестны! — ответила Джеки. — К тому же, если захотите сбросить несколько фунтов, думаю, вам это удастся.

  — Тесс не следует худеть. Она хороша, какая есть.

  Комментарий Зака удивил Тесс.

  — И все же, — заметил Пол Смит, — в модельном бизнесе есть одно золотое правило: никогда не помешает сбросить пару килограммов.

  — Подождите-ка, — возмутился Зак, — вчера вы ничего не говорили о том, что Тесс придется худеть ради карьеры. Вы обещали, что уже через две недели найдете ей работу.

  Что это нашло на Зака? Он ведь должен играть роль покорного мужа...

  — Вы абсолютно правы, мистер Дюпри, — мягко проговорил Пол Смит, — ваша жена прекрасна. Уверен, ее ждет большой успех. Впрочем, как и Минетт с Джеки.

  Тесс внимательно посмотрела на неприятного человека. Она поняла, что уже встречала этого скользкого червяка раньше, но при каких обстоятельствах? Неужели находятся идиоты, которые верят его обещаниям?

  — Ну что, леди, вы готовы? — спросил второй мужчина.

  Минетт и Джеки громко рассмеялись.

  — Сначала прошу вас заплатить за фотографии, — обратился Пол Смит к Заку и Тесс, — даже если вы откажетесь работать в нашем агентстве, у вас все равно будут замечательные снимки.

  Зак, ни слова не сказав, заплатил.

  — Мы почти что профессиональные фотомодели! — весело проговорила Минетт.

  «Не в этом агентстве, дорогуша», — с жалостью подумала Тесс.

  — Вы правы, — сказал Пол Смит, — наше агентство гарантирует, что через две-три недели ваши фотографии появятся в модных журналах страны.

  — Кто первый фотографируется? — поинтересовался Лысый.

  — Я! — хором воскликнули Минетт и Джеки и так же в унисон расхохотались.

  — Что ж, мы, пожалуй, подождем, — заметил Зак.

  — Они же грабят бедных девушек, — зашептала Тесс на ухо Заку.

  — Тише, — предупредил он, — нас могут услышать.

  — Как зовут фотографа?

  — Карл Танди.

  Он и правда похож на фотографа...

  — Думаю, так и есть. Однако снимает на дешевую пленку, а берет за это большие деньги.

  Тесс подняла голову и посмотрела на Пола Смита. В этот момент раздался стук в дверь, и в номер вошла рыжеволосая дама. Тесс вздрогнула. Она вспомнила, что должна была рассказать Заку нечто важное об этой особе...

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

  Пол Смит и рыжеволосая женщина о чем-то оживленно шептались. Время от времени они бросали настороженные взгляды в сторону Кейти и Трумана. Он заерзал на стуле. Ему не нравилось то, что происходило. За все годы работы в полиции Уэст научился доверять своей интуиции, и сейчас она подсказывала ему, что все шло не так гладко, как предполагалось.

  Пол Смит слушал Рыжую и кивал. Потом он подошел к Танди и о чем-то переговорил с ним.

  — Прошу внимания, господа! — объявил он несколько минут спустя. — Боюсь, наши планы изменились.

  Труман забеспокоился, стараясь не подавать виду. Неужели эти прохвосты заподозрили слежку? Но почему? Кто их спугнул?

  — Что стряслось? — забеспокоилась Минетт.

  — Кажется, нам придется перенести фотосъемки на более позднее время.

  — По каким причинам?

  — Кое-что случилось.

  «Спокойно, — сказал себе Труман, — не нервничай».

  — Это несправедливо, — заныла Джеки, — мы и так потеряли здесь кучу времени. Я хочу, чтобы меня сфотографировали!

  — Позже, — лаконично ответил Техасец,

  Труман исподтишка глянул на Рыжую. Она определенно возглавляла эту шайку, иначе с чего бы мерзавцы стали ее слушать?

  — Спасибо, что пришли. Еще раз извините за накладку. Давайте перенесем нашу встречу.

  — То есть вы попросту выставляете нас? — вмешалась Кейти. — Джеки права: мы потеряли время, придя к вам. Мой муж готов бросаться деньгами ради того, чтобы сделать из меня фотомодель, но лично я не прочь сэкономить!

  Труман удивленно взглянул на Кейти. Молодец девчонка! Должно быть, к ней вернулась память. Конечно, она вспомнила, что ее зовут Кейти Прентисс, но вот детали операции наверняка подзабыла.

  — Милая, деньги не проблема... — поспешил добавить он. — Ты же знаешь, я заплачу сколько угодно, лишь бы увидеть тебя на обложке «Вог».

  — Вы должны сделать нам скидку за доставленные неудобства, — продолжала гнуть свое Кейти.

  Смит вопросительно посмотрел на Рыжую. Та кивнула.

  — Хорошо, — согласился он, — пятьдесят долларов.

  — Отлично, — обрадовалась Минетт, — теперь я смогу купить себе новые туфли.

  «Лучше купи продуктов, — мысленно обратился к ней Труман, — на тебя смотреть страшно». Эта девушка до боли напоминала ему Роунду. Его бывшая невеста, кажется, не ела ничего, кроме обезжиренного йогурта и фруктов. Что же касается его самого, он никогда не понимал стремления «добиться совершенства», превратив себя в вешалку.

  Вот Кейти — настоящая женщина. У нее чудесная фигура, округлые формы. И, в отличие от этих «фотомоделей», она не сидела на одном кофе и сигаретах.

  — Думаю, мы сможем встретиться после обеда, — сказал Смит.

  — Это в ваших интересах, ребята, — резко заметил Труман. — Моя жена станет звездой — с вами или без вас!

  — Что, черт возьми, происходит? — спросила Кейти, когда они вернулись в свой номер.

  Труман покачал головой.

  — Не знаю. Недобрый это знак, Кэт. Ведь, по сути, они выставили за дверь потенциальных клиентов.

  — Ты думаешь, это из-за меня?

  — Не знаю, а ты?

  — И я не знаю...

  — Ты на самом деле помнишь, кто ты, Кейти Прентисс?

  — Конечно, помню.

  — Тогда скажи мне номер дома, в котором ты жила. На Ли-стрит.

  — Хорошо-хорошо, я не помню. Я вообще с трудом припоминаю все эти мелочи... Но ведь это ничуть не повлияло на мое поведение, не так ли?

  — Не повлияло.

  — Чего не скажешь о других...

  — О чем ты говоришь, Кейти? — насторожился Труман.

  — О том, что ты, мой дорогой, находился в полной прострации и даже не знал, что сказать.

  — Неправда!

  — Неужели? — скрестила руки на груди Кейти.

  — Я контролировал ситуацию.

  — Признайся: ты отвлекся.

  — Отвлекся? О чем ты? Я ничего не пропустил!

  — Что ты точно не пропустил — так это ножки Минетт.

  — Прошу прощения?

  — Я видела, как ты пялился на нее.

  — Кейти, я наблюдал за ней. Это моя работа.

  — Ха! — демонстративно отвернулась от него Кейти.

  — Ты что же, ревнуешь? — прищурился Труман.

  — Ревную?! Я?! Да ты, должно быть, шутишь!

  И она нервно рассмеялась.