Эмма Ричмонд - Сейчас или никогда

Роан с холодным, отчужденным видом вздернула подбородок.

— Простите, с кем имею честь?

Мужчина постарался взять себя в руки и перестал веселиться.

— Я дядя Патриции.

— Да что вы!

— Именно так, дядя. — Его губы снова расплылись в улыбке. — Она сейчас живет у меня.

— О!

— Приезжает всякий раз…

— …когда здесь появляется Арден. Да, мне это известно.

— Гм, а мне она ничего не сказала… Да она вообще не любит много болтать. О, теперь-то мне понятно, почему вы ей так не понравились. Прямо с первого взгляда.

— Спешу уверить вас, что это чувство взаимно.

Родственник Патриции весело подмигнул.

— Понимаю. Ведь вы наверняка серьезная соперница?

— Ходит такая молва.

Роан знала, что представляет опасность для женщин в любой компании, где бы ни появилась. Глупые создания! Они никак не могли взять в толк, что ей совершенно не нужны их никчемные, жалкие мужики. Вот только с Патрицией ситуация сложилась иная… Стараясь не выдать свои эмоции, Роан ждала продолжения разговора.

Мужчина хмыкнул.

— Но ведь вам тоже было бы не очень приятно, если бы какая-нибудь дамочка начала ластиться к Ардену, а?

— Это шутка? В таком случае она неудачна. — На лице Роан оставалось любезно-отчужденное выражение, но в голосе появились напряженные нотки, которые нельзя было не услышать.

— Полностью согласен. Но вы не обидитесь, если скажу, что более красивой женщины я не имел удовольствия видеть за всю мою достаточно долгую жизнь? — Протянув ей руку, он наконец представился: — Томас Браун. А друзья зовут меня добрым старым Томми Брауном.

— Рада знакомству, добрый старый Томми Браун. Хочу отплатить вам комплиментом за комплимент: вы — улучшенный вариант вашей племянницы.

Браун перестал улыбаться.

— Благодарю. Только вы, юная леди, чем-то взволнованы. Или мне показалось?

— Нет, не показалось, я действительно взволнована и очень обеспокоена, — вздохнув, призналась Роан. — Дело в том, что Хетти заболела.

— О, мне очень жаль. Патриция сказала мне, что видела здесь Хетти.

— Сейчас она в больнице. Опасность, кажется, миновала, но…

— Но вы за нее переживаете, да?

— Конечно.

Из кухни раздался какой-то грохот, и оба они скривились.

— Вы впервые в Штатах?

— Да.

Томас подцепил ногой стул, придвинул его к себе и уселся.

— Тогда как вы смотрите на предложение осмотреть окрестности? Мне сегодня надо съездить во Фрипорт…

На этих словах дверь распахнулась, и в столовую заглянул Арден. Оценив обстановку, он гневно воскликнул:

— Так вот ты где! Черт побери, где тебя носило? Я тебя повсюду искал!

— Меня? — скорчил невинную мину Том.

— Нет! Роан! — рявкнул Арден.

— Я выходила прогуляться, — коротко сказала Роан.

— Вот как. Спасибо за информацию, хоть она и запоздала. Том, мне надо перекинуться с тобой парой слов. Райену с чего-то взбрело в голову, что… — Он на секунду умолк и свирепо сверкнул глазами. — Поговорим в моем кабинете. Естественно, когда ты закончишь беседу с милой дамой, — с едкой ухмылкой добавил он.

— Вот несчастье-то, — пробурчал Том, когда Арден захлопнул за собой дверь. — Как видно, у вас тут штормовая погодка, а? И, наверное, из-за Патриции.

— Не стоит делать поспешных выводов. Просто не обращайте внимания.

— Даже когда меня вот так ставят на место?

— Конечно.

— Ну, ладно. Так как насчет поездки во Фрипорт? Да? Нет?

— Спасибо, я согласна.

— Даю вам десять минут, а я пока пойду на «переговоры».

Роан кивнула. Томас отправился в кабинет Ардена, а она поднялась наверх, чтобы собраться в дорогу. Раз Ардену вздумалось послать ее в магазины, Том наверняка подскажет, где лучше закупить продукты. К тому же не надо будет самой таскать сумки.

Ее пригласили на прогулку? Великолепно! С вызовом закусив губу, Роан сняла джинсы и надела безупречные серые брюки от хорошего портного, потом повязала на шею красивый шарфик и немного подкрасила губы и ресницы. Взяла сумочку и спустилась вниз. Постучав в дверь кабинета, она заглянула внутрь. Арден сидел за своим столом, Том стоял у окна.

— Не помешала? — медовым голоском пропела она.

Арден бросил на нее оценивающий взгляд и процедил:

— Представь себе, нет. И нечего злиться.

Надо признать, у него самого вид куда более злой и раздраженный, подумала Роан.

— Вовсе я не злюсь. Совсем наоборот. Вчера ты говорил о покупке продуктов, если мне не изменяет память. Том предложил подбросить меня во Фрипорт. Заодно я могла бы навестить Хетти.

Откинувшись на спинку кресла, Арден сложил ладони под подбородком и уставился на нее. Том отвернулся от окна, и его глаза весело сверкнули.

— О продуктах может с успехом позаботиться Мэри-Энн, а Том отлично знает, где находится больница. Отправляйся.

Роан кивнула и закрыла дверь. Скотина.

Томас нагнал ее через минуту; улыбка все еще играла на его подвижном, выразительном лице. И потому, что он делал ей одолжение, и потому, что был ей симпатичен, Роан решила извиниться:

— Простите меня, Том, я была с вами груба, но я, право, этого не хотела.

— Так уж и не хотели? — засмеялся он.

Ее ответная улыбка была полна искреннего раскаяния.

— Не могу кривить душой. Хотела.

— А сейчас?

— Сейчас нет.

— Вот и отлично. Могу я задать нескромный вопрос? — мягко спросил Том и, взяв ее под руку, повел к дверям.

— Попробуйте. Правда, не обещаю, что отвечу.

— Мне известно, что вы — крестница Хетти, но были ли вы с Арденом…

— …в более близких отношениях? Да. Как далеко отсюда Фрипорт?

— Почти рядом, с другой стороны Портленда, — с довольным видом объяснил Том. — И вы думаете возобновить эти отношения?

— Нет и еще раз нет! — отчеканила Роан, нахмурив брови.

Он хмыкнул и помог ей забраться на сиденье большого автомобиля, припаркованного возле дома, а она со вздохом добавила, чтобы как-то смягчить свой тон:

— Видите ли, эта тема слишком болезненна для нас обоих… — Что сказать еще, она просто не знала.

К счастью, Том больше не лез к ней со своими расспросами, и мало-помалу Роан начала расслабляться. В обществе этого человека ей было спокойно; со свойственным ему чувством юмора он рассказывал о местах, мимо которых они проезжали, и, избегая касаться неприятных для Роан тем, ненавязчиво выуживал из нее сведения о жизни в Англии, о работе. Словом, к тому моменту, когда они достигли Фрипорта, Роан чувствовала себя так, словно знала Томаса долгие годы.

— Какая жалость, что я так и не увидела по пути ни одного лося. Говорят, они здесь водятся в изобилии.