Сьюзен Барри - Билет в неизвестность

– Перед тем как объяснить, почему ты этим занимаешься, не обратив внимания на мой запрет, – сказал он, – просвети меня, почему именно в этом чулане и почему ты никогда не говорила, как это важно для тебя лично.

– Я думала, что тебе это будет неинтересно, – честно призналась Каро. – Ты сразу сказал, что будешь против, объясняться я не хотела, не думала, что это важно.

– У тебя талант, а я никогда не буду препятствовать таланту. Ты могла бы найти комнату и поудобнее. В доме же их много.

– Мне больше нравится здесь. Я чувствую себя в этой комнате, как в моей лондонской мастерской.

Люсьен начал ходить из угла в угол.

– Я тебя не понимаю! – воскликнул он. – Может, ты ждешь, что я тоже брошусь рисовать портрет твоего мужа?

– Нет. – Она повернулась к нему с улыбкой на губах. – Но это немного другое.

– В каком смысле «другое»?

– Потому что ты никогда не видел фотографии моего мужа, потому что с собой я ее не ношу и в туалетном столике не держу.

Он как-то странно взглянул на нее.

– Все, что я знаю, – сказал он, – это то, что твое сердце навсегда останется с твоим утонувшим мужем.

– Возможно, – согласилась она, – хотя я не думаю, что это так.

Но выражение его лица не изменилось.

– Скажи мне только, почему ты нарисовала эти миниатюры? Нет, не мою, а ту, другую?

– Потому что думала, что это тебе понравится, что ты будешь благодарен.

– У тебя наверняка было время, когда ты была рада любому подарку. Но ты же уже не маленькая. Не так ли?

Она в замешательстве посмотрела на него.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она.

Послышался стук в дверь. Вошла фрейлейн Нейгер.

– Извините, что побеспокоила, – извинилась она, – но доктор Дюкруа на линии и сказал, что вы хотели переговорить с ним.

– Да, спасибо, Лизель, – ответил он. – И прости, что тебе пришлось сюда подниматься. – Он взглянул на Каро. – Устрой свою мастерскую хотя бы на этаж пониже, чтобы тем, кому ты нужна, не пришлось карабкаться под крышу дома.

Ужин был поздно и наскоро, так как у Люсьена еще были дела, а за столом им нечего было сказать друг другу. У Каро было чувство, что они сейчас так же далеки друг от друга, как и в свою первую встречу в самолете. Она испугалась, потому что была слишком долго одинокой и слишком недолго счастливой после того, как одиночество закончилось. Не было никакого сомнения, слова Ольги очень подействовали на нее.

– Я сегодня еще поеду в клинику и вернусь поздно, так что лучше не жди меня, – сказал он, встав из-за стола. – Я совершенно серьезно тебе говорю, чтобы ты меня не ждала.

– Хорошо, – ответила она.

Каро рано легла спать, потому что заняться было уже нечем. К тому же из-за того, что Люсьен в таких случаях спал в гардеробной, она не знала, в какое время он приходит.

На следующее утро он уже позавтракал и ушел, когда Каро только спустилась в столовую. Фрейлейн Нейгер сказала, что доктор уже уехал в клинику. Обед, как обычно, был с опозданием, так как Люсьен снова поздно вернулся. Каро заметила, что он мало ел, а когда принесли кофе, он взял свою чашку и отошел к окну.

– Что-то не так, Люсьен?

– Не так? – эхом откликнулся Люсьен, как будто пауза была ему нужна, чтобы вернуться в реальность. – С чего ты взяла?

– Ты выглядишь так, будто что-то скрываешь.

Он молча стряхнул пепел с сигареты:

– Маленькая Мария Ференца умерла сегодня утром.

– О нет! – воскликнула Каро. – Этого не может быть! Мне очень жаль, Люсьен!

– Может, так и должно было случиться, – холодно сказал он, не принимая ее сочувствия. – Я, правда, думал, что она идет на поправку, но где-то неделю назад началось ухудшение.

Она ясно представила себе лицо маленькой итальянки, огромные глаза, восковую кожу, голубые тени вокруг глаз и эту слабую, но такую искреннюю улыбку, после того как она сказала, что Каро красивая. Люсьен развернулся и взглянул на нее.

– Я не хотел, чтобы это расстроило тебя, – объяснил он. – Но это было неизбежно.

Между тем Каро продолжала сидеть без движения и даже при дневной жаре чувствовала холод. Она была потрясена услышанным, и слезы застыли у нее в глазах, но больше всего она похолодела от мысли, что Люсьен все знал о Марии этой ночью и даже неделю назад и ничего ей не сказал, пока она сама не спросила.

– Что ж, мне надо идти, – сказал Люсьен, подойдя к ее креслу и поцеловав ее в лоб. – Сходи куда-нибудь и забудь про Марию. Она бы не хотела, чтобы кто-то жалел ее.

Когда он ушел, Каро поднялась в гостиную. Она чувствовала, что ей надо выйти на улицу, чтобы развеяться. Очень скоро, прогуливаясь по берегу озера, она понемногу пришла в себя, а природа и красота озера полностью сняли с нее тот холод. Вдруг она заметила Брайана Вудхилла. Ей показалось, что он специально искал встречи с ней.

– Садись, – сказал он. – И давай поедем куда-нибудь на чашку чая.

Они остановились у австрийской кондитерской, славившейся своими миндальными тортами и пирожными. Под тихую музыку оркестра Каро расслабилась, а Брайан сказал:

– Вы заметили, что вы похудели? Неужели такой знаменитый доктор, как ваш муж, не обратил внимания на то, что вы выглядите далеко не такой здоровой, как раньше.

Она удивленно взглянула на него.

– Если Люсьену покажется, что я худею, то он сделает все, чтобы я стала такой, как была, – ответила она, защищая мужа.

Брайан оставил ее замечание без внимания:

– Что с вами сегодня случилось?

Она рассказала ему про Марию и, рассказывая, почувствовала новый приступ горечи. В повисшей тишине Брайан взял ее руку в свою.

– Думаю, если вы вернетесь домой и до ночи будете ждать Люсьена, это вряд ли поможет вам забыться. Поэтому предлагаю небольшую автомобильную прогулку, – сказал он. – Если вы думаете, что у Люсьена будут возражения, можно просто перекусить в одном очень милом уютном ресторанчике, все равно вы часто остаетесь в одиночестве.

Сначала Каро хотела отказаться, но вспомнила, что Люсьена сегодня все равно не будет к ужину. И это уже третий раз за неделю! При этом он никогда ничего не объяснял, просто говорил, что больше был нужен в другом месте. Она заметила, что все время, пока ее отвлекали эти неприятные мысли, Брайан очень внимательно разглядывал ее. На секунду ей показалось, что он почувствовал слабость ее позиций.

– Я согласна, но с тем условием, что сейчас вы отвезете меня домой и я оставлю Люсьену записку о том, что я отправилась с вами на прогулку.

– И тогда вы поужинаете со мной?

– Если после этого я смогу появиться дома не очень поздно.

– Обещаю, – сказал он, и по его голубым глазам Каро поняла, что ее решение было наиболее правильным. И что он ей искренне благодарен. Когда Брайан доставил ее домой, машина Люсьена стояла у входа. Она не стала подниматься в его кабинет, а зашла к фрейлейн Нейгер, которой тоже не оказалось на месте. Поэтому Каро взяла чистый лист бумаги и написала на нем несколько фраз. Затем, подумав, сделала пометку для Лизель: «Фрейлейн Нейгер, передайте это моему мужу, как только он освободится», – и положила записку на рабочий стол Лизель.