Эсси Саммерс - Наследство за океаном

Линдсей смахнула рукой навернувшиеся слезы и, повернувшись к Нейлу, сказала:

— Боже мой! Нейл, не обращай внимания, все хорошо, просто… просто я так боялась, что ты будешь против нашего приезда, особенно против того, что я буду жить с вами.

— Ну ты даешь. Не ожидал услышать от тебя такую глупость. Нет ничего хуже, чем сидеть здесь одному. Я просто вне себя от счастья, что теперь у меня есть вы. Жаль, что папа не сделал этого раньше, много лет назад. Он был скрытный малый, правда?

Линдсей высморкалась, сняла фартук и сказала:

— Я сейчас пойду прогуляюсь немного по саду. Я давно хотела это сделать, но все никак не могла выкроить время. Мне надо слегка проветриться. Ты лучше расскажи, как твои экзамены. Надеюсь, все хорошо?

— Во всяком случае, ничего плохого. Много работы с географическими картами, но мне это нравится. Вот перед этим был экзамен так экзамен. Английский. Жуть! Я его еле выдержал. Завтра у нас математика, так что сегодня мне зубрить нечего. Пойду найду ребят. Я по ним уже соскучился, хочу предложить им сходить к оврагу Чопхид, может, нам повезет и мы увидим лесных голубей. Ты знаешь, они гораздо больше, чем обычные.

— Я надеюсь, вы не собираетесь в них стрелять?

— Конечно нет. Между прочим, эти птички находятся под охраной. На керери никто не охотится. Это очень красивые птицы. У них просто фантастическое оперение — медно-зеленое, с переливами. Я где-то слышал, что у маори есть специальное разрешение на отстрел нескольких птиц, по случаю какого-то их народного праздника. Но не исключено, что это обычные слухи. Мы просто понаблюдаем за ними. Юэн меня к этому приучил, он любит наблюдать за природой.

— Отлично. Только не опаздывайте к ужину. Жду вас к восемнадцати часам. Твой кузен сказал, что вы обычно ужинаете в это время.

— Идет.

Когда все встали из-за стола, Юэн Хазелдин произнес:

— Итак, Мик, на сегодня ты свободен, сходи навести Винни и передай ей, что я загляну на следующей неделе. Мораг, Каллим и я объявляем войну грязной посуде. Уверен, победа будет за нами. Нейл, а тебе я поручаю нашу хозяюшку. Линдсей, пойдите прогуляйтесь. Покажи ей наши окрестности, а то она единственная в этом доме с ними не знакома. Тебе же не нужно готовиться к завтрашнему экзамену? Отлично. Линдсей простояла весь день у плиты, думаю, прогулка ей просто необходима. Тем более, что кухня — это не ее место.

— Джок, по-моему, ты переел. И это после такого ужина, — с недоумением глядя на управляющего, сказал Мик.

— Да я не это имел в виду. Линдсей, не переживайте, все было очень вкусно. Я хотел сказать, что ей ближе работа на ферме, она занималась этим у себя в Шотландии.

— Что? На ферме? Только без дураков, это правда? Святые угодники! Да она нам послана с небес! Получить в одном лице сразу двух работников. Тебе несказанно повезло с кузиной, да и нам тоже. Ну дела, — уходя, бормотал Мик.

Юэн Хазелдин не выразил удивления или возмущения по поводу явно преувеличенных Миком родственных отношений между ним и Линдсей. В конце концов, он сам решил сменить гнев на милость. Друзья так друзья. Но Линдсей была настороже.

Она с радостью приняла его предложение помочь с посудой, так как мысль о том, чтобы провести еще хоть одну минуту на кухне, приводила ее в ужас. Целый день у горячей плиты давал о себе знать. Девушка испытала истинное наслаждение, оказавшись на свежем воздухе. Она вдохнула полной грудью живительную свежесть вечерней прохлады.

Мистер Хазелдин крикнул Нейлу, когда они уже вышли с кухни:

— Нейл, прокатитесь на лошадях. Дай Линдсей мою Розабель.

— Я прекрасно смогу проехаться на пони, — ответила девушка, хотя ее никто не спрашивал.

— Боюсь, вы на них далеко не уедете, они для вас маловаты, так что не вредничайте и берите мою лошадь.

— Хорошо, — неожиданно быстро согласилась Линдсей и улыбаясь добавила: — У меня такое впечатление, что творчество Вальтера Скотта не дает покоя не мне одной. Уж не являетесь ли вы, случайно, поклонником его лирики?!

— Линдсей, Линдсей. Моя мама — его большая поклонница, мы с сестрой выросли на книгах Вальтера Скотта. Мама ведь родилась в Шотландии.

Ностальгические воспоминания нахлынули на девушку. Сердце защемило, а на глазах выступили слезы, стоило ей представить любимые, но сейчас такие далекие родные просторы.

Розабель оказалась прекрасной гнедой, с белой звездой на лбу. Одна передняя нога тоже была белая. Линдсей обрадовалась, вновь оказавшись в седле. Проезжая по долине, окутанной мраком, мимо гор, вершины которых окружали причудливые облака, порой напоминающие паруса в океане, девушка пришла к выводу, что лошадь самый удобный вид транспорта в этой местности.

Вдали, за садом и огородом, простиралось бескрайнее пастбище, покрытое зеленой и сочной травой, на которой разгуливали белые ягнята и барашки, похожие на облачка, плывущие по небу. И всю эту красоту неизменно окружали темно-желтые холмы, на фоне которых еще более четко выделялась розовая дымка, собравшаяся над озером. Сейчас, в лучах заката, она походила на вуаль сказочной принцессы. Линдсей и Нейл проезжали мимо скал, вокруг которых буйно цвел чабрец.

— Юэн сказал, чтобы мы открывали все ворота, но признаюсь, Линдсей, я себя этим не утруждаю, — произнес Нейл.

— Ага, значит, ты из породы отчаянных парней и скачешь через заборы?! Если ты переживаешь из-за меня, то не стоит. Я тоже оказалась в седле еще раньше, чем научилась ходить, так что вполне смогу обойтись и без ворот. Не такая уж я кисейная барышня. Возня с воротами отменяется.

Но Нейл отрицательно покачал головой:

— Прости, сестренка, но так не пойдет. Лучше сделать как сказал Юэн, а то потом хлопот и проблем не оберешься. Мы ему обязательно скажем, что ты у нас еще и амазонка.

Линдсей очень хотелось уговорить Нейла попрыгать через изгороди, но заставлять парня ослушаться кузена было бы нечестно, тем более что слово «сестренка» так приятно согрело сердце девушки.

— А где овраг Чопхид? — поинтересовалась Линдсей. — И почему он так жутко называется? Если я не ошибаюсь, это означает отрубленная голова. Я надеюсь, все не так плохо и страшно, как звучит. Наверное, это название он получил из-за какого-нибудь дерева или растения причудливой формы, которое растет в этом месте?

— Да нет. С этим оврагом связана жуткая история. Не знаю, насколько ты знаешь прошлое этого края, но я постараюсь вкратце все объяснить. На этой равнине золото не добывали, зато в оврагах было полно всяких золотодобывающих установок. О том, что тогда творилось в этих местах, никто не любит вспоминать. Люди были словно ненормальные: беззаконие, поножовщина и драки каждый день, ни одного грамма золота без кровавых разборок. Поэтому плывущее по течению тело никого не удивляло, все понимали, что эти бедолаги вовсе не утонули в реке, а погибли от руки алчных сотоварищей. Однажды ночью подвыпившая компания золотоискателей устроила жуткую бойню в этом самом овраге. Много людей погибло, а их обезглавленные тела затем нашли в реке Клут. Эта река, кстати, стала центром золотой лихорадки, поэтому она хранит в себе много тайн того времени.