Мойра Тарлинг - Долгая дорога домой

– Ты очень добра. По-моему, у тебя есть полное право обижаться на меня.

– Это было слишком давно.

– Ты права. Это было давно, но я не мог простить себе, что так несправедливо обошелся с тобой. Все это время я вспоминал тебя, пытался представить себе, где ты, что ты делаешь. – Его голос был полон сожаления.

Вот уже во второй раз Кейт затаила дыхание. Ее бросило в дрожь от мысли, что Марш действительно думал о ней.

– Почему ты вернулась в Кинсайд?

–Я искала работу и увидела объявление о том, что в новый корпус больницы требуются медсестры.

– Интересно, что заставило тебя выбрать профессию медсестры? Может, тот случай с Пайпер?

Проницательность Марша ее удивила.

– Вообще-то да. Я чувствовала себя такой беспомощной и ничем не могла ей помочь. Именно в ту ночь я и решила стать медсестрой.

– А почему не врачом?

–Я думала об этом. Но как-то не получилось, – сказала девушка, не желая признаваться, что собиралась поступать в медицинский институт, когда Дэн попал в больницу. Уход за Дэном отнимал у нее столько сил и времени, что Кейт отложила свои планы на будущее. А когда Дэн предложил ей пожениться, она решила, что брак даст ей возможность осуществить свою давнишнюю мечту.

–Жаль, что Пайпер здесь нет. Знаешь, а она ведь до конца лета изводила меня упреками. Я дождаться не мог, когда уже уберусь в Чикаго, – со смехом признался Марш.

Кейт рассмеялась в ответ, ей приятно было узнать, что подруга за нее заступалась.

– В Чикаго ты многого добился. – За эти годы она часто встречала его имя в газетах, и в том числе прочитала о его свадьбе с известной богачкой Тиффани Бьюканан.

– В профессиональном плане, да. Но в личной жизни я кучу дров наломал.

– Мы все совершаем ошибки, – ответила Кейт, заметив горечь в его голосе. – Главное – это учиться на них.

– О, да, я многому научился. Я понял, что мое желание создать такую же крепкую семью, как у моих родителей, всего лишь глупая мечта. Я потерпел поражение в самом главном – в семейной жизни. – Марш снова вздохнул. – А у тебя есть мечта, Кейт?

У девушки комок подступил к горлу. У нее в голове не укладывалось, что их с Маршем желания совпадают.

– Да, есть, – ответила Кейт.

Интересно, что бы он подумал, если бы узнал, что все ее мечты связаны с ним с тех пор, как она впервые его увидела?

– Какая же у тебя мечта, Кейт? – спросил Марш, поднимаясь с кресла.

Кейт с замиранием сердца смотрела, как он шагает к ней. Его взгляд был направлен прямо на нее, и она могла бы поклясться, что Марш ее видит. Во рту у нее пересохло, а по коже побежали мурашки.

– Моя мечта очень похожа на твою, – выдавила она, стараясь сохранять спокойный тон несмотря на бешено колотящееся сердце.

– После того, как ты помогла сблизиться нам с Сабриной, я бы сказал, что у тебя есть все для осуществления твоей мечты, – заметил Марш.

Кейт рада была, что он не видит выражения ее лица и желания, которое наверняка светится в ее взгляде. Она всем сердцем хотела навсегда остаться с Маршем и Сабриной. Но это всего лишь мечты…

– Иногда мечты не сбываются… – хрипло сказала она.

– Я знаю, о чем ты говоришь. Я почти разучился мечтать. – Марш сделал еще один шаг, и, хотя искушение попятиться было очень сильным, Кейт не сдвинулась с места. – Хочешь узнать, о чем я мечтаю в последнее время?

Марш поднес руку к лицу Кейт, и ее сердце замерло. Он нежно погладил ее щеку и подбородок, а когда его большой палец прижался к ее губам, девушка почувствовала, что ноги ее больше не держат.

– Об этом, – произнес Марш хриплым шепотом.

Одним резким движением он обнял ее за шею и поцеловал в губы.

На этот раз поцелуй был восхитительно сладким и нежным. Марш раздразнивал ее и дарил наслаждение, доводил до безумия и пробуждал такие желания, о которых она даже не подозревала.

Ее руки сами собой потянулись к его волосам. Она никак не могла насытиться, отвечая на его поцелуй с головокружительной страстью.

Неожиданно Марш потерял равновесие, и они вместе упали на кровать. Но на этом не остановились. Марш перевалился через край и рухнул на пол, а Кейт грохнулась сверху.

Девушка торопливо скатилась с него, заметив на его лице гримасу боли.

– Марш? Ты не ушибся? – с тревогой спросила она.

– Голова болит. Прямо на куски раскалывается.

– Посиди тихо, я принесу холодный компресс и пару таблеток. – Кейт бросилась в ванную.

Когда она вернулась, Марш сидел на краю кровати, бледный, как полотно.

– Я скажу Спенсеру, чтобы он отвез тебя в больницу. А я останусь с Сабриной.

– Нет, это ни к чему.

– Марш, тебе действительно нужно…

– Все нормально. Если головная боль к утру не пройдет, ты сама отвезешь меня в город к доктору Франклину.

– Ты уверен?

– Конечно. Слушай, Кейт, на этот раз я не собираюсь ни за что извиняться.

– И не надо. И, пожалуйста, не стоит делать далеко идущих выводов, – продолжила она, стараясь сохранить бесстрастный тон. – Пациенты часто влюбляются в своих врачей или в медсестер, которые за ними ухаживают. В этом нет ничего необычного. А теперь, мне кажется, ты должен попытаться уснуть.

– Кейт, я…

– Спи.

– Но мы не закончили, – заявил Марш усталым голосом. – Вовсе нет…

Двенадцатая глава

Марш лежал на кровати, мечтая лишь о том, чтобы жестокая боль, пульсирующая в его голове, наконец прошла. У него никогда не было таких сильных болей, и можно было только надеяться, что она предвещает исцеление от слепоты.

Стараясь отвлечься, Марш начал думать о Кейт, восстанавливая в памяти ее облик.

Он помнил их первую встречу до мельчайших подробностей. Высокая и очень худенькая, с темно-каштановыми волосами до плеч, она стояла на веранде в коротеньких шортах и футболке с треугольным вырезом.

Марш возвращался с верховой прогулки, и топот копыт по твердой земле привлек ее внимание. Когда она повернулась к нему, у Марша перехватило дыхание и защемило сердце.

В те времена ему казалось, что ее легко можно принять за манекенщицу или восходящую кинозвезду. Но очаровала его вовсе не ее фигура, а удивительные зеленые глаза. Он различал глубокую печаль в ее взгляде и тоску, которую она отчаянно пыталась скрывать.

Когда Пайпер выскочила из дома и поприветствовала его восторженным воплем, Марш соскочил со своего жеребца Аполлона и бросился навстречу ее радостным объятиям.

– Это моя подружка Кэт, – сказала Пайпер. – Она недавно приехала в город, и теперь учится со мной в одном классе.

Марш смотрел, как Кэт, не сознающая своей привлекательности, спускается по лестнице. Она пыталась притвориться равнодушной и даже скучающей, но он видел розовый румянец на ее щеках и восхищенный блеск ее глаз.