Беверли Бартон - Звонкое эхо любви

Ребенку? Боже мой, Кейт, этот ребенок – Мери Кейт. Твоя маленькая Мери Кейт.

Не в силах усидеть на месте, чувствуя тошноту, Кейт поднялась с дивана и принялась расхаживать по комнате. Висевшие на стенах фотографии немедленно привлекли ее внимание. У нее перехватило дыхание, когда она увидела над каминной полкой многочисленные вставленные в рамку фотографии Кристы, на которых она была запечатлена в разные годы жизни. На нескольких снимках она была сфотографирована с Риком и Джин Фаррелл. Кейт не могла отвести взгляд от фотографии Кристы в младенческом возрасте. Судя по заднему плану и бархатному красному платьицу, это было первое Рождество ее дочери. Большие темно-карие глаза искрились весельем. В золотистых кудряшках алел маленький бархатный бантик. Вот такую девочку помнила Кейт; ее она сохраняла в сердце в течение почти двенадцати лет.

Трент подошел к ней сзади и, обняв, потерся лицом о ее щеку.

– Все будет хорошо, – прошептал он. – Мы выстоим. На этот раз мы с тобой все переживем вместе.

Кейт приникла к нему.

– Ты думаешь, мы найдем решение, которое удовлетворит всех? Возможно ли, что Бренда Фаррелл захочет…

– Кофе.

Бренда вошла в гостиную с небольшим подносом. Кейт и Трент взяли по чашке и сели на диван. Бренда поставила поднос на стол в столовой и возвратилась в гостиную. Она опустилась в большое пестрое кресло с подголовником, стоявшее напротив них.

– Я знаю, что как родные мать и отец Кристы вы имеете законные родительские права, – сказала она, сжимая чашку трясущейся рукой. – Но я рассчитываю на то, что вы хорошие, добрые люди и не заберете у меня Кристу. Она погибнет, если потеряет меня. Мы с ней очень близки.

– Мы не собираемся забирать ее у вас, – уверил ее Трент. – Я бы хотел, чтобы мы нашли способ совместно участвовать в ее жизни.

– Совместно? – Бренда поставила чашку на кофейный столик. – Вы предлагаете, чтобы какое-то время она жила с вами двоими, а какое-то – со мной? Мне сказали, что вы в разводе. Это правда?

– Я предлагаю, чтобы вы с Кристой приехали погостить к нам в Проспект, – объяснил Трент. – У меня большой дом. Да, мы с Кейт в разводе, но я уверен, что во время вашего первого визита девочка с удовольствием поживет с нами в Уинстон-Холле.

Кейт прихлебывала кофе, надеясь, что ее желудок не взбунтуется. Почему Трент не поделился с ней своей великолепной идеей – привезти Кристу с бабушкой в Проспект?

– Как долго вы хотите, чтобы мы пожили у вас?

– Это вам решать. На первый раз я бы предложил неделю.

– Понимаю. Ну что же, я подумаю об этом.

– Вам не нужно решать сегодня, – сказал Трент. – Не спешите, поговорите с Кристой. У вас есть возможность дать ей мать и отца, а также двоюродную бабушку. И вы не расстанетесь друг с другом. Если все пойдет хорошо, вы сможете подумать о том, чтобы переехать в Проспект.

Черт возьми, подожди минутку! – едва не вскрикнула Кейт. А как же она? Ведь она живет в Атланте. Неужели ей придется приезжать в Проспект, чтобы повидаться с собственным ребенком?

– Я обдумаю ваше предложение и не задержусь с ответом. – Бренда поднялась. – Я пойду за Кристой. Пожалуйста, не забывайте, что вы для нее чужие. Не ожидайте, что она обрадуется вам.

– Мы понимаем. – Трент посмотрел на Кейт. – Не правда ли, дорогая?

Кейт молча кивнула.

Как только Бренда вышла из комнаты, она повернулась к Тренту.

– Когда тебе в голову пришла эта гениальная мысль?

– Ты сердишься. Почему?

– Почему? Потому что ты принял решение о будущем нашего ребенка, ничего не сказав мне. Ты мог… Нет! Ты должен был обсудить это со мной, прежде чем…

– Черт, Кейт! Эта мысль осенила меня, когда мы сидели здесь. Я подумал, ты будешь рада, если мне удастся уговорить Бренду привезти Кристу в Проспект хотя бы на неделю. Это даст нам возможность познакомиться с ней, а ей – узнать свою семью.

– И какая это будет семья? Ты, тетушка Мери Белл и легион твоих кузенов?

Трент вскочил на ноги и, тихо чертыхаясь, заходил по комнате.

– Пойми раз и навсегда: ты и я были родителями Мери Кейт, и это значит, что ты и я – родители Кристы. Она наша. Не моя. Не твоя. Наша.

Нервы Кейт были на пределе.

– Наша, – хрипло повторила она.

– Если Бренда согласится, она привезет Кристу в Уинстон-Холл прожить неделю со мной и с тобой. И конечно, с тетей Мери Белл. Мы вместе будем проводить время и знакомиться друг с другом. Если этот визит пройдет хорошо, мы сможем сделать такие приезды постоянными.

– А как же я? Моя работа? Моя жизнь в Атланте?

Трент изменился в лице.

– Я думал, что ты… – Он прочистил горло. – Если ты не захочешь приезжать в Проспект, я буду привозить Мери Кейт – то есть Кристу – в Атланту. Или, если захочешь, ее будет привозить Бренда.

Дверь открылась, и вошла Бренда, ведя за руку Кристу. Кейт почувствовала, как у нее замерло сердце.

– Криста, это Кейт и Трент. Они те люди, о которых я тебе рассказала, – твои родные родители.

Девочка пристально взглянула сначала на Кейт, потом на Трента.

– Я видела вас в библиотеке.

– Что? – ахнула Бренда.

– Мы приехали в Шеффилд, чтобы посмотреть на Кристу, – объяснил Трент. – Нам очень хотелось увидеть ее, и мы ездили в Коринф, чтобы посмотреть на другую маленькую девочку, которая могла быть нашей Мери Кейт.

– Это я не смогла больше ждать, – призналась Кейт. – Я так хотела узнать… я хотела, чтобы Криста оказалась моей дочерью.

– Я не ваша дочь, – возразила Криста. – Мои родители Рик и Джин Фаррелл. Теперь я принадлежу бабуле, и нам никто не нужен, правда, бабуля? – Она умоляюще посмотрела на Бренду.

– Мы всегда будем вместе. – Бренда крепко обняла внучку. – Кейт и Трент здесь не для того, чтобы забрать тебя, они просто хотят с тобой познакомиться, – сказала она. Криста спрятала лицо на груди у Бренды, и та ласково погладила ее по спине. – Как ты ведешь себя, Криста? – Бренда отстранила внучку и повернула ее лицом к родителям. – Поздоровайся с Кейт и Трентом, а потом сядь и поговори с гостями.

Криста смотрела на них темно-карими, полными слез глазами. Кейт чувствовала, что у нее разрывается сердце. Вот ее дитя, ее любимая Мери Кейт, и она не хочет знать свою мать!

– Здравствуйте, – едва слышно прошептала Криста.

– Привет, – откликнулся Трент.

Девочка посмотрела на Кейт, которая робко улыбнулась ей.

– Здравствуй, Криста. Я очень рада познакомиться с тобой.

– Почему бы тебе не рассказать Кейт и Тренту о школе? – предложила Бренда. – Скажи им, в каком ты классе, кто твоя учительница, и…

– Нет! Я ничего не буду им рассказывать! – разрыдалась Криста. – Уходите! Я вас не знаю. Вы не мои родители. Я никогда не оставлю бабулю! Никогда! – И она убежала.