Алмазная нелюбовь - Элли Лартер

вся толстовка мокрая, – ворчит Вит. Я поднимаю на него глаза, а он в ответ отводит взгляд. Он снова смущен. Я принимаюсь поспешно вытирать слезы:

– Я в порядке.

– Не обязательно, – он качает головой. – Не обязательно быть в порядке и уж тем более не обязательно мне об этом врать. Просто... ну, мы же врезали ему, так ему и надо, он надолго запомнит эту встречу и в следующий раз подумает десять раз, прежде чем наезжать на тебя со своими приколами.

– Вряд ли, – хмыкаю я. – У него туго с причинно-следственными связями. Но все равно спасибо, – я приподнимаюсь на носочки, чтобы чмокнуть его в уголок губ.

– Не за что. Отплатишь, когда будем дома, – он ухмыляется и сразу как будто расслабляется: шуточки шутить для него проще, чем быть серьезным. Но я не в обиде, у всех своя защитная реакция.

– Он правда может сделать что-нибудь? Повлиять на твоего отца? Приказать ему посадить меня в подвал, например? – я морщусь, припоминая отцовские угрозы, которые тот выбрасывал изо рта, разбрызгивая вокруг, как ядовитая гадюка, свою слюну.

– Да нихрена он не может, – уверяет меня Вит. – Он строит из себя равноправного партнера и грозного босса, но на деле боится моего папашу, как огня. Нечего и думать об этом. Расслабься, киска.

– Не зови меня так, – фыркаю я.

– А как звать? – он ухмыляется. – Детка? Принцесса?

– По имени.

– Нееет, – протягивает мужчина. – Это слишком скучно.

– Тогда я буду звать тебя засранцем.

– Заслуженно, – он кивает, протягивая мне руку для шутливого рукопожатия, и я прячу улыбку, поворачиваясь к нему спиной:

– Надо ехать домой.

– Что, не терпится отплатить мне за мое благородство?

Вместо ответа я быстро ударяю его сзади локтем в живот. Он притворно корчится, рычит, а потом хватает за шею и шепчет в самое ухо, отчего по всему телу разбегаются мурашки:

– А вот за такое можно и по заднице получить...

Папаша не выполняет свою угрозу и не звонит отцу Вита. Вместо этого он находит другой способ повлиять на меня – через Анджея. Тот срывает мой телефон спустя два дня и прерывающимся голосом умоляет:

– Не бросай нас! – и я в очередной раз просто задыхаюсь от ненависти к своему папаше:

– Что он сказал тебе?

– Что если ты не станешь лицом новой коллекции – он уволит меня!

Я пытаюсь успокоить друга:

– Ты его лучший и любимый дизайнер, он не посмеет...

– Он уже уволил Анжелу, – говорит Анджей о своей сестре и главной помощнице в ювелирных делах.

– Твою же мать, – я хватаюсь за голову. Вит, который валяется рядом на кровати и жадно поедает сочное яблоко, смотрит на меня с подозрением, когда я заканчиваю разговор, нетерпеливо спрашивает:

– Что там? – а когда рассказываю о случившемся, кривится: – Умно, мать его. Решил контролировать тебя через друзей. Но на твоем месте я бы забил на это... Пускай увольняет. Раз твой друг такой клевый дизайнер – найдет и другое место работы.

– Ты не понимаешь! – возмущаюсь я. – Он не просто уволит – он уничтожит всю его карьеру! Анджея после такого никуда не возьмут!

– Серьезно? – Вит усмехается, совершенно не понимая серьезности ситуации. – Из-за тебя? Может, он не так уж холоден и равнодушен к своей дочурке, раз готов на такие жертвы?

– Прекрати, – одергиваю я его.

– Прости.

– Мне придется участвовать в фотосессии и показе, – вздыхаю я.

– Вперед и с песней, – он неопределенно махает рукой.

– А ты... не поедешь со мной?

– Я останусь тут.

– Разве я не буду без тебя в опасности? У вас же, кажется, какие-то серьезные разборки и все такое...

Вит смотрит на меня, склонив голову:

– Ты хитрая и умная зараза. Но у меня правда много дел. Я отправлю с тобой одного из своих парней.

– Чтооо? – вспыхиваю я. – Ни за что! Они... они... грязные животные!

– Не такие грязные, как я.

– Вит!

– Не переживай, это будет человек, которому я доверяю, – он закатывает глаза. – А еще возьми с собой Асю. Ты вроде хотела познакомить ее с московскими дизайнерами? Отличный тебе подвернулся случай.

25 глава. Вит

На следующий день с утра пораньше начинает трезвонить будильник, и французская принцесса лениво садится в постели, продирая глаза: надо отправляться на гребанные съемки. Отпускать ее не хочется: я почти уверен, что обратно она вернется разбитой и уставшей.

Спрашиваю у себя: а не насрать ли мне, вообще-то? Напоминаю: мы не настоящая пара, у нас – просто брак по расчету. Ну да, немного примирились друг с другом, подружились, и секс у нас охрененный, мы даже начали разговаривать! Но разве это повод слишком уж за нее переживать? Вздыхаю, закатывая глаза: может, и повод. Прошло две недели с нашего знакомства – и мне начала нравиться эта упрямая, своевольна, дерзкая девчонка. Я не хочу, чтобы ей было больно, она не заслуживает этого. К тому же, мне частично знакомы ее чувства: у нас обоих отцы-мудаки. Но ее, конечно, покруче. Мой бы в жизни не отдал своего ребенка на растерзание другой банде.

– Будешь скучать? – спрашиваю у Марины перед тем, как отпустить ее.

– Нет, – невозмутимо отвечает она, но все равно льнет телом к телу, притирается кожей к коже и подставляет губы для долгого, развязного поцелуя с языком. Ох, трахнуть бы ее прямо сейчас... Она еще такая теплая, слабая, податливая после сна, так и представляю, как она расплавляется под