Гвендолин Кэссиди - Опыт любви

Честер, словно обжегшись, отдернул руку и резким движением оправил на ней платье.

— Так чего же тебе надо? — с раздражением бросил он.

Стефани судорожно сглотнула.

— Не знаю. — И отважно спросила: — Может, закончим на этом?

— Ты этого хочешь?

В ответ Стефани пожала плечами — откуда только сила взялась!

— Не вижу смысла продолжать в том же духе. Живи я в отдельной квартире, тогда, возможно…

Голос Честера стал ледяным.

— Предлагаешь мне снять для тебя…

— Нет! — почти закричала Стефани. — Если ты так обо мне думаешь, то поди к черту! — И пулей выскочила из машины.

Честер не сделал попытки ее удержать, даже не вышел следом.

Опомнилась она лишь в вестибюле, когда прижалась пылающим лбом к холодной стене. Вот и все! Кончено! Возможно, это к лучшему.

Плохо лишь одно: они с Кристэл еще какое-то время будут работать над книгой и ей неминуемо придется то и дело сталкиваться с Честером. Вряд ли удастся делать вид, что ничего не произошло…

Если Кристэл на следующий день и заметила некоторую натянутость в отношениях сына и секретарши, то никак на это не отреагировала. Утром работа спорилась на славу, а во второй половине дня, перепечатывая написанное, Стефани так увлеклась, что даже на какое-то время позабыла о своих горестях.

Когда в пять часов она уехала домой, Честер еще не появлялся. Возможно, ей повезет, и они не встретятся до ее отъезда завтра вечером. А к тому времени, как она возвратится, проблема может исчезнуть сама собой… Я должна быть благодарна судьбе за то, что так легко отделалась в отличие от Айрин, думала Стефани, глядя в окошко такси на вечерний город.

«Легко ли?» — шепнул внутренний голос, но она приказала ему умолкнуть.

На следующий день Кристэл все еще была в прекрасной форме, даже не пожелала сделать перерыв.

— Боюсь, милая, к тому времени, как вы вернетесь, я утрачу кураж, — жалобно проговорила актриса, когда очередная глава была закончена.

Стефани и сама об этом думала, но предпочитала держать свои мысли при себе.

— Ничего, вы очень скоро вновь воодушевитесь, — успокоила она Кристэл.

— Будем надеяться… Во сколько отходит ваш поезд?

— В половине седьмого. Я взяла чемодан с собой. Прямо отсюда поеду на вокзал.

— Тогда непременно надо перекусить перед отъездом.

— Но мы пили чай всего час назад! — воскликнула Стефани. — Поужинаю в поезде…

— Учтите, это будет не раньше девяти. К тому же вдруг в поезде не окажется вагона-ресторана? — стояла на своем Кристэл.

А Стефани тревожилась лишь об одном: как бы не столкнуться нос к носу с Честером.

— Поверьте, сейчас я все равно ничего не смогу съесть. Но тем не менее благодарю за предложение. Лучше мне приехать на вокзал пораньше, чтобы выкупить заказанный билет.

Кристэл волей-неволей пришлось уступить.

— Что ж, весьма разумно. Однако жаль…

Повинуясь внезапно нахлынувшему чувству, Стефани нежно поцеловала актрису в щеку.

— Счастливого вам праздника и спасибо за подарок! — сказала она, имея в виду красивый сверток, преподнесенный ей Кристэл.

— И вам того же, дорогая. Но помните: не разворачивайте его до самого Рождества!

— Обещаю! — улыбнулась Стефани.

Она была уже одета и ждала в холле, когда подъехало заказанное такси. Машина прибыла даже раньше на три минуты. Что же, все к лучшему…

Взяв чемодан, она направилась к дверям — и сердце ее едва не остановилось: на пороге возник Честер. В коротком пальто из верблюжьей шерсти поверх строгого костюма, с кейсом в руке.

— Все-таки успел, — слегка запыхавшись, проговорил он. — Я сам отвезу тебя на вокзал.

— Но такси уже здесь! — воскликнула Стефани.

Вместо ответа Честер направился к только что подъехавшей машине, на ходу доставая из кармана деньги. Затем банкнота перекочевала из одних рук в другие, и машина отъехала.

— Давай чемодан. Положу его в багажник, — скомандовал Честер, возвратившись. — Сколько у нас времени до отхода поезда?

— Час… — растерянно пробормотала Стефани, не зная, что и думать. — Послушай, тебе не следует…

— Еще как следует. Ради этого я прервал важную деловую встречу.

— Весьма польщена!

— И не без оснований, — ответил Честер без тени юмора. — Ты сядешь в машину или нет?

В конце концов, выбор невелик, решила Стефани.

Оживленное движение на дороге требовало от водителя предельного внимания, поэтому Честер все время молчал, а по лицу его трудно было догадаться, о чем он думает.

Когда они припарковали машину, поезд уже стоял у платформы. Невзирая на отчаянные протесты Стефани, Честер пренебрег услугами носильщика и сам отнес ее вещи в вагон.

И тут губы его презрительно скривились, когда он увидел битком набитый вагон третьего класса — даже мусор со столов еще не был убран.

— В таком свинарнике ты никуда не поедешь! — объявил он.

— У меня хоть место есть в отличие от многих других, — пожала плечами Стефани.

Честер только плотнее сжал губы, взял ее под руку и едва ли не силком вытащил из вагона.

— Давай сюда билет! Я обменяю.

— На это уже нет времени! — испугалась Стефани. — Поезд отходит через несколько минут, я вполне могу…

Достав деньги, Честер отсчитал несколько купюр и сунул в руку Стефани.

— Расплатишься прямо с проводником!

На них уже во всю глазели, и Стефани сочла за благо подчиниться.

— Когда вернусь, рассчитаемся, — глядя на него в упор, сухо произнесла она.

Серые глаза Честера сверкнули.

— Буду с нетерпением ждать!..

У вагона первого класса он привлек ее к себе. Стефани приказала себе держаться, но губы его были так горячи, что она ответила на поцелуй.

— Так-то лучше, — сказал Честер, пристально глядя в ее запрокинутое лицо, словно желая запомнить его на всю жизнь. — Это не конец, Стефани. Нам с тобой предстоит еще долгий путь… И, достав из кармана пиджака продолговатый сверток, вложил в ее дрожащую руку. — Не открывай раньше времени!

Прежде чем Стефани опомнилась, он помог ей подняться в вагон. Она твердила, что нельзя тешить себя иллюзиями. Но вот Честер обернулся, помахал рукой вслед уходящему поезду, и сердце ее забилось, как испуганная птица в клетке…

8

Вид из окна спальни открывался прелестный — ни дать ни взять рождественская открытка: заснеженные холмы, пушистые от инея деревья. Сонная Стефани улыбнулась, вспомнив, как скучала в городе по этим просторам…

Затем, памятуя просьбу Честера, достала сверток из ящика тумбочки, надорвала красивую, красную с золотом бумагу — и ахнула. На ладони у нее лежал изящный футляр из темно-синей кожи. Стефани не сразу открыла его, чего-то страшась…