Элис Детли - Любовное наваждение

Пози снова наклонилась, чтобы вытереть подбородок Джонатану, хотя в этом не было никакой необходимости. Ей не хотелось смотреть на Рикардо. Она сознавала, что получила очень ясный ответ. Рассуждения Рикардо в сущности определили границы взаимоотношений, возможных между ними.

— Становится поздно,—довольно сухо сказала она,— малыш устал, пора возвращаться.

Рикардо сопровождал их всю дорогу до дома, и Дорис радостно улыбнулась, увидев их на пороге.

— А вот и незваный гость! — объявил он с улыбкой.

— Да, что вы, Рикардо, мы всегда рады вам. Входите! — настаивала Дорис, и, к досаде Пози, он немедленно согласился.

От присутствия этого мужчины Пози чувствовала себя маленьким зверьком, неожиданно попавшим в ловушку.

Она заметила, что Джо устало трет кулачками глаза. Это был спасительный выход.

— Можно, я искупаю Джонатана? Дорис притворно закатила глаза.

— Я выдам тебе приз, — пошутила она, кивнув в сторону бара.

Пози провозилась с племянником гораздо дольше необходамого. Они с Джо плескали ладонями по воде, подгоняя в ванной его надувную уточку. Потом она вымыла ему голову, вытерла мальчика махровым полотенцем и отнесла в постель. Наконец он заснул, и нужно было вернуться в гостиную. Может, Рикардо уже ушел?..

Нет, он был еще здесь. Дорис показывала ему фотографии крестин Джонатана. Среди них была и потрясающая фотография Пози в шляпке, которую ее уговорили надеть в тот день. Невестка подняла на Пози глаза и улыбнулась.

—Как он?

— Уснул. Я вымыла ему голову.

— Правда? Как тебе это удалось? Он вопит на весь дом, когда я это делаю. Садись и выпей шерри!

— Нет, спасибо.

Пози не хотелось видеть эти насмешливые темные глаза.

— Чепуха! — сказала Дорис.— Вполне можешь немного выпить. Не думаю, что твой шеф осудит тебя за это.

Они пили и болтали обо всем на свете, правда, говорили больше Дорис и Рикардо, а Пози в унылом молчании слушала. Видя, что к нему вернулось беззаботное обаяние, она подумала, что Дорис смогла бы заговорить любого.

Даже в спокойной мирной гостиной, потягивая шерри, она не могла не ощущать его сексуального призыва, ошеломляющего мужского начала, которое скрывалось под внешне спокойными и изысканными манерами.

Почувствовав себя скованной и лишней, Пози собралась было уходить, когда Рикардо снова удивил ее, как удивлял весь день. Поставив пустой бокал на низкий столик, он поднялся.

— Пора. Я пойду, Дорис.— Глаза его блеснули, когда он взглянул на Пози.—Тебя подвезти?

Она покачала головой.

— Спасибо. Я еще немного посижу.

— Вот как? — В его тоне была едва уловимая досада.— Тогда долго не засиживайся, а то опоздаешь на свидание.

— Свидание? О чем ты?

Он саркастически улыбнулся, увидев в ее глазах замешательство. Только через несколько секунд туман, заволакивающий временами ее память, рассеялся. Конечно! Когда он пригласил ее пообедать, Пози солгала, что сегодня вечером будет занята.

— Свидание,— повторил он. — И не говори, что ты совсем забыла об этом, Пози.

— Нет…— запнулась она.— Конечно, не забыла.

Дорис проводила его до дверей, и когда возвратилась в гостиную, то все еще улыбалась.

— Как он мне нравится, — доверительно сказала она. — Я встречалась с ним до этого только раз. Он совершенно очарователен.— Она вздохнула.—Рикардо пригласил нас в роскошный ресторан, всех троих. Удивительно, что он так много времени уделял чужому ребенку. Это хороший знак! Говорят, итальянцы просто боготворят детей. Я знала, что он итальянец, но по акценту совершенно невозможно догадаться, правда?

— Да, — уныло отозвалась Пози в надежде, что похвалы наконец иссякнут.

В глазах Дорис появился вопрос, и Пози знала, что не сможет ей солгать.

— Как дела? — быстро спросила она, желая перевести разговор в иное русло.

Дорис бросила на нее взгляд, говоривший красноречивее всяких слов.

— В общем, неплохо. А в частности — просто замечательно. Я готова расцеловать этого Рикардо Росси. С тех пор как он приобрел компанию, Криса как будто подменили. О, временами он жалуется — не без этого,— но он сейчас так много работает и, кажется, снова начал себя уважать. Больше того, после работы он идет домой, а не в какой-нибудь бар!

Она вспыхнула до корней льняных волос и вдруг стала ослепительно молодой и хорошенькой.

— Мы сейчас ладим с Крисом гораздо лучше, чем прежде. И в постели тоже. А теперь, когда ты все выяснила, скажи мне одну вещь. У тебя действительно сегодня вечером свидание?

Пози покачала головой.

— Нет.

— Тогда какого черта ты не позволила Рикардо проводить тебя?

— Потому что я этого не хотела.

— О! А что случилось?

— Ничего. Просто он не в моем вкусе.

— Чушь! — живо отозвалась Дорис. — Он во вкусе любой женщины.

— Может быть,— сказала Пози мрачно.— Но ему всего лишь нужно затащить меня в постель.

Дорис хихикнула.

— Ну и что в этом плохого? Этого хотят все мужчины, и насколько я представляю, большинство женщин в восторге от такой обязанности.

— Возможно,— тяжело вздохнула Пози.— Но я не хочу быть одной из этого большинства.

Дорис кивнула. Огонек понимания зажегся в ее ярких голубых глазах.

— О, понимаю,— медленно сказала она,— мы говорим о редкой ситуации: один мужчина и одна женщина.

Это было абсолютно верно. В одном предложении Дорис сформулировала ту мысль, которую Пози не желала произносить. Быть единственной, желанной, любимой, слиться с близким человеком в одно целое, видеть его каждый день, варить ему кофе и рожать детей. Этому есть только одно название — брак. Дорис молча кивнула.

— И по твоему мнению, он этого не хочет? Пози припомнила его слова в зоопарке. О типе женщин, который ему нравился. О том, что он никогда не встречал женщины, с которой хотел бы разделить жизнь. Яснее не скажешь.

— Он сказал мне это сегодня,— печально ответила она.

Как-то ей удалось уйти, не расплакавшись перед Дорис. Но когда Пози вернулась домой, она провела остаток вечера, отчаянно ругая Рикардо и пытаясь сдержать слезы. Завтра у нее деловой ланч в «Гранчестер Отеле», и горе ей, если глаза будут красными.

И уже не в первый раз за последнее время она заснула с мыслью, что это сумасшествие — иметь профессию, которая основана на таком эфемерном фундаменте, как красота.

На следующее утро, облачившись в короткие синие шорты и такую же майку с золотой надписью «Вавилон», Пози вошла в огромный зеркальный зал «Гранчестер Отеля», где должна была состояться съемка.

Рикардо был первым и, в сущности, единственным человеком, которого она увидела. В зале было множество людей, но гордый профиль, прямые плечи и прекрасно скроенный костюм резко выделяли его среди прочих.