Дениз Робинс - Пир окончен

Теперь Стефан расспрашивал Эвелин осторожно и тихо, одновременно продолжая запаковывать холсты.

Почему Верона была не с мужем? Чем она занята? Как она выглядит и чувствует себя?

Обычные вопросы, но слушая их, Маргарет чувствовала, что в сердце Стефана открылась и кровоточит маленькая рана.

– Верона надеется присоединиться к своему мужу весной. Сейчас он в таком месте, куда не пускают жен, – объяснила Эвелин Стефану.

– Итак, наша маленькая жена военного возвращается под родительскую крышу! Типичная свадьба с военнослужащим. И как Верона отреагировала на это?

– Я думаю, что сейчас она отдыхает и ведет довольно замкнутый образ жизни, – сказала Эвелин.

– Верона хорошо выглядит, – добавил Ноэль. – Она уже не такая худая. Фигура не изменилась, но лицо пополнело. Очень красиво!

Маргарет зарделась ярко-красным румянцем и пошла в кухню. Она была готова закричать оттого, что Ноэль расхваливал Стефану красоту Вероны. Маргарет не могла этого вынести.

– Верона всегда будет красивой. Эти скулы… эта лебединая шея… эта длинная магическая, плавная линия от бедра до лодыжки; редкая вещь! – произнес Стефан.

– И замужество не изменило ее. Она все такая же. Я думаю, Верона просто лапочка, – раздался голос Эвелин.

– Замужество не оставило своего следа. Она продолжает рисовать? – спросил Стефан.

– Немного. Она снова подумывает о мастерской, но ей кажется, что мужу это не нравится, – сказала Эвелин.

Это вызвало резкий смех у Стефана.

– Приказы из ставки главного командования! Верона склонила голову, подчинившись? Тут, в свою очередь, рассмеялась Эвелин.

– Я не знаю, но, как ты говоришь, она замужем не так долго, чтобы сильно измениться. Верона такая же.

– Я целиком уверен, – прервал ее Ноэль, что Верона одолжит тебе эти рисунки, если ты попросишь ее, Стефан.

– Тогда позвони ей и попроси ее за меня, – произнес Стефан. – Скажи нашей жене офицера, что я хотел бы посмотреть на нее. Попроси ее принести холсты. Я буду готов к полудню.

Краска снова отлила от лица Маргарет. Она вошла в кухню, трясущейся рукой зажгла горелку и развернула пакет с рыбой. Глаза были полны слез. Она думала:

– О, дурак… дурак!..

После того, как Маргарет приготовила рыбу и сидела за столом со Стефаном, отламывая куски хлеба, и с жадностью отправляя их в рот, он сказал:

– Маргарет, не беспокойся завтра о еде. Я собираюсь побыть несколько дней один, готовя выставку. Я встречаюсь с кое-какими людьми, они придут с Ван Оргой. Людьми, которые будут полезны мне в будущем, и я должен сделать кое-какие приготовления…, – он издал короткий смешок. – Приличный костюм, если я найду подходящий на вешалке. И если выставка будет успешной, а Ван Орга говорит, что будет – я перееду. Я ненавижу это чертово место и эту женщину внизу, которая сдает его. Я смогу снять место получше и нанять кого-нибудь, кто бы приходил и все делал по дому. Я хотел бы иметь мастерскую у реки.

Душевные страдания Маргарет перелились через край.

– Пожалуйста, не прогоняй меня, Стефан, – прошептала она.

Он взял стаканы и, нервно вытирая их, произнес:

– Дорогая…

Заикаясь, Маргарет начала говорить:

– Скоро ты станешь знаменитым художником, я в этом не сомневаюсь, после выставки ты начнешь хорошо зарабатывать, люди будут толпами заказывать портреты. Но я была так счастлива, делая все для тебя. Не прогоняй меня.

У девушки совсем не осталось гордости, она чувствовала, что никому не нужна, и глаза ее были полны слез. Стефан видел, как вздрагивает ее тело. Он был утомлен и ни капельки не испуган. Стефан сам испытывал невыразимые мучения любви к Вероне, и ему было жаль Маргарет. Но он никогда не смог бы полюбить эту девушку. Сильное квадратное тело и нескладные губы оскорбляли эстетический вкус Стефана. Он восхищался умом Маргарет, ее талантом скульптора, но как женщину не воспринимал.

Стефан никогда не рисовал Маргарет. У него не было для этого вдохновения.

– Слушай, – начал он неуклюже, – не надо. Это так не похоже на тебя, Маргарет. Зачем, моя дорогая…

Стефан остановился. Девушка схватила его руку и начала покрывать поцелуями.

– Я так люблю тебя. О, Стефан. Я так тебя люблю, – стонала она.

– Ты не можешь так поступать. Ты не должна, – с ужасом заговорил Стефан.

– Но, тем не менее, я так поступаю, я не выдержу, если ты прогонишь меня, Стефан.

– Маргарет, ты прекрасно относилась ко мне. Прекрасный друг, я никогда не смогу до конца выразить тебе свою благодарность. Но почему ты так себя ведешь? Ведь между нами никогда не было никаких намеков на любовь.

Маргарет вцепилась в его руку, которую Стефан старался вырвать.

Он снова поблагодарил ее за все, что Маргарет сделала, и извинился за то, что относился к ней безразлично, пока был погружен в работу. Но он не хотел, чтобы она любила его. Он ценил ее дружбу. Но у него не было времени для любви. Любовные дела слишком сложны и беспокойны. В ближайшие годы он не собирается жениться, Поэтому в отношениях между ним и Вероной произошел раскол.

При упоминании этого ненавистного ей имени Маргарет всхлипнула. Низким, сосредоточенным голосом она сказала:

– Это Верона во всем виновата.

– В чем?

– Испортила тебе жизнь, разбила тебе сердце, сделала тебя безжалостным и…

– Чепуха, мое сердце не разбито, и моя жизнь не испорчена.

– Ты можешь быть удачливым художником, а как же твоя личная жизнь?

– Я никогда не давал тебе права учить меня, Маргарет, и мне не нравится, когда мои поступки обсуждаются тобой. Увижусь ли я с Вероной или нет – это мое личное дело.

Молчание. Маргарет поняла, что выглядела сумасшедшей, разговаривая так со Стефаном. Теперь она потеряла даже его дружбу. Она чувствовала в себе ярость, наполненную новой болью. Маргарет думала: «Нужно увидеть Верону и сказать, чтобы она не приходила сюда».

Уже другим голосом Стефан произнес:

– Послушай… это выходит из-под контроля. И все это грубо и глупо. Долгое время мы были друзьями. Давай ими и останемся. Иди домой и забудь обо всем, Маргарет. И не трать свои слезы на меня. Разве мы не можем снова стать друзьями?

– Я была полной идиоткой. Но все уже прошло. Пожалуйста, забудь.

Когда она попрощалась, Стефан повернулся и улыбнулся быстрой улыбкой, которая вернула жесткость его лицу. Он говорил так, как будто между ними не произошло ничего плохого.

– До свидания, старушка Маргарет. Скоро увидимся. Спасибо еще раз.

Когда девушка подошла к входной двери, Стефан тяжело дыша, сбежал за ней вниз по лестнице и сунул ей в руку фунтовую банкноту.

– Я забыл заплатить. Наверное, я должен как раз фунт – рыба, все такое…