Грозный Шторм - Алика Фортис

колесе, и не замечаешь, как этот самый день подходит к концу.

И вот до конечного порта осталось каких-то несколько недель. Там около суток пробудем на стоянке и потом выйдем обратно. Уже напрямую домой.

Уверена, что и путь домой длиной в полтора месяца промчится как миг. Даже грустно как-то, когда просто думаю об этом.

Тут у меня, если можно так сказать, семья появилась. А дома что? Да ни черта хорошего. Разве только то, что получу деньги и смогу выкупить долю у отчима.

– Ну что, Анют? Готова? – заглянул в мою каюту Ромка.

– Да, иду. Подожди только секунду, – достала из шкафа полотенце, сменную одежду, гель и, собрав чуть отросшие волосы в маленький хвостик, вышла к другу.

После того как я полностью восстановилась и ладони зажили, я снова начала ходить в спортзал вместе с ребятами. Это была исключительно моя инициатива. Шторм больше не настаивал на том, чтоб я занималась спортом. Удивительно даже.

Зато пару недель назад сам стал ходить в нашу качалку. Он, как я поняла, и раньше ходил. Но теперь выбирает для занятий одно и то же время, что и мы с ребятами.

Его вообще в последнее время стало слишком много. Он был буквально везде.

В спортзале, на палубе во время отдыха, также частенько захаживал на камбуз, якобы проверяя работу нового помощника.

Только смотрел при этом всё время на меня, а не на моего помощника. И смотрел так странно, что мурашки по коже.

Да и вообще общаться со мной начал адекватно. Не орёт по поводу и без. Даже интересуется, как дела, как самочувствие. Улыбается порой.

В общем, удивляет кэп.

Хотя – чему я удивляюсь? Я и сама не лучше. Тоже об него уже все глаза стёрла. Нет-нет да и брошу ненавязчивый взгляд в его сторону. И даже грустно как-то, когда не нахожу его в поле зрения.

А ещё печенье теперь пеку чуть ли не через день. Вот с того дня, как Шторм попросил, так и пеку. Ну через день – это я преувеличила, конечно. Но пару раз в неделю – как пить дать.

Ребята довольные. Кто раньше время перерыва порой пропускал и обходился без кофе, теперь все тут как тут. А Шторм так вообще наворачивает, что за ушами трещит.

Тем временем мы с Ромкой пришли в зал. Лёша и Макар уже были тут. И не только они. Максим тоже присутствовал.

Правда, сегодня, в отличие от других дней, занимался он без футболки. У меня взгляд так и прилип, попробуй отдери. Не перекаченный, но рельефный. Крепкий, жилистый. У меня аж подушечки на пальчиках покалывало, как хотелось ими провести по короткой поросли волос на его груди.

– Аккуратнее, Ань, – придержал меня за локоть Ромка, когда я спотыкнулась о порожек. Удивительно, что с таким смещённым фокусом зрения вообще в дверной проём вписалась.

– Спасибо, – поблагодарив друга, решительно зашла внутрь и, поздоровавшись со всеми, пошла разминаться.

После разминки приступила к приседаниям со штангой. Мне ребята сделали уменьшенную копию их штанги, которую бы я при всём желании даже приподнять вряд ли бы смогла. А эта у меня компактная, миниатюрная и с правильным весом.

Отойдя в сторонку, начала делать приседы со штангой на плечах. В голове держала слова Ромы, как правильно держать корпус, какие мышцы должны быть включены в работу, следила за упором стопы.

В общем, помимо самой техники выполнения упражнения, активно контролировала своё тело. Чтоб ходуном не ходило, как на шарнирах.

– Восемь, – пыхтела себе под нос, присаживаясь и после выталкивая корпус вверх. – Девять.

– Да ёп! Сука! – разнёсся по всему залу громогласный голос Шторма, ещё и с отборным матом. Таким отборным, что у меня того гляди уши в трубочку свернутся.

И всё это в сопровождении металлического грохота и звона.

Опустив штангу на держатели, развернулась, чтоб посмотреть, в чём дело.

На полу лежали разбросанные гантели. А Максим, продолжая материться и ощутимо прихрамывать, шёл к выходу из зала.

– Кэп, всё нормально? – выкрикнул ему в спину Макар, но Шторм только отмахнулся и пошёл дальше, подволакивая ногу.

– А что случилось-то? – вопросительно посмотрела на парней.

– Да кэп на твой орех засмотрелся, что гантели не на держатели, а на свои ноги «положил», – вовсю хохотал Лёшка.

Иногда мне хотелось его стукнуть за своеобразное чувство юмора. Ну или просто за язык без костей, которым мелет, что в голову взбредёт.

Пока Лёшка смеялся, Ромыч без слов метнул в него пластиковую бутылку с водой.

– Да понял-понял. Молчу, – говорил уже спокойно, но сквозь улыбку.

Все продолжили заниматься, а у меня из мыслей Шторм никак не шёл. Правда, что ли, пялился? Или Лёша пошутил? Или не пошутил?

Короче, у меня дальше тренировка пошла шиворот-навыворот. Мыслями я уплыла далеко-далеко. То и дело думала, в выгодном ли ракурсе до этого маячил мой орех? Не просвечивали ли лосины? Судорожно вспоминала, какие на мне трусы. На случай, если лосины всё же просвечивали. И всё в этом духе.

Поэтому плюнула и решила закруглиться раньше. Так как это не тренировка, а одно название.

Со спортзала сразу пошла в душ. Благо с собой всё прихватила. Сейчас ополоснусь и, пока время до ужина полно, поднимусь на палубу. Немного голову проветрю.

Прежде чем зайти в душевые, повесила на ручку двери красный шнурок. Так мы с ребятами на корабле договорились обозначать моё присутствие в душе. Если шнурок висит, значит, никто не зайдёт.

Так что, нацепив шнурок, со спокойной душой распахнула дверь и шагнула внутрь.

Твою ж…

У меня дежавю. Только с одним исключением: в этот раз причинное место капитана прикрыто полотенцем, обмотанным вокруг бёдер.

Но это не мешало моей фантазии дорисовать то, что не видно взгляду. Можно сказать, по памяти воспроизвела без проблем.

Я хоть и утверждала когда-то, что ничего в тот раз в душе не видела, но видела я ВСЁ! И видела, и запомнила, и даже вспоминала иногда. Не специально. Оно само. Просто попробуй развидеть такое! Ну нереально.

– Да, блин! Ты-то тут что делаешь? – то ли выкрикнул, то ли обречённо простонал Максим. Попробуй разбери за этой непонятной интонацией.

– Я? Я… я помыться пришла. Вот, – словно в подтверждение помахала руками, в которых держала принадлежности для мытья.

– Выйди пока, я оденусь. Сейчас, если кто-нибудь зайдёт, что, по-твоему, подумает? – развёл руками, демонстрируя свой практически обнажённый вид.

А я всё взгляда от полотенца отвести не могла. Казалось, ещё пара неловких движений и оно просто свалится. Всё же с