Элен Кэнди - Сказочное Рождество

— Шубу сними! — посоветовал почтальон и усмехнулся. Сам он давно уже сидел в футболке, сбросив теплый пуховик, и попивал из бутылки прохладное шампанское. — Жизнь интересная штука! — удовлетворенно проговорил он и вытянул перед собой ноги.

— Издеваешься? — Ким наклонилась и взяла у почтальона шампанское. Сделав пару глотков шипучего напитка, она сморщилась и вытерла губы. — Какая же гадость! — выдавила она и протянула бутылку парню. Потом вздохнула, сняла шубку и аккуратно сложила ее.

— Садись! — Парень бросил на пол свой пуховик и сделал пригласительный жест.

— Какой ты милый! — натянуто улыбнулась Ким и села рядом с почтальоном.

Он подавил смешок и предложил ей бутылку с шампанским. На этот раз она не отказалась.

— Ты понимаешь, я сегодня упустила такую возможность! Я нашла человека, с которым могла бы быть счастливой, и потеряла его в одночасье! — Ким вытерла губы. — Вот так! — Она щелкнула пальцами и снова отпила шампанского. — Я готова зубами прогрызть эту дверь, чтобы вырваться на свободу!

— Я заметил! — Он забрал у нее бутылку и сделал пару глотков.

— Не остри! — грубо ответила Ким. — И вообще, я не намерена с тобой разговаривать!

— Знаешь, я тоже. Если честно, я думаю о той, с которой должен был сегодня встречать Рождество. Она очень милая и добрая девушка. В ней есть что-то такое, чего нет в других.

— И что же это?

— Свет души, — томно произнес почтальон. — Она такая... такая... особенная. Для нее я готов на все!

— Даже приобрести дезодорант? — с сарказмом спросила Кимберли. — Вот же ей повезло!

— С такой девушкой, как ты, я бы никогда не стал встречаться!

— Не поверишь! Я бы с таким, как ты, и рядом бы не села! Ну почему, боже! Почему ты закрыл меня в лифте с этим... с этим... — Кимберли не могла подобрать слова.

— Кевин, — парень протянул ей руку. — Кимберли, меня зовут Кевин. И я не австралопитек и не чурбан. Меня зовут Кевин.

— Очень приятно, Кевин! — Кимберли скорчилась и не подала руку молодому человеку.

— А ты всегда такая? — Кевин развалился на своей сумке, прижавшись спиной к стенке кабины, пристально рассматривая Ким.

— Какая «такая»? — суховатым тоном переспросила она.

— Ты разве не поняла, о чем я хочу спросить?

— Почему ты на вопрос отвечаешь вопросом?! Я не понимаю, что ты хочешь сказать! — с ядом в голосе воскликнула она. — И вообще, у меня нет настроения с тобой беседовать! По твоей вине мы застряли здесь!

— Недоброжелательная, язвительная, грубая... Продолжить? Или хватит? — Кевин за короткий промежуток времени научился пропускать мимо ушей оскорбления Кимберли. — Зачем ты так? Почему ставишь себя выше других людей?

— О господи! — устало вздохнула Ким и отпила из бутылки шампанского. — Перестань!

— Хорошо. Давай помолчим. Десять минут осталось до Рождества. Никогда не встречал этот праздник в тишине...

Кимберли встала и, сделав два шага, оказалась у панели с кнопками. Панель не горела. Значит, лифт все еще не работает. Это полностью убило надежду, которой Ким еще дышала.

— Я влюбилась в человека. Он не такой, как все. Я влюбилась очень-очень сильно. Он умный, добрый...

— Красивый и богатый, — закончил Кевин.

— Я не знаю. Я его еще не видела. Но мне кажется, что мы подходим друг другу. Моя подруга называет это синдромом яблока. Две половины идеально подходят друг к другу. Если яблоко разрезать на две части, а потом снова соединить, то и разрез будет сложно найти. Так вот. Мне кажется, что я и «Мой принц» одно целое яблоко, разрезанное когда-то давно. Теперь мы единое целое.

— «Мой принц»? — удивился Кевин. — Твоего друга зовут «Мой принц»? Или это ты так ласково его называешь?

— Это его псевдоним. Мы познакомились в чате...

— ...«Кто так одинок»? — опять перебил он Кимберли. — Да? Ты это хотела сказать?

Ким сначала не поняла, откуда ему все известно. Неужели Оливия с ним успела посплетничать?! Нет, это исключено!

Кевин поставил бутылку на пол и встал с сумки. Было видно, что он сильно волнуется. Потерев влажные ладони о темно-синие джинсы, Кевин протянул ей руку.

— «Солнце среди туч», я твой... вернее, «Мой принц».

Габриель положила трубку и снова села за дежурный стол. На часах было без двадцати двенадцать. В конце длинного коридора, там, где находился просторный холл, раздавался смех, голоса, музыка.

Там было весело и хорошо. Но Габриель не могла заставить себя встать и покинуть стол дежурного. Вдруг Брендон решит с ней поговорить. И она, как зачарованная, смотрела на панель с лампочками в ожидании вызова. Она всем сердцем хотела, чтобы Брендон позвал ее.

Габриель закрыла глаза. У нее больше не было сил бороться, ждать. Она устала. Как ей хотелось сделать Брендона счастливым, как ей хотелось, чтобы он дал ей шанс помочь ему...

Она его любит. Ее любовь к нему необычна. Она не просит ничего взамен. Она просто хочет, чтобы он жил и был счастлив. Разве это так много?

Она уйдет в сторону. Останется в тени. Она будет просто наблюдать и радоваться за своего любимого.

Негромкий сигнал заставил ее открыть глаза. Габриель сначала подумала, что это звонит телефон, и по инерции схватила трубку, но там был лишь длинный гудок. Тогда она заметила, что на панели зажглась красная лампочка.

Это Брендон. Брендон Уильямс...

Габриель быстро вскочила со стула и побежала в сторону его палаты. Немного отдышавшись, она провела рукой по растрепавшимся волосам и тихо приоткрыла дверь.

— Габриель... — Брендон узнал ее шаги. — Посиди со мной. — Он был уверен, что она ему не откажет. Он прекрасно знал, что Габриель никогда не скажет ему «нет». — Ты прости меня, — шепнул он и сел в кровати.

Габриель молча улыбнулась. Брендону показалось, что в темноте он смог разглядеть ее улыбку — ласковую и добрую.

— Звонила мисс Уильямс. Я сказала, что вы отдыхаете. Как вы меня просили. И...

— Спасибо, — не дал ей договорить Брендон. — Прости за грубость. В последнее время со мной происходят странные вещи, которые очень сильно раздражают меня. Кажется, что прошлое не хочет отпускать меня.

— Может, вам стоит отпустить прошлое. Просто попрощаться с ним и оставить?

Габриель встала со стула и подошла к елочке, которую принесла Оливия. Елочка была небольшого размера, с электрическими гирляндами. Она нащупала вилку и вставила ее в розетку за прикроватной тумбой.

Палату сразу же залили голубоватые и зеленые огоньки. Стало уютно и празднично.

Габриель улыбнулась мелькающим огонькам гирлянд и поймала на себе взгляд Брендона. Она немного смутилась и отвела глаза в сторону.