Кэтлин Галитц - Романтическое путешествие

Вальс отзвучал, и на следующий танец Коди пригласила Барбара Мэтсон. На ней была блузка с весьма откровенным вырезом и очень узкие джинсы. Даниель с тяжелым сердцем смотрела, как Коди танцевал с другой женщиной. Остальные «мамочки», принимавшие участие в путешествии, тут же выстроились в очередь, чтобы потанцевать с красавцем Уокером.

Этот сценарий был до боли знаком Даниель: когда им со Скоттом удавалось выбраться на какой-нибудь праздник, женщины так и вертелись вокруг него, а Даниель весь вечер стояла в углу и наблюдала, как ее муж флиртует с другими. Потом Скотт исчезал на некоторое время, и вместе с ним исчезала и какая-нибудь из присутствующих дам… И он лгал, лгал и лгал.

Даниель очень хотелось верить, что Коди Уокер не исчезнет с кем-нибудь… Она беспомощно оглянулась вокруг в поисках партнера. Даже Рэй Энн Петтиджон, костлявая, с мальчишеской стрижкой, лихо отплясывала степ с симпатичным ковбоем.

Даниель вдруг страшно захотелось убежать и спрятаться. Она быстро направилась к аллее и уселась на скамейку в тени деревьев.

– Как насчет канкана, рыжая?

Даниель вздрогнула.

– Что стряслось, солнышко?

– Ничего, – пробормотала она. В конце концов, отчего она злится? У них не было никаких обязательств. Тогда почему она так ревнует? Наверное, это ее старые душевные раны так болят, это Скотт во всем виноват, а не Коди.

Коди присел рядом.

– Хочешь рассказать?

– Ты не поймешь.

– С чего ты взяла?

Он, конечно, выслушает, но как объяснить мужчине, до сих пор тоскующему по своей умершей жене, что ее брак не удался и она чувствует себя виноватой в этом? Как признаться в том, что Скотт взял и откупился от своей родной дочери? Вместо этого Даниель, стараясь сдержать слезы, спросила:

– Рэйчел когда-нибудь обманывала тебя с другими мужчинами?

– Конечно, нет!

Как ей в голову могло такое прийти! Если бы какой-нибудь парень хотя бы посмотрел в сторону его жены, он бы свернул наглецу шею.

– Тогда ты не сможешь понять.

Но Коди вдруг понял. Сам того не желая, он стал причиной слез. Неужели эта сильная и самоуверенная женщина расстроилась из-за того, что он согласился потанцевать с Барбарой Мэтсон? Черт возьми, если Скотт Херт однажды обманул ее, это вовсе не значит, что каждый ее роман должен заканчиваться крахом!

Коди обнял Даниель и попытался ее утешить. Рыдания сотрясли ее тело.

– Ты хорошо ко мне относился, – тихо бормотала она, пока он вытирал ей слезы своим носовым платком, – благодаря тебе я снова обрела веру в себя и больше не считаю всех мужчин лжецами.

У Коди внутри все перевернулось от этих слов. Что будет с ней, когда она узнает правду?

– Расскажи мне про Рэйчел, – попросила она.

Коди не мог ей отказать. Он заговорил об умершей жене с грустью и нежностью. Когда-то он женился на прекрасной девушке, а потом потерял ее.

– Это был несчастный случай? – Даниель почувствовала, как руки, обнимающие ее, внезапно напряглись.

– Это был последний день Шайенского родео… Рэйчел просто должна была проехаться по арене на иноходце… А потом что-то произошло… Лошадь встала на дыбы и сбросила ее…

Эта чудовищная картина до сих пор стояла у него перед глазами. О чем еще было рассказывать? О бесконечных днях, проведенных в больнице в ожидании чуда? О том, что если бы чудо случилось, то Рэйчел провела бы остаток жизни в инвалидной коляске? Все эти дни он беспрестанно молился, просил чуда, но чуда не произошло.

– Ей не было и двадцати двух. Она была еще совсем девочкой…

– Я сожалею, – прошептала Даниель.

Коди отчаянно потряс головой.

– Это было давно. Жизнь продолжается.

Только сейчас он осознал истинный смысл этих слов – надо жить дальше. С площади донеслись звуки вальса.

– Когда играет музыка, надо танцевать, – твердо сказал Коди. Его сердце уже принадлежало Даниель. По блеску в ее глазах он понимал, что она тоже неравнодушна к нему. Их тела готовы слиться воедино. Это было не так, как с Рэйчел. Рэйчел была молода и невинна, а Даниель… взрослая женщина. Он вдруг захотел отбросить прочь все воспоминания о прошлом и доставить этой женщине неземное удовольствие. Стоп. Нельзя ее обманывать. Это влечение к ней может стать роковым. Он должен прежде рассказать ей правду.

Скоро. Очень скоро. Но не сейчас.

Такой чудесный вечер… Он просто будет обнимать ее и кружить в вальсе под звездным небом, нашептывая ей на ухо слова трогательной ковбойской песенки: «Я улыбки твои целовал, не успевшие с губ слететь…»

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

С тех пор как Линн познакомилась с юным ковбоем, в ее глазах зажегся огонек, и Даниель не уставала расспрашивать дочь о ее первом свидании. – Мама! – сердилась девочка и делала обиженное лицо. Она рассказала только, что этот «жуткий миляга», паренек по имени Шейн, пригласил ее посмотреть, как он будет участвовать в родео в Ландере.

Даниель прекрасно понимала, что нельзя давить на Линн и вмешиваться в ее личную жизнь. Конечно, первая любовь обычно заканчивается полным крахом, и ей очень хотелось оградить дочь от этого, но она не имела права запрещать Линн встречаться с Шейном. Еще Даниель успокаивало, что Шейн не был похож на взлохмаченных, наглых пижонов, которые учились вместе с Линн.

Девочки только и говорили о предстоящем родео. Все утро Коди учил их, как нужно держаться в седле и управлять лошадью.

– Вот так, дорогая, – подбадривал Коди. – А теперь выпрямись и слегка отпусти поводья.

Сердце Даниель переполнялось гордостью, когда она видела торжество на лице своей дочери, восседавшей в седле. Скотт никогда не интересовался Линн и не поощрял ее любви к животным, он не одобрил бы и этих занятий.

Было видно, Коди Уокер не новичок в родео. Он был смел и горяч, и ему ничего не стоило как укротить мустанга, так и покорить жаждущее любви женское сердце. «Интересно, – думала Даниель, – как чувствовала себя Рэйчел, когда Коди выступал? Наверное, волновалась». Но сама она нисколько не переживала бы. Она бы гордилась мужем и желала ему победы.

Пока остальные учились ездить верхом, Даниель наслаждалась чтением. История Мэтти О'Шоу все больше захватывала ее.

Но спустя какое-то время ее внимание привлекла Молли, которая оседлала очень красивую молодую кобылку. Спрятавшись в тени фургонов, Даниель наблюдала, как лихо Молли управляет лошадью – словно родилась в седле.

– Ради Бога, зачем ты это делаешь? – воскликнула Даниель, когда Молли, оказавшись рядом с ней, слишком резко натянула поводья.

– Просто так.

Было заметно, что Молли очень хочется чем-то с нею поделиться. Девочка сопела несколько секунд, а потом разразилась упреками в адрес своего отца. Оказывается, она мечтала принять участие в скачках, а ее отец и слышать об этом не желал.