Эмма Радфорд - Пожар любви

— Да, — с широкой улыбкой подтвердил Эме. — Тренер Дамьен говорит, что я хороший дриблер.

— Конечно, — сказала она, жалея, что не может обнять Дамьена Берже.

…В субботу утром им предстоял парад. Фредерика решила позвонить Дамьену и выяснить, как он собирается транспортировать платформу.

— Не беспокойтесь, — сказал он. — Я уже обо всем позаботился.

— Гм… Хорошо. Я… Я была уверена, что вы это сделаете.

— Но должны были проверить, — ответил он. — Я вас понимаю.

— Ну, тогда увидимся.

— Я приеду, — заверил он, — но буду держаться на расстоянии.

— Меня это не волнует, — небрежно сказала она.

— Вот и отлично, — так же небрежно ответил он. — Раз так, до встречи.

— До встречи.

Она положила трубку, чувствуя, что нарушила условия договора. Но ведь она сама хотела ему позвонить, верно? Хотела… Нет, не то слово. Это было необходимо, вот и все. Только боль оказалась слишком острой…

Боль повторилась, когда в субботу Дамьен приехал на новеньком «вольво» родного для «Болидов» зеленого цвета. С машины еще не были сняты ярлычки дилера. На мгновение она подумала, что Дамьен специально выкрасил машину в цвет команды, но потом вспомнила, что машины этой марки и модели часто бывают зелеными. И все же ее не оставляло чувство, что на сей раз Дамьен зашел слишком далеко.

— Только не говорите, что вы купили эту машину специально для парада!

— Конечно, нет, — засмеялся он. — Я взял ее взаймы у приятеля.

— Интересно, что за приятель одолжил вам новенький «вольво»? — скептически спросила она.

Дамьен прижался бедром к бамперу и сказал:

— Вообще-то он дилер. Понимаете, он заинтересован в рекламе.

Фредерика почувствовала себя набитой дурой.

— Ох…

— Если бы я хотел купить «вольво», — промолвил Дамьен, оттолкнувшись от машины и обойдя ее сзади, чтобы прицепить трейлер, — то взял бы модель побольше, чтобы там могла поместиться половина команды. И купил бы голубой, а не зеленый.

Фредерика пошла следом. В конце концов, человек разговаривает с ней. Но когда Дамьен обернулся, улыбнулся и подбоченился, она попятилась и покачала головой.

— Неправда!

— К несчастью, я не мог получить машину почти месяц. Достать голубой оказалось труднее, чем я ожидал.

— Дамьен! — негодующе воскликнула она.

— Пришлось поторговаться, — деловито ответил он. — Видели бы вы лицо моего приятеля, когда я сказал, что я сам поведу «вольво»! — Он хихикнул.

Фредди только покачала головой.

— Догадываюсь, что вы давно не садились за руль роскошного седана.

— Вообще-то я покупал у него спортивную машину. Держу пари, что вы ее еще не видели. В последнее время я мало на ней ездил.

— И сколько же у вас автомобилей? — спросила она.

— Гм… Три. Точнее, пять, но на двух чаще ездят мать и сестра.

Три. Точнее, пять. Один из них — зеленый «вольво». Вторая — лимузин. Третья — трейлер… Фредди покачала головой и отошла. Он покупает машины для матери и сестры. Бросает деньги на ветер и, кажется, может себе это позволить. Спонсирует и тренирует детскую футбольную команду, тратит кучу времени на то, чтобы обклеить картон цветной бумагой. Любит, хвалит и учит ребятишек. О Господи, сам готовит… От близости этого человека у нее кружится голова. А она изо всех сил пытается оттолкнуть его. Да она просто выжила из ума.

…В тот день Эме забил решающий гол. Игра состоялась сразу после парада, и команда была в прекрасном настроении. Дамьен привез платформу прямо к футбольному полю. Ребятишки вышли на игру с таким азартом, что ни одна команда в лиге не смогла бы у них выиграть. Но победа далась нелегко. Эме так увлекся своим «дриблингом», что буквально загипнотизировал соперников. Они дружно остановились и со стороны следили, как мальчик ведет мяч обеими ногами по очереди, едва касаясь мяча. Когда он наконец ударил по воротам, мяч прошел в добрых трех метрах от штанги. Однако следующий удар оказался удивительно точным. Противник ответил ударом, пришедшимся в грудь Мадлен. Все остальное время малыши толкались, били друг друга по ногам, падали навзничь, а один маленький мальчик — слава Богу, из другой команды — схватился за ширинку и убежал с поля, крикнув, что хочет пи-пи.

К окончанию матча Фредди устала так, словно сама провела на поле сорок пять минут. Дамьен обнял нескольких ребятишек за плечи, посадил Эме на плечи, объявил его лучшим игроком матча и совершил с ними круг почета. Потом сказал, что отбуксирует трейлер на стоянку лимузина, разберет платформу и вернет «вольво» дилеру. Кое-кто из родителей предложил помочь ему, и Дамьен с радостью согласился. Но, когда Фредерика сказала, что отвезет Эме к бабушке и приедет тоже, он ответил, что в этом нет необходимости.

— Мы справимся, — улыбнулся он и повернулся к Эме. — Эй, дружок, если твоя мама не будет возражать, я хотел бы позаниматься с тобой, Паскалем и Бернаром дополнительно. Что ты об этом думаешь? Сможешь приходить в ваш парк по воскресеньям? На пару часов во второй половине дня?

Эме бесстрастно пожал плечами и посмотрел на мать, но Фредерика ему не поверила. Она видела, что у мальчика горят глаза. Паскаль и Бернар, подслушавшие этот разговор, сломя голову понеслись к родителям за разрешением.

— Если все в порядке, то я заеду за ними, — заявил Дамьен.

— А вам это не трудно? — осторожно спросила Дамьена мать Бернара.

— Нет. Это доставит мне удовольствие.

— Ну что ж…

— Я заеду за вами к часу, — сказал Дамьен Паскалю и Бернару, — и привезу домой к половине четвертого. — Он посмотрел на родителей и добавил: — Конечно, если вы не возражаете.

— Может быть, я тоже сумею выбраться, — сказал отец Паскаля Дидье.

— Это было бы замечательно, — весело ответил Дамьен. — Устроим мальчишник!

Дидье обнял Паскаля за плечи. Отец Бернара погиб, и мать — плотная седая женщина — в одиночку растит трех старших дочерей и сына. Перспектива отдохнуть хотя бы раз в неделю пришлась ей по душе. Кроме того, она была рада, что мальчик получит возможность общаться с мужчинами.

— Конечно, придется пораньше вернуться из церкви, — осторожно промолвила Фредерика, — но Эме будет готов. — Хотя лицо сына осталось непроницаемым, она поняла, что малыш очень доволен.

— Ну, мальчики, если так, то до завтра, — весело сказал Дамьен и пошел к машине.

Эме сунул крошечную ладошку в руку матери и негромко спросил:

— А ты что будешь делать?

Фредерика улыбнулась.

— Красить ногти, — внезапно решила она. — Приму горячую ванну, наложу на лицо маску и почитаю какую-нибудь хорошую книгу.