Леона Шелл - Ценный груз

— Развлекаться? — улыбаясь ее решительному тону, переспросил Тед.

— Ммм… возьмем мальчиков в парк, сходим с ними на пляж или прокатимся на велосипедах. Я имею в виду такого рода развлечения…

Тед пристально посмотрел ей в глаза и тихо произнес:

— Одежда, которую ты носишь, очень подходит к твоим глазам, Долли.

Он явно проверил ее решимость быть бесстрастным исполнителем договора.

— Спасибо за комплимент, — сказала она. — Когда ты смотришь на меня так, как будто я для тебя единственная женщина в мире, у меня появляется дикое желание — любить тебя. Но ты только не думай, что я одеваюсь так для того, чтобы очаровать тебя…

— Долли, шило в мешке не утаишь. Даже если ты завернешься в рубище, то и тогда взгляды мужчин будут прикованы к тебе и твоей фигуре.

— Ты должен остановиться, Тед, — сказала она приказным тоном. — Наше соглашение противоречит тому, что ты говоришь. Никаких комплиментов, даже намеков на чувства, на близость и что-то такое.

— Мы могли бы любить друг друга как брат и сестра? — несколько наивно предложил Тед.

У Долли не было сил представить Теда ни как брата, ни как сестру.

— Пусть будет так, как я сказала, — твердо сказала она. — Сейчас лето, и мальчики свободны от школы. Попробуй принять мое предложение, разве не об этом ты и сам говорил? А теперь мы могли бы отправиться в городской парк.

Их разговор был прерван прибежавшими на кухню Беном и Робертом. Роберт выпалил:

— Мама, мы собираемся идти в парк?

— А ты пойдешь с нами, папа? — в голос с ним завопил Бен.

Зная, как много зависит от его ответа, Тед сказал:

— Разумеется, пойду. Дайте мне только пять минут на сборы.

С воплями восторга мальчики выбежали в сад. Тед молча продолжал расставлять кастрюли на места, Долли молчала. Когда с последней кастрюлей было закончено, Тед поднялся в свою комнату, надел джинсы, футболку, и они все вместе вышли из дома. Спускались сумерки, сад был полон теней. Наконец-то мы опять все вместе: Тед, Бен, Роберт и я, подумала она и неожиданно почувствовала прилив счастья.

— Ну что, идем?.. — обратился Тед к Долли.

— Да, необходимо только заехать ко мне домой, я оставила там кошелек.

— Ничего. Сегодня я угощаю.

— Я предпочитаю платить за себя сама.

— Не забивай себе голову этой проблемой, — лениво усмехаясь, сказал Тед.

— Может, для тебя это не имеет значения, — настаивала Долли, — но для меня это потеря независимости.

— Хорошо, только сегодня вечером позволь расплатиться мне, — ответил он, положив свои руки на ее плечи, и повернул ее в сторону автомобиля.

— Ну что же, но только сегодня, — сухо сказала она.

В парке было многолюдно. Тед, Долли и мальчишки не стали расстраиваться по этому поводу. Они купили мороженое, вернулись домой и соорудили столик для пикника под кленом. Мальчишки с энтузиазмом накинулись на лакомство. Робби рассказывал что-то маме, одновременно размахивая руками.

— Ой, мам! — вдруг пискнул он. — Я уронил шоколад на твою кофту.

Долли глянула и похолодела — темное шоколадное пятно обезобразило кофту на самой груди.

— Боже мой… моя новая кофта! Надо намочить это место водой, а еще лучше потереть льдом, — сказала она, отодвигаясь от стола.

— Я покажу тебе, — произнес Тед, повел ее на кухню, открыл холодильник и достал лед. Затем повернулся к ней и приложил лед на темное шоколадное пятно:

— Надо немного подержать…

Он держал лед, чуть-чуть оттянув на себя ее вязаную кофту, его темные волосы находились в дюйме от ее лица. Никаких эмоций, подумала она, с любопытством наблюдая за ним. У него был изящный изгиб бровей, четко очерченный волевой подбородок. Внезапно он посмотрел ей в глаза и тут же отвел их.

— Мальчики заняты мороженым, и я просто не знаю, как прервать этот затянувшийся вечер, — заметила она.

Он убрал руку с ее кофты, нечаянно заметив, что ее грудь часто вздымается. Во рту у него стало сухо, и он тихо произнес:

— Я думаю, что теперь ты легко отстираешь свою кофту, так что на сегодня мои обязанности исчерпаны.

О пятне на кофте она совсем забыла. Внутреннее тепло обожгло ее щеки, Долли отступила на шаг и громко сказала:

— Ну что же, холостяцкая жизнь имеет свои преимущества и в плане обязанностей, и в плане покоя.

— Ты встречала много мужчин за последние несколько месяцев… Откуда такой интерес ко мне? — выдавил из себя Тед.

Она вспомнила холод, который почувствовала в его комнате, и медленно проговорила:

— Я, конечно, не Герда, а ты не Кай, но холод этих комнат будит во мне желание растопить накопившийся здесь лед.

— Не надо решать за меня, как мне жить, — резко сказал он.

— О нет. Это не так просто. Я бы очень хотела помочь тебе, но не могу этого сделать без твоего ведома, Тед. — Она прижала руки к груди, почувствовав кожей мокрую ткань. — Давай закончим эту тему, хорошо? Мы и так слишком много говорим об этом. Ты не любишь меня, и я своими разговорами только раздражаю тебя.

— Я вижу, мы снова зашли в тупик, — грустно ответил Тед. — Нам лучше вернуться к детям, а то мороженое совсем растает.

Во вторник в восемь часов вечера Тед с Беном и Робином ехали на велосипедах по направлению к дому Долли. Долли работала с семи утра до семи вечера. Он хотел пригласить ее на чашку кофе, а затем предложить ей вместе с мальчиками отправиться в субботу на пляж. Он прислонил свой велосипед к ограде, а мальчики принялись ловить ящерицу, которую заметили в траве. Он постучал в дверь и услышал голос Долли:

— Входите.

Тед прошел в холл и удивился тому, что там было не убрано, а через некоторое время туда зашла Долли. Ее волосы были мокрыми после душа, старенькие джинсы плотно облегали бедра, а легкая блузка отнюдь не прятала, а скорее, подчеркивала то, что было под ней. Долли была удивительно домашней и как-то по-особому привлекательной.

— А, Тед. Я…

Неожиданно вошла пожилая женщина. Она была элегантно одета, женский костюм и белые туфли сидели на ней безупречно. Долли представила ей Теда:

— Это мистер Теодор Зауер, миссис Мак-Челси, он мой друг. Тед, у миссис Мак-Челси я арендую этот дом…

— Как вы поживаете, мистер Зауер? — вежливо спросила Маргарет Мак-Челси и посмотрела на Теда так, что ему стало неудобно за оторванную пуговицу на рубашке и беспорядок на голове. Он спрятал за спину руки, чтобы не было заметно масляных пятен от велосипеда, и ответил:

— Спасибо, миссис Мак-Челси, хорошо. Извините меня, я должен идти.

Вдруг с грохотом открылась дверь и в кухню вбежали мальчики.

— Посмотри на нее, мама, — закричал Роберт. — Такой красивой ящерки я не видел никогда. Можно отнести ее к себе в комнату?