Натали Митчелл - Жаркие ночи

— Ничего вы не…

Я даже не успел договорить, потому что Алисия восторженно вскрикнула:

— На яхте?!

— Она не такая уж огромная, но, надеюсь, вам понравится.

Алисия посмотрела на меня умоляюще:

— Кевин, я никогда не бывала на яхте.

Я тоже не был… Но принять приглашение Гарри Форстера! Разве это возможно после вчерашнего?

Она между тем лукаво спросила:

— А вы обещаете, что не будете поедать фужеры и рюмки?

Он засмеялся так, будто действительно был счастлив. Я подумал, что, может быть, Гарри Форстер и не притворяется. Все-таки Алисия была потрясающе красивой девушкой, он вполне мог влюбиться в нее с первого взгляда. Как я когда-то…

Но смотреть на него отныне, как на товарища по несчастью, мне было не под силу. Никогда мне не стать христианином до мозга костей, и, надо признать: я не особенно и старался.

— Мы будем угощаться лучшими фруктами, которые только найдутся на этом острове. Самыми спелыми! — весело пообещал Форстер.

И тоже просительно посмотрел на меня:

— Кевин, вы не против прогулки по морю?

— А если бы я был против?

Алисия перестала улыбаться:

— Я не поехала бы.

— Почему? — вырвалось у меня.

Она, конечно же, не могла ответить так, как мне хотелось, как просило того мое сердце. Алисия просто чувствовала, что она в долгу перед человеком, который остался на этом острове из-за нее. Хотя реально я еще ничем ей не помог…

— А ты не понимаешь? — спросила она.

И такая тоска прозвучала в ее голосе, что мне захотелось немедленно освободить ее от опостылевших пут придуманного долга.

— Не чувствуй себя обязанной, Алисия. Ты вовсе не должна повсюду таскать меня за собой. Я найду чем заняться, пока ты катаешься на яхте.

— Кевин!

— Кевин, вы действительно не хотите поехать с нами? — произнес Гарри каким-то странным тоном.

Я сразу забеспокоился:

— А вы что, не можете гарантировать полной безопасности Алисии?

— В каком смысле? — опешил он. — Что такое вы подумали, интересно знать?

Алисия махнула рукой:

— Да ничего со мной не случится, о чем ты? Но дело не в этом, Кевин.

Мне захотелось попросить: «Просто скажи, что ты хочешь, чтобы я поехал с тобой. Просто скажи!» Но тут раздался зов моего отца.

Он выкликал мое имя на бегу и размахивал какой-то бумажкой, оказавшейся телеграммой.

— Миранда! — проревел он.

— Какая Миранда? — насторожилась Алисия.

— Это моя мать!

Я бросился ему навстречу. Но отец вопил так, что слышно было на всем побережье.

— Она прилетает! Сюда, понял ты, сукин сын?! То есть… Нет, конечно, не сукин… Она прилетает через час! Мы должны немедленно отправляться в аэропорт.

— А как же… — растерянно начала Алисия и замолчала, закусив губу.

Я обернулся к Форстеру:

— Мы можем отложить нашу поездку на завтра? Не думаю, что за день погода испортится. Здесь всегда штиль, насколько я успел заметить.

Он покачал головой:

— Завтра я отправляюсь в Малайзию. Меня уже ждут там друзья.

Лицо Алисии выразило такое отчаяние, что у меня само вырвалось:

— Покатайся с ним. Я обязательно должен встретить мать. Проследить, чтобы они оба с ходу не наговорили глупостей, понимаешь?

— Конечно.

Мне показалось, что она не выглядела особенно счастливой оттого, что прогулка по морю все-таки должна была состояться.

Отец нетерпеливо позвал:

— Поехали, Кевин. Этот джентльмен позаботится о нашей девочке.

Этого я и опасался. Голливуд приучил нас к тому, что если кто-то обещает женщине позаботиться о ней, то именно он и оказывается маньяком-убийцей.

— Поезжай, Кевин, — сказала Алисия каким-то усталым голосом. — Я же все равно не могу поехать с вами, правда? Это было бы…

Она не закончила фразу, и по дороге я развлекался тем, что придумывал варианты. Хотя «развлекался» это сильно сказано. Я грыз ногти от ревности, кусал губы и распалял свое воображение сценами, которые могли в этот момент происходить на яхте Форстера. Наверняка эта яхта была красива, как он сам.

Я ненавидел его, я ненавидел Алисию, которой наверняка было там весело. Была четверть часа, когда я желал им утонуть на этой чертовой яхте. Всю свою жизнь я помнил эту четверть часа…

3

Это случилось, когда мы были уже на полпути к аэропорту. Встречные машины внезапно начали тормозить и сигналить, кто-то выскакивал прямо на дорогу, другие разворачивались и жали на газ.

— Да что происходит? — Отец тоже дал по тормозам, но я успел оглянуться прежде, чем мы остановились.

В первое мгновение мне почудилось, будто мы взлетели над землей и перевернулись так, что море оказалось вертикальной стеной. Подвижной, живой стеной, которая надвигалась на нас. Не слишком быстро, как мне показалось, но неумолимо.

Выскочив из машины, я уставился на это грозное чудо. Кажется, я даже забыл, что надо дышать, забыл обо всем на свете. Гигантская волна ползла к нам диковинной коброй, перед которой люди оцепенели, как кролики.

— Цунами! — заорал отец. — Быстро в машину!

— Нет! — внезапно очнувшись, завопил я в ответ. — Мы должны вернуться! Алисия! Она же сейчас на яхте!

В голове у меня заколотилось, разрывая виски: «И это я пожелал им смерти!»

Тогда он зарычал:

— Идиот, в машину! Я к ней и еду!

Только когда мы рванули назад, я спросил, с трудом справляясь с трясущимися губами:

— Почему ты решил ехать за Алисией, а не в аэропорт? Не за мамой?

Его лицо было незнакомо суровым, почти злым.

— Аэропорт далеко от моря, — ответил он отрывисто. — Туда волна не дойдет. А вот… Черт возьми! Ведь было так спокойно! Если они уже…

Он не договорил, и так все было ясно. Меня охватил ужас оттого, как медленно мы двигались назад, хотя машина неслась с запредельной скоростью. Но мне уже было ясно, что цунами опередит нас.

Я твердил про себя: «Только бы они не успели выйти в море… Только бы они оказались на берегу… Тогда еще можно убежать… Забраться на крышу высокого отеля…» Я посмотрел на отца:

— Твой коттедж может пострадать.

— Пострадать? — Он оскалился. — Да его смоет к чертовой матери! Плевать.

— Там же твои работы…

Его голос от злости звучал, как лай:

— Плевать! Я хочу спасти девушку моего сына. Хоть это я должен сделать для своего ребенка!

Я сглотнул горечь:

— Вообще-то она не моя девушка. Господи! Смотри, волна уже до самого неба!

— Не его девушка… У тебя вообще есть что-нибудь в голове, сын мой? — все сильнее сжимая руль, проговорил отец сердито. — Неужели ты до сих пор не понял, что она с ума по тебе сходит?!