Пола Льюис - Мистер Безупречность

— Поэтому их жены сидят дома.

— Нет. Они работают. Но только потому, что в нынешнее время тяжело прожить на одну зарплату.

— А что ты скажешь о том брате, который женат на шотландке?

— Джо? Он не очень похож на остальных. Хелейн, его жена, — умница. Джо очень гордится ею. — Паола улыбнулась, вспомнив жену брата. — Вообще-то Хелейн зарабатывает денег больше, чем Джо. Он с трудом мирится с этим.

— Ну, это было бы неприятно для любого мужчины.

— Еще один аргумент в пользу того, чтобы никогда не выходить замуж, — заявила Паола, потому что сама была полна решимости и преуспеть, и разбогатеть.

— Нет, просто такая ситуация противоречит нормальному ходу вещей, — заметил Мэтт. У Паолы отвисла челюсть.

— Неужели ты это сказал? И ты полагаешь, что женщины должны зарабатывать на порядок меньше мужчин?

— Нет. Я только хотел сказать, что тысячи лет складывался определенный порядок вещей. В мужчине заложено желание воевать и охотиться. А в природе женщины ухаживать за пещерой, заботиться о детях, готовить пищу для мужчин.

— Не верю я в такой порядок, Мэтт. Сейчас девяностые годы двадцатого, а не девятнадцатого столетия.

— Есть вечные установления.

Они подъехали к ее дому. Он мягко затормозил, выключил зажигание. Затем развернулся так, что они оказались лицом к лицу. Паола собралась возразить. Ей нравилось спорить, особенно если она чувствовала, что права.

— Давай не будем спорить, — примирительно сказал Мэтт. — Ненавижу споры. — Он улыбнулся вальяжной, чувственной улыбкой. Сердце у Паолы запрыгало как сумасшедшее, мысли куда-то улетучились. — Ты ведь на меня не сердишься? — Его глаза блеснули в лунном свете.

Как же она могла на него сердиться? Даже если он думает так же, как ее братья.

— Паола… я… — Он дотянулся до ее руки.

Простое прикосновение, но оно имело магическое свойство лишать ее дара речи. Большим пальцем он погладил тыльную сторону ладони, а ее тут же пронизал трепет.

— Да?

— Я… — Он немного помолчал. — Давай пойдем к тебе. Я не знаю зачем.

Как только они очутились в холле, Паола внимательно посмотрела на него. Он стоял спиной к двери, она — на расстоянии вытянутой руки. Их взгляды встретились.

— Паола… — Его голос сохранял спокойствие, но глаза тронула золотистая поволока. От этого взгляда сердце начало неистово колотиться. Даже если бы она очень захотела, не смогла бы сейчас отвернуться.

— Паола, я прошу извинить меня за поведение на прошлой неделе. Мне очень жаль.

— Есть основания сожалеть. — Она совсем не сердилась на него. Напротив, ей хотелось, чтобы он ее поцеловал.

Мэтт откинул назад волосы нервным жестом.

— Я… ох… я не знаю, что меня толкнуло.

— Думаю, знаешь, — проговорила она, не сводя глаз с его губ. — Ты просто ревновал.

Он тяжело сглотнул.

— Я не ревновал.

Ей нравилось видеть его неуверенность в себе, смятение. Внешне он становился доступнее и даже… трогательнее. Почему сейчас он ее не поцеловал? Ведь хотел же! Она облизнула губы, а он проследил за движением кончика ее языка.

— А я думаю, ревновал. Во всяком случае, мне бы хотелось этого. Это означает, что ты неравнодушен ко мне.

— Конечно, ты мне нравишься, — сказал он, немного откинувшись назад. — Вообще-то мы можем видеться чаще. Хорошо, если подружимся.

Только дружба? Ей хотелось большего.

— Тогда почему ты ведешь себя так, будто боишься меня? — Она задала вопрос, уже не сомневаясь, что он хочет ее так же, как и она его.

Он напрягся.

— Я не боюсь тебя. И вообще ничего не боюсь.

— Так ли? — Паола сделала шаг к нему и нежно положила руки ему на грудь. Его сердце билось часто-часто, так же как и ее. — Я рада, — прошептала она и потянулась к нему.

— Да… но послушай, мне, кажется, пора уходить. У меня еще много работы, которую нужно переделать до завтра. Доброй ночи, Паола. Я позвоню тебе завтра. — Он наклонился, слегка касаясь ее губ.

Это теплое касание побудило Паолу немедленно ответить: она закрыла глаза и обвила руками его шею. На какой-то миг он будто колебался, но вот со сдавленным стоном притянул ее к себе и продолжил поцелуй.

Паоле казалось, что она погружается в какую-то сладостную пучину…

— Паола, — простонал он, продолжая покрывать поцелуями ее шею. Его руки проникли под рубашку Паолы, и она вздрогнула, когда ладони Мэтта обхватили ее груди. От удовольствия у нее перехватило дыхание.

— Мэтт, — прошептала она. Да, это то, чего она так страстно хотела.

Он прихватил зубами мочку ее уха, а два больших пальца ласкали затвердевшие соски. Биение ее сердца участилось, казалось, каждый нерв ее тела отвечает на захлестнувшее ее трепетное волнение. Она по-прежнему не открывала глаз, упиваясь восхитительными ощущениями, которые становились все сладостнее. Она могла слышать его прерывистое дыхание.

Затем он внезапно прервал ласки.

Уже через минуту Мэтт поправлял рубашку Паолы и деликатно отстранял ее от себя: по выражению его лица можно было судить об усилиях совладать с разбушевавшимися чувствами. Оба тяжело дышали.

Паола недоуменно воззрилась на него. Сердце неистово билось, тело трепетало, в голове царила сумятица. Что с ним произошло?

Лицо Мэтта залилось краской, взгляд — два впивающихся в нее буравчика. На широкий лоб упала непослушная прядь. Он поднял руку, чтобы поправить прическу, и Паола заметила, что его пальцы слегка дрожат.

— Что с тобой, Мэтт? — наконец спросила она.

Он глубоко вздохнул.

— Извини, Паола. Я утратил контроль над собой.

Извинить? Ему не за что просить прощения.

— Я хотела, чтобы ты поцеловал меня. — Она явно затруднялась: не обратить ли все в шутку?

— Да, я знаю… мне тоже хотелось поцеловать тебя, но, я думаю, не стоит форсировать события. Когда мужчина и женщина… — Он помешкал, нахмурившись, затем продолжил: — Когда мужчина и женщина бросаются друг другу в объятия, они должны знать, что движет ими. Нужно понять значение возникших чувств.

— Мэтт, — терпеливо успокоила его Паола, — не думаю, что все надо делать по плану. Любовное влечение всегда основывается на чувствах, а чувства нельзя заказать заранее. Мы же оба хотим одного и того же.

— Если человек чего-то хочет, это не значит, что он должен это обязательно получить. Надо отвечать за свои действия.

— Думаешь, я буду что-то требовать после того, как мы займемся любовью?

Он прищурился.

— Нет, Паола. Не это меня останавливает. Ты вполне прозрачно намекнула на свои взгляды, поэтому поводу. Просто я осмотрителен.