Рейчел Бейли - Привычка ссориться

— Обычно я предпочитаю вести такие разговоры без свидетелей, но если ты захочешь ее о чем-то спросить, дай мне знать.

— А кем буду я? Хорошим полицейским? Или плохим?

— Барбара Джессап ни в чем не виновата, так что, думаю, на этот раз мы как-нибудь обойдемся без плохого полицейского. Но если ты действительно хочешь поиграть в ролевые игры, как только мы вернемся в номер…

Рассмеявшись, Люси вылезла из машины.

— Давай сперва разберемся с делами.

Барбара оказалась пожилой женщиной с аккуратным пучком на голове и приветливой улыбкой на губах. Хайден уже разговаривал с ней по телефону, так что она знала, зачем они пришли, и хотела им помочь, поэтому, усевшись за столик с домашним печеньем, чаем и кофе, они сразу же перешли к делу.

Включив диктофон, Хайден достал блокнот и ручку.

— Вы разговаривали с Анжеликой Пирс, журналисткой из АНС?

— Пару раз. Первый раз, когда президент Морроу еще был сенатором. Я всегда знала, что этот мальчик далеко пойдет.

— Но позже вы с ней тоже общались?

— Да, примерно в то время, когда его выбрали президентом. Мисс Пирс сказала, что у нее появилось еще несколько вопросов.

— Говорили ли вы ей о Элеоноре Алберт и ребенке?

— Первый раз она расспрашивала о его школьных годах и живет ли здесь еще кто-нибудь, с кем бы она могла поговорить. Я назвала ей пару имен, а когда речь зашла о Элеоноре, я сказала, что не знаю, куда она переехала после того, как отдала девочку на удочерение.

Как он и думал, именно Анжелика раскопала информацию, из-за которой и возник весь этот скандал.

— А вы говорили, что президент может быть отцом этой девочки?

— Разумеется, нет! Я не знаю, что там было на самом деле, но так бы я предала семью Морроу!

— Я уверен, что они очень ценят вашу преданность. А когда Анжелика Пирс пришла к вам во второй раз, она спрашивала про ребенка?

— Именно этим она и интересовалась больше всего, но я сказала, что ничего не знаю.

— А на самом деле вам что-нибудь известно?

— Я вообще очень много чего знаю про самых разных людей, в том числе и про ребенка, но это еще не значит, что я что-нибудь скажу журналистам. — С этими словами она искоса взглянула на Люси.

— Как я уже говорил вам по телефону, Люси помогает мне вести расследование, вы можете ей доверять. А кто-нибудь, кроме вас, еще знает историю Элеоноры и ее ребенка? Может, после расспросов Анжелики вы с кем-нибудь обсуждали эту тему?

— Да, я позвонила подруге, Нэнси Марлин, и рассказала, как прошел разговор с журналисткой.

— Нэнси что-нибудь знала о ребенке? — Хайден в любом случае собирался про нее спросить, но хорошо, что ее имя само собой всплыло в разговоре.

— Тем летом, когда Элеонора исчезла, Нэнси как раз работала на семью Морроу, так что она знала или хотя бы подозревала столько же, сколько и я.

— Миссис Джессап, это очень важно, прошу вас, вспомните тот телефонный разговор. Хоть одна из вас говорила, что Тед Морроу может быть отцом этого ребенка?

Прижав руку к губам, Барбара выдохнула:

— Это я во всем виновата? Неужели все белы свалились на бедного мальчика только из-за меня? Бог ты мой, что я натворила! Я ведь даже точно не знала, что именно он — отец девочки.

Люси пересела к ней на диван и осторожно погладила по плечу.

— Нет, миссис Джессап, вы ни в чем не виноваты, и, когда вас расспрашивали, вы честно хранили чужие секреты.

Наверняка после того, как Морроу избрали президентом, Анжелика, так же как и сотни других журналистов, в поте лица старалась отыскать о нем что-нибудь новенькое. А когда второй раз услышала про ребенка, то, как и сам Хайден, простым поиском в Интернете установила, что на выпускной бал будущий президент пришел с Элеонорой Алберт. И, второй раз приехав в Филдс, принялась расспрашивать всех по второму кругу, попутно прикидывая, чьи телефоны стоит прослушать.

— Миссис Джессап, к сожалению, должен вам сказать, что часть ваших телефонных разговоров подслушали.

— Какой ужас!

— Полностью с вами согласен, и я обязательно прослежу, чтобы все виновные понесли полную меру наказания. Сейчас я позабочусь о вашем телефоне, и если вы скажете, с кем из ваших друзей разговаривала Анжелика, то помогу и им.

— Мистер Блек, вы — очень хороший человек. — А затем она повернулась к Люси и добавила: — Держись за него как можно крепче.

От изумления Люси открыла рот, а Хайден замер, не донеся до рта чашку. Неужели их отношения так легко разгадать?

Ладно, даже если и так, все равно они вместе лишь ненадолго и никогда не станут держаться друг за друга.

Прежде чем Люси успела ответить, Хайден встал и пошел к телефону.

— Думаю, стоит со всем разобраться прямо сейчас.

На обратном пути они решили зайти в ресторанчик, и, пока Хайден ждал заказ, Люси пошла выбирать столик.

— Люси? Это действительно ты? — услышала она за спиной. Обернувшись, увидела тетю Джудит. — Дорогая, а я и не знала, что ты в Филдсе, почему ты мне не позвонила?

Они обнялись.

Чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Люси в очередной раз подумала, что слишком редко видится с родственниками отца. А зря, семья — это самое главное.

— Я приехала по работе. — Люси молча пообещала себе в самом ближайшем будущем снова сюда приехать. — Иначе я бы обязательно позвонила.

— Ты надолго приехала?

— Всего на один день.

— Тогда обязательно приходи к нам ужинать.

— Но я не одна, а с коллегой.

— Приводи и коллегу. Сейчас здесь Филипп и Роуз, и мы отлично проведем время.

Как к такому предложению отнесется Хайден? Он явно не слишком высокого мнения о богатых родственниках своей покойной жены.

— Джудит, это Хайден Блек, Хайден, это моя тетя Джудит, — представила она их друг другу, когда Хайден вернулся.

— Рад с вами познакомиться.

— Я тоже, я как раз говорила Люси, чтобы она вместе с тобой приходила к нам на ужин. Должна сказать, что мы и так слишком редко видимся с моей дорогой племянницей, так что отказываться бесполезно.

— Тогда у нас просто нет выбора, — улыбнулся Хайден. — Мы с радостью придем.

Глава 9

Весь вечер они с Люси опрашивали тех друзей Барбары Джессап, с которыми разговаривала Анжелика. У них в списке осталось еще несколько человек, но с ними можно разобраться и завтра, а сейчас их ждет ужин с семьей Люси.

— И кто будет на этом ужине? — спросил он, когда они уже подъезжали к дому тети Джудит.

— Сама тетя, дядя Пирес, мой двоюродный брат Филипп и его жена Роуз. Больше Джудит ни о ком не говорила, но, зная ее, можно ожидать чего угодно. Извини, что я тебя во все это втянула. — Люси осторожно погладила его по ноге.