Джойс Дингуэлл - Тысяча свечей

Она опомнилась, лишь заметив, что Крэг направляется к ним. Подойдя ближе, он вручил Дэйви свой приз и в обычной своей манере медленно проговорил:

– Ну, дружок, ты так болел за меня, что победа по праву твоя. Держи свою награду. – А смотрел при этом на его сестру.

Потом они вместе сидели в уютном тенистом кафе, поглощая домашние булочки и лимонад. Мальчик не выпускал из рук драгоценный подарок – большой серебряный кубок, – и трапеза несколько затянулась. Уж очень неудобно есть, когда одна рука чем-то занята!

Начинались соревнования пони, и, оставив брата на попечение его «лучшего друга», Пиппа побежала разыскивать Домрея Харди.

Для выездки все было готово. Среди взрослых тем временем Пиппа выиграла одно первое место и два вторых, но участвовать в скачках отказалась. Как всегда, Домрей принял удар стоически и даже улыбнулся, хотя в его взгляде сквозило разочарование.

Ничего не поделаешь! Девушке оставалось лишь повернуться и отправиться на поиски брата. Вдруг этот непоседа улизнул от Крэга? После недолгой прогулки по окрестностям она нашла их обоих у забора, огораживающего поле для скачек. Среди других участников у стартовой черты была и Рена. На Сюзи. Крэг и Дэйви оживленно наблюдали за ней.

– Как она здесь оказалась… – хотела спросить Пиппа, но звук ее голоса пропал в оглушительном хлопке выстрела. Скачки начались.

С самого начала Рена оставила соперников далеко позади. Безошибочно выполняя каждое движение, она стремительно приближалась к финишу. К забору теперь подошел и Дом. До крови прикусив нижнюю губу, он напряженно следил за происходящим, что удивило Пиппу. Рена выигрывала с большим отрывом, волноваться было абсолютно не о чем. И точно, вот она первой пересекает черту, изящно спрыгивает с лошади и, взяв ее под уздцы, ведет к Домрею.

Стряхнув с себя оцепенение, – зрелище действительно было восхитительным – Пиппа заспешила навстречу победительнице. В конце концов, это ее кузина.

– Никаких падений в этот раз, – услышала она едкий голос. – Ни единой ошибки и никаких замечаний со стороны строгого мистера Харди.

– Рена… – засмеялся молодой управляющий. – Рена…

«Что же сейчас будет? – подумала Пиппа. – Скажет он что-нибудь еще, кроме этого жалкого «Рена», или нет? Почему он молчит?

Закончить мысль ей не удалось, как не удалось и услышать, что сказал Домрей. Затрещал громкоговоритель, и звонкий голос отчетливо произнес:

– Мисс Франклин, зайдите, пожалуйста, в главный офис.

– Проводи ее. – Каким-то чудом Крэг оказался возле Пиппы, подталкивая ее вперед.

– Но…

– Иди, – настаивал он. – Я пригляжу за мальчуганом.

Когда Пиппа открыла дверь, Рена уже все знала. Из «Вершин» пришло срочное сообщение. Умер ее отец.

Глава 5

Горе Рены не вызывало сомнений. Пиппа, часто инстинктивно отдалявшаяся от кузины из-за ее видимой холодности с отцом, теперь видела, что все это было маской, что связь их так прочна, что не требовалось ни слова, ни демонстрации дочерней привязанности.

Через несколько часов после объявления и опустошающих потоков слез Рена села в постели, куда ее уложила Пиппа, и охрипшим голосом сказала:

– Мы были одним целым, Пиппа, сейчас, когда он ушел, у меня будто что-то отняли.

Бормотавшая обычные слова соболезнования Пиппа была резко прервана недовольным прикосновением руки.

– Одним целым, – повторила Рена. – Я такая же эгоистка, как и он. Мы думаем только о себе.

– Ошибаешься, Рена, дядя Престон всегда заботился о тебе.

– Значит, он заботился о себе, ведь мы одно и то же. А сейчас… – Снова хлынули слезы.

Пиппа почувствовала, что эти слезы больше помогут кузине, нежели ее утешения, и тихо вышла. Ее успокаивало, что Крэг взял Дэйви в «Ку». Сейчас «Вершины» – не место для ребенка при таком явном страдании Рены. При таком близком присутствии смерти.

Смерть. Пиппа стояла в саду и думала о ней… и Дэйви. Ей было жаль дядю Престона. Несмотря на его раздражительность и ужасные вещи, которые время от времени он говорил, она любила старика. Но дядя Престон – не маленький мальчик с несколькими веснами за спиной. Слезы хлынули из глаз, и, когда ее нашел Дом Харди, Пиппа тихо плакала.

Он обнял ее и повел в конюшню; казалось, он инстинктивно знал, что делать. Они провели некоторое время с Лютиком и Лилией, и Дом рассказал, что с ними будет дальше. Это была хорошая терапия, и вскоре Пиппа стала оживать. Затем, без всякого предупреждения, он прервал диалог вопросом:

– Как она?

– Рена?

– Да.

– Плохо.

– Я так и думал.

– А я – нет. – К этому моменту Пиппа обнаружила, что может откровенно говорить с Домреем. – Я так ошибалась…

– Такова Рена, – кивнул он. – Но все это видимость, а под ней… – Харди запнулся, переводя дух. Судя по лицу, он испытывал боль.

– Дом… – начала Пиппа, но Харди уже взял себя в руки, оживленно заговорил, и она поняла, что не сможет проникнуть в его мир.

Доктор Берт не появлялся в «Вершинах» со времени последнего визита к Престону Франклину, но для Рены было выписано успокоительное, и с ней оставалась сиделка.

От Крэга пришла весточка, что Дэйви с ним, и Пиппа была благодарна соседу, так как похороны назначили на следующий день.

После печальной церемонии девушки вернулись в дом, Пиппа принесла чай в гостиную и присела рядом с кузиной. Она заставила себя сказать:

– Что теперь с нами будет, Рена? – Должна же знать она планы Рены. Ей надо думать о Дэйви.

Рена пожала плечами:

– Папа всегда говорил, что денег нет, – недоверчиво рассмеялась она. – Типично для Престона Франклина, отец всегда был слишком осторожен. В общем, я в это не верю. Возможно, часть денег мы и потеряли, но все же остается солидная сумма. И еще есть этот дом. – Рена огляделась вокруг.

– Да, не думаю, что тебе нужно беспокоиться о средствах к существованию, Рена. – Пиппа не лукавила. При всех причитаниях дяди она никогда всерьез не принимала жалобы Престона на близкое разорение.

– Деньги помогут мне, – сказала Рена, – сделают свободной, почти такой же, как раньше, позволят уехать отсюда, оставить осточертевший Хай-ленд. – Она достала сигарету и закурила.

Следующую фразу она адресовала густому облачку дыма, во всяком случае, не Пиппе.

– Я не буду зависеть от того, кто захочет забрать меня отсюда. От Крэга, от Глена, – один пустяк… доктор отпадает, Пиппа.

– Берт?

– Да. Очень деликатно наш молодой врач начал ссылаться на свою старую любовь.

– Дженифер.

– Да. Трогательная маленькая история. Молодые студенты вместе. Не сказано ни слова. Но чувства остались. – Рена снова стала собой, резкой и язвительной.