Тони Блэйр - Очаровательная соседка

− Ладно, сейчас буду. − Холли тяжело вздохнула.

− Хорошо, я встречу тебя у входа в больницу. Не сердись. − Мишель повесила трубку.

Когда Холли вернулась в комнату, Дерек уже затеял возню с ребенком.

− Дерек… − Холли остановилась в дверях. − Я не нарочно… это не я… честное слово!

− Что случилось?

− Маме стало хуже.

Дерек встрсвоженно повернулся к ней:

− Намного?

− Не думаю, но доктор все же просит приехать, и Мишель боится…

− Ну так поезжай, − спокойно сказал Дерек, уже привычно устраиваясь в кресле с Эмили на руках.

− А как же ужин?

− Он, очевидно, откладывается.

− Ты, наверное, считаешь меня идиоткой. − Холли чуть не плакала, когда Дерек обнял ее.

− Нет, − сказал он нежно, − я…

«Чуть не сказал… люблю тебя! Я точно с ума сошел!»

− Я… думаю, тебе сейчас необходимо быть там…

− А Эми?

Малышка тут же напомнила о своем существовании неразборчивым лепетом.

− Угадай с одного раза, кто останется с ней, − улыбнулся Дерек.

− Не сердись на меня, пожалуйста!

Дерек усадил Эмили в кресло и крепко обнял Холли.

− Мне не за что на тебя сердиться, честное слово. Меня воспитывала пожилая тетушка, и мне часто приходилось навещать ее в больнице. Из-за этого срывался рабочий график, но друзья всегда старались меня подменить. Неужели я поступлю иначе? Ведь родители − это самое главное. Можешь пробыть в больнице сколько будет нужно.

«Я влюбился! В женщину с ребенком! Мои поздравления, Кэссиди. Ты самый большой дурак из всех, кого я видел! Но как же она хороша…»

− Как я смогу отблагодарить тебя?..

− Я подумаю, пока тебя не будет…

− С едой и номерами телефонов − как обычно… да ты сам знаешь. О, Дерек!..

− Веди машину осторожно, не торопись. И не волнуйся по дороге, хорошо?

− Спасибо, еще раз − огромное спасибо тебе, Дерек! Ты так меня выручил…

Дерек, конечно, не воспринимал еще одну ночь с Эмили как подарок судьбы.

«Но я просто обязан помочь ей. На моем месте Холли поступила бы так же, и дело даже не в том, что она мне безумно нравится. Подумать только, если бы это была тетя Мэри, и мне никто не помогал…»

− Чего только не сделаешь ради такой женщины, − сказал Дерек вслух и обернулся к Эмили. − Зайчик, как бы ты отнеслась к папе вроде меня?

«Что я несу!»

Эми улыбнулась.

Взяв ее на руки, Дерек устроился в кресле.

− Не слушай меня, крошка. Это я, конечно, погорячился. Не надо привыкать к дяде Дереку: он, может быть, и хорошая нянька, но папа из него вряд ли получится.

Эми нахмурилась, и он почувствовал себя виноватым.

− Ты же понимаешь, Эми… Малышка, похоже, решила всплакнуть.

− Не расстраивайся, солнышко. − Дерек покачал ее на колене. − Я совсем не то хотел сказать. Просто… видишь ли, я не могу быть твоим папой. Правда, не могу. Я совершенно не готов ко всему этому… да, в конце концов, меня никто не учил, как быть хорошим отцом. Никто из нас в этом не виноват, ты − замечательный ребенок, а я не знаю, куда меня еще может забросить жизнь. Так что Дерек Кэссиди − далеко не самая лучшая кандидатура… Эми притихла и серьезно взглянула в его глаза.

− Какой же ты вырастешь, вот интересно. Девочке нужен отец − а сколько проблем начнется, когда тебе будет двенадцать-тринадцать лет… Холли, пожалуй, тяжело придется в одиночку. И ведь всегда должна быть твердая мужская рука, чтобы помочь, направить… что там еще отцы делают? Кто будет распугивать твоих ухажеров, а?

− А-а-а?

− А кто будет вопить, что «в этом платье ты дальше порога не пойдешь»?

− А-а?

− И кто подведет тебя в церкви к жениху?

Эми затихла, встретив взгляд Дерека.

Тут Дерек понял, как на него смотрит Эми, и испугался.

− Ну нет, детка. Только не я. И не надо плакать. Понимаешь, я думаю, что люблю твою маму. Но вот что из этого выйдет, хотел бы я знать!

Глава 11

Дерек сбегал к себе домой и принес Забияку.

− Господа, познакомьтесь, я надеюсь, вы понравитесь друг другу. Это Эмили. А это − сэр, перестаньте шипеть, а то удавлю! − а это Забияка. Внимание, у нас впереди − обширная развлекательная программа. В нее входят: роскошный ужин, песни и пляски, стихи про Винни-Пуха, а также (и это главный номер, спешите видеть!) Дерек Кэссиди в роли рыжего, белого и фиолетового клоунов одновременно!!!

− Агу-у, − расстроившаяся было Эмили заинтересовалась, на ее лице появилась улыбка.

− Несомненно. Все пожелания будут учтены. Но сперва − ужин!

− Мяу! − заявил котенок.

− Тебя не спрашивают! Разумеется, тебе тоже дадут поесть. Итак, − Дерек повернулся к Эмили, − леди, ползунки какого цвета вы изволите предпочесть на сегодняшний вечер?

Он приготовил банановое пюре так же быстро, как это делала Холли, и протянул Эми бутылочку.

− Музыка, дамы и господа! − Дерек пощелкал кнопками приемника и настроил свое любимое «Рок-н-ролл-радио».

При первых звуках музыки Забияка мяукнул, как будто пытался подпевать.

− Согласен. У тебя в отличие от меня есть хоть какой-то слух. Ты же видишь, все как обещал, − вечеринка: еда, музыка, девочки… Девочка, правда, только одна, но очень хорошенькая. Да, Эми?

Малютка не ответила. Она увидела пушистый белый комочек, который шевелился, издавая забавные звуки, и потянулась к нему. Дерек хотел было забрать котенка, чтобы тот не поцарапал Эмили, но ручки малютки оказались такими нежными, что через несколько секунд Забияка уже довольно мурлыкал. Эми что-то лепетала ему на своем языке, и котенок, похоже, прекрасно ее понимал. В общем, они были вполне довольны друг другом.

Через час Дерек сменил Эми подгузник и выключил приемник, потому что у крошки уже слипались глазки. Вечер удался на славу. Шоу клоунов прошло с небывалым успехом − девочка непрерывно хохотала, а Забияка изумленно таращился на свихнувшегося хозяина, наверное, уже не раз пожалев, что связался с такой сомнительной компанией.

Дерек сидел в кресле, к которому уже привык за несколько последних дней. Эми дремала у него на коленях, а Забияка пристроился на плече. Никто не мешал мыслям Дерека, но нельзя сказать, чтобы он был рад этому.

«То, что у меня едет крыша, − это вне всяких сомнений: обложился всякой живностью и блаженствую, как счастливый отец семейства. Но вот вопрос, на который мне во что бы то ни стало нужно знать ответ, − возможно ли… как бы это… Любит ли она меня?»

Он испугался собственной откровенности… зевнул и уснул сном праведника.