Лина Баркли - Насмешка судьбы

— Но все было не так...

— Ты находилась на грани самоубийства, Энжи. Лоренцо заслуживал наказания. Надеюсь, что и он, и его мерзкие высокомерные родственнички уже корчатся от рекламы, которую я им устроила.

— О чем ты говоришь, мама? — в ужасе спросила Энжи, предчувствуя что-то дурное.

В этот момент на линии раздался слабый щелчок, означавший, что к их разговору кто-то подключился.

— Послушай, когда я узнала, что ты исчезла, то запаниковала, — продолжала Маргарет. — Твой отец много раз мне рассказывал ужасные истории про сицилийцев и их страшную месть. Я поняла, что Лоренцо узнал, куда уходили его деньги, и решил попросту избавиться от тебя. Таким образом он избежал бы огласки и расходов на бракоразводный процесс с женой, о которой никто и не знал.

— Мама, это какой-то абсурд!

— Энжи, ты страшно наивна. Семья Боргезе очень влиятельная и жестокая, и ты для них представляешь неудобство. Поэтому, чтобы защитить тебя, я обнародовала всю историю. Сейчас мой дом буквально штурмуют журналисты, среди них много итальянцев. Что ты хочешь, чтобы я им рассказала в новом интервью?

Энжи мучительно застонала: ничто не может сломить стремление ее матери всегда быть в центре внимания.

— Я имею в виду как тебе живется с ним? Может, мне сказать, что его родные насильно разлучили вас пять лет назад, или стоит заклеймить его как бесстыжего соблазнителя несовершеннолетних девочек? При разводе это может иметь значение...

— Мама, позволь мне самой решить проблему развода, — слабо возразила Энжи, не в силах поверить в услышанное.

— Маргарет, — послышался суровый голос, заставивший Энжи задрожать всем телом. — Это Лоренцо. Если ты хоть еще одно слово скажешь журналистам или проболтаешься кому-либо постороннему, я вышвырну тебя из дома сегодня вечером, а затем подам на тебя в суд за злостное мошенничество.

Некоторое время на линии сохранялась тишина: обе женщины были потрясены тем, что их разговор прослушивался Лоренцо.

— Но ведь я твоя теща! — завопила Маргарет, придя в себя.

— В данном конкретном случае это не имеет значения. Предупреждаю, — ледяным голосом отчеканил он и внезапно услышал гудок: Маргарет повесила трубку.

Энжи стояла, как каменное изваяние, шокированная случившимся. Когда вошел Лоренцо, она все еще сжимала в руках трубку. Бледный от ярости, Лоренцо приблизился к ней, выдернул трубку из ее рук, схватил аппарат и с силой грохнул его об пол. Затем он посмотрел на нее испепеляющим взглядом.

— Какой познавательный звонок! Ты и твоя мать — самые гнусные заговорщицы на свете. Она обратилась за помощью к прессе, а ты продумываешь наиболее выгодные условия развода. Какая же ты дрянь! Мне следовало бы предусмотреть подобный поворот событий.

— Лоренцо, это действительно чудовищное недоразумение, — произнесла Энжи, побледнев как полотно. — Реакция моей матери, безусловно, неадекватна, но я искренне верю в ее стремление защитить меня...

— От кого? От меня? Зачем ей вообще искать тебе защиту от меня?

— Я не знала, что мама за все эти годы так и не поверила мне, что между нами ничего не было. Она даже не ходит на свидания, потому что разуверилась в мужчинах. Поэтому мое исчезновение лишь укрепило ее в мысли, что все мужчины не только ненадежны, но и опасны. Она постоянно повторяла, что мой отец и ее второй муж исковеркали ей жизнь. Она убеждена, что ты сломал мою, и это отчасти правда...

— Предоставив тебе жить в роскошных условиях и не отказывая ни в чем? Ты хочешь сказать, что этим я испортил тебе жизнь?! — Он взъерошил волосы и глубоко задумался. Энжи опасливо следила за ним. — Да, видимо, правда кроется там, где я и не жду найти ее. Я действительно виноват в том, что ты стала испорченной особой.

— Я не такая...

— Я отпустил тебя в руки корыстной и эгоистичной женщины, у которой лишь деньги на уме. Проживи мы с тобой подольше, может, ты обрела бы иные ценности.

— Уверяю тебя, я вовсе не сожалею о том, что мы так быстро расстались! — гордо вскинув голову, заявила она.

Лоренцо окинул ее с ног до головы медленным изучающим взглядом. Она все еще была в его халате, слегка распахнутом на груди, являвшем взору узкую ложбинку между двух соблазнительных округлостей.

— Даже твой любовник не отрицает этого...

— Джек никогда не был моим любовником, — возмущенно выпалила она, затягивая потуже халат.

— Он, правда, не джентльмен, поскольку, деля постель с тобой, тут же начинает рассуждать о твоем распутстве, — криво усмехнулся он.

— А что плохого в том, что в моей жизни было много мужчин? — отчаявшись доказать свою невиновность, взорвалась Энжи. Она знала, что Джек был уязвлен ее полным равнодушием к нему и тем, что она редко встречалась подолгу с одним и тем же мужчиной. Его слова были своего рода местью за всех отвергнутых ею. — Кроме того, тебя это совсем не касается!

Лоренцо не произнес ни слова, лишь долго молча смотрел на нее ледяным, полным презрения взглядом.

Напряженную тишину нарушил нервный смешок Энжи.

— Да, можешь назвать меня блудницей. Тоже мне великий грех!

Он по-прежнему молча смотрел на нее. Вызов, брошенный ею, остался без внимания. Она поняла, что ее очередная попытка провалилась.

— А теперь, когда с этим вопросом покончено, — устало сказала она, — не пора ли нам позвонить в полицию и сообщить о моем местонахождении и что со мной все в порядке, не считая только что пережитой бури в стакане воды?

— Я уже позвонил, и местные полицейские скоро будут здесь, чтобы убедиться в твоем присутствии. А следом за ними приедут папарацци, — бросил он на ходу, покидая комнату. — Нам надо быстро сматываться отсюда.

Придя в себя, она последовала за ним в кабинет. Лоренцо звонил куда-то. Энжи стояла в дверях, прислушиваясь к указаниям, которые он давал человеку на другом конце провода.

— Вся эта невообразимая суматоха произошла по твоей вине, — укоризненно произнесла она, когда он закончил разговор. — Если бы ты не заманил меня сюда под предлогом продажи вилл нашему агентству, ничего бы не случилось. А сейчас, когда я вернусь домой, как прикажешь мне все объяснять? Ты же видел реакцию Джека. Он поверил в то, что мы супруги.

— Ну да, брак без секса. Мне надоела эта нудная болтовня, — сказал он, глядя на нее горящими глазами. — Думаю, настал момент получить то, зачем я приехал сюда.

Лоренцо подошел к ней и прежде, чем она разгадала его намерения, поднял ее на руки.

— Лоренцо, что ты затеял?

— Я привез тебя сюда, чтобы разделить с тобой супружеское ложе и насладиться красотой твоего дивного тела, — напомнил он ей цель их поездки, поднимаясь по лестнице. — И я намерен совершить сей подвиг до того, как мы уедем отсюда.