Барбара Макмаон - Две мамы, три отца

Когда они возвратились в город и поехали к Тревору, она чувствовала усталость, которая возрастала по мере приближения родов. Но она не заикнулась о ней, боясь, что Эдам позвонит друзьям и откажется от приглашения. Ей хотелось повидаться с Джилл и увидеть Эдама в общении с друзьями.

Это поможет ей лучше узнать его, несмотря на то, что, проникая в глубь его характера, она играет с огнем. Пока все это идет на пользу. Он может стать прекрасным партнером и, как ей кажется, чудесным отцом. Но надо смотреть в будущее. Эдам не заинтересован, в развитии их отношений и тем более в браке. Как и она. Так что пусть остается другом.

Тревор и Джилл тепло приветствовали ее. Джилл пригласила Эмбер в кухню, где она заканчивала приготовление ужина, в то время как мужчины остались в гостиной.

— Ну, как, ты уже освоилась на новом месте? — спросила Джилл.

— Вполне, — ответила Эмбер, глядя, как Джилл снует по кухне. — Помочь тебе?

— Нет, но я люблю компанию.

— Мы сегодня ездили покупать детскую мебель, — сообщила Эмбер.

— Мы?

— Эдам и я.

Джилл улыбнулась.

— Хорошо. Я надеялась, что у вас любовь. Он замечательный парень, и ему нужна близкая женщина.

Эти слова поразили Эмбер.

— Мы просто друзья.

— Самое лучшее — когда в брак вступают друзья, которые к тому же любовники, разве ты так не думаешь? — спросила Джилл.

— В брак? Об этом не может быть и речи. Я почти не знаю его. И есть некоторые препятствия.

Джилл подняла на нее глаза.

— Прости. Я забыла о твоем муже. Конечно, еще рано и все такое. Я не говорю о том, чтобы вы немедленно поженились.

— Эдам не хочет жениться.

Джилл пожала плечами.

— И я не хочу выходить замуж за пожарного, — твердо сказала Эмбер.

— Но почему? Они замечательные парни. И пламенные любовники. — Джилл рассмеялась своей шутке.

— Неужели ты не беспокоишься, что каждый день, когда Тревор уходит на работу, он может не возвратиться домой? — спросила Эмбер.

Джилл покачала головой.

— Нет. Я верю, что все будет хорошо. Разве я должна жить в страхе перед тем, что, возможно, никогда не произойдет? Я хочу наслаждаться жизнью, которой живу сейчас. У меня прекрасный муж, хорошая работа, и, если, судьба окажется милостива к нам, так будет, пока я не стану старой, очень старой женщиной.

— Но если нет?

— Нет, так нет. Но разве я должна лишить себя любви всей моей жизни, беспокоясь о том, что, возможно, никогда не произойдет? — возразила Джилл.

Любовь всей ее жизни. Когда-то Эмбер, так думала о Джимми. Но то было время, когда они учились в школе. Позже ее взгляды изменились. Интересно, если бы Джимми вернулся, вспыхнула бы между ними былая искорка?

— Тяжело терять любимого человека, — медленно сказала Эмбер.

— Безусловно. Мне еще не пришлось испытать этого. Мои родители и родственники живы. Но я знаю, что человек не должен замыкаться в себе после того, как кто-то умирает. Смерть — это часть жизни. Ну-ка, помоги мне отнести еду, и мы пригласим мужчин к столу.

Эмбер взяла блюдо с жареным мясом, потом вернулась за овощами. Джилл поставила на стол картофель и булочки. Она позвала мужчин, и они быстро заняли свои места.

Таким количеством еды можно накормить небольшую армию, подумала Эмбер, но Тревор с Эдамом быстро опровергли ее сомнения.

Эмбер с интересом слушала рассказы Тревора о пожарном депо. Эдам, которого недавно перевели в Сан-Франциско, почти не фигурировал в них, так как его все еще считали новичком. Однако, заметив насмешливый огонек в его глазах, она поняла, что он подыгрывает Тревору.

Было уже поздно, когда Эдам предложил откланяться. Несмотря на усталость, Эмбер обрела второе дыхание и с удовольствием провела вечер.

— С ними так весело, — сказал она, когда Эдам отъехал от дома.

— Я знаю. Тревор и на работе такой. Всегда старается разрядить обстановку.

— Все пожарные похожи на вас? Такое впечатление, словно вы видите, только светлую сторону жизни.

— Но ведь жизнь прекрасна. В депо много разных людей, но мне кажется, что большинство из них — оптимисты. Разве ты не такая?

Эмбер задумалась. Пожалуй, он прав, хотя за последние месяцы она утратила часть привычного жизнелюбия.

— Думаю, что я тоже оптимистка. Даже получив удар, я поднимаюсь. — Она с удивлением поняла, что снова обрела смысл жизни, несмотря на горечь утраты. Теперь она с интересом смотрит в будущее, ожидает рождения дочери и получения диплома. — Спасибо за приятный вечер, — сказала Эмбер, когда Эдам подвез ее к дому.

— Я приеду во вторник и соберу мебель.

— Не нужно.

— Нет, нужно, — возразил он, нежно целуя ее.

Во вторник Эдам проснулся с чувством приятного нетерпения. Он не видел Эмбер три дня, а это слишком долго. Жаль, что она переехала. Одно дело — встретиться с ней в том же доме или в парке, и другое — ехать к ней через весь город. Она поймет, что он хочет видеть ее.

Что в этом плохого? — бреясь, спросил себя Эдам. Он счастлив, когда она рядом. Неужели это любовь? Он влюбился во вдову, которая больше не хочет выходить замуж?

Он ополоснул бритву и занялся делом. Вредно философствовать в такую рань. Однако чем больше он думает об этом, тем сильнее у него искушение убедить Эмбер рискнуть и, развивая отношения, посмотреть, к чему приведет их дружба.

У него никогда не было брачных планов, но, если Эмбер удастся переубедить его, он попытается сделать то же самое.

Торопясь одеться, Эдам ударился рукой о дверную ручку и даже не почувствовал боли. Он сжал и разжал пальцы. Рука отозвалась слабой болью. Определенно кости срастаются. Но, как медленно! Он устал от собственного общества и вынужденного безделья.

Перекусив, он поехал к Эмбер. Не терпелось увидеть ее.

Когда через полчаса Эмбер открыла ему дверь, он мог бы поклясться, что ее глаза радостно блеснули. Широким жестом она пригласила его войти.

Она была одета. Из-под шортов виднелись длинные красивые ноги. Несмотря на то, что свободный топик не мог скрыть округлившийся живот, фигура поражала стройностью. Блестящие светлые волосы разметались у нее по плечам, и Эдаму захотелось пропустить сквозь пальцы шелковистые тяжелые пряди. Если наклониться, можно вдохнуть тонкий аромат тела, присущий только Эмбер. Эдам сделал шаг вперед, и она подняла к нему лицо.

Он поцеловал ее, крепко прижав к себе. Она такая милая и теплая. Ему хотелось раствориться в ней и провести так следующее тысячелетие.

Внезапный толчок в живот заставил его вздрогнуть.

— Что это?

Эмбер хихикнула и, взяв его руку, приложила к своему животу.

— Маленькая мисс резвится, — сказала она, удерживая его ладонь. Спустя несколько секунд Эдам определенно почувствовал какое-то движение и еще один толчок. Его наполнил благоговейный страх. Ребенок в материнском лоне заявляет о своем присутствии. Никогда ему не приходилось испытывать подобного ощущения. Они встретились взглядом, разделяя сокровенную минуту. Снова толчок, и он попытался определить часть тела — ножка, наверное.