Мари Феррарелла - Влюбленный сказочник

  — Я принесу нож, - вызвался Карл. Мелинда слишком вымоталась, чтобы пойти вместе с ним.

  — Только не забудь простерилизовать его. Спирт в аптечке.

  — Морган?

  Узнав голос врача, Мелинда сразу же вскочила на ноги. Неожиданно она обрела второе дыхание. Женщина выбежала из комнаты и перегнулась через перила.

  —  Мы наверху, — Мелинда улыбнулась доктору Балларду. - Но вы опоздали. Ребенок решил не дожидаться вашего появления.

  Врач окинул женщину взглядом.

  — Да, это заметно.

  Сразу после того, как они вошли в комнату, к ним присоединился Карл.

  —  Я уже оповещен, что мне придется урезать гонорар! - шутливо поприветствовал доктор Морган.

  Карл подошел к Мелинде и обнял ее за плечи. Она прижалась к нему.

  —  Все произошло так быстро, — пробормотала она.

  — А ты была просто на высоте.

  На губах женщины появилась улыбка.

  —  Я всего лишь советовала, что надо делать.

  —  В отношении Морган это не так уж легко, - не в силах больше сдерживаться, Карл губами коснулся щеки Мелинды. - Я горжусь тобой.

  Ей было очень приятно услышать такие слова.

  —  Я бы не смогла все это сделать без тебя. Ты был таким спокойным.

  — Из нас получилась неплохая команда, — ответил Карл.

  И это верно, подумала Мелинда.

  — Мама!

  Это была Мэгги. Мелинда еще мгновение постояла рядом с Карлом, а затем решительно отправилась к детям.

  — Ни минуты покоя, — пробормотала она, выходя из комнаты.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

  У Карла не было никакого повода заходить, кроме странного притяжения, которое овладело им, когда он просто проезжал мимо дома Мелинды. К тому же в последние два дня он был куда более занят, чем обычно. Но сейчас, вместо того чтобы отправиться домой и принять горячий душ, Карл повернул налево и припарковал машину возле крыльца Мелинды.

  Она только что собралась укладывать детей спать. Один взгляд на Карла — и близнецы тут же забыли, как устали за день. Они не успокоились, пока Карл не сел читать им. Заснули дети только на пятой сказке.

  Затем Мелинда вышла из дома, чтобы посидеть с Карлом на крыльце.

  Присаживаясь рядом с ней на качели, Карл внезапно почувствовал, что словно вернулся домой и все в мире стало на свои места. Он знал, что это всего лишь иллюзия, но хотел насладиться ею сполна сегодня.

  Начинало смеркаться, дул свежий ветерок, нежный и ласковый.

  Как сидящая рядом с ним женщина.

  —  Ну, так это официальный визит или ты специально пришел с целью взбудоражить моих детей? — поддразнила она.

  —   Я уже за это расплатился, — с улыбкой напомнил ей Карл о чтении сказок на ночь.

  — Да, это уж точно. Знаешь, у тебя прекрасно получается, сказочник! Детям больше нравится слушать тебя, чем меня. А зачем ты сегодня приезжал? — И она ласково улыбнулась Карлу.

  Мелинда не застала его врасплох — он успел найти подходящий предлог для сегодняшнего визита. Правда, скорее всего Мелинда все равно узнала бы об этом сама...

  —   Морган хочет, чтобы мы стали крестными родителями ее ребенка. — При этих словах на лице Мелинды отразилось сначала удивление, а потом удовольствие. Карл чуть не потерял мысль. — И отрицательный ответ она не принимает. Ты же знаешь, Морган никогда не сдается, если чего-то хочет.

  Кузина позвонила ему сегодня в офис, как только он вошел туда. Морган сообщила, что звонит весь день, и, когда Карл поинтересовался, почему она не оставила сообщение на автоответчике, фыркнула и заявила, что такие вещи нужно говорить лично.

  Выслушав ее дальнейшее предложение, Карл был вынужден согласиться.

  Мелинда рассмеялась.

  —  Рассказывай! Эта девчонка всегда была упряма как осел, — Мелинда понимала, что сейчас Морган очень благодарна им за то, что они с Карлом принимали роды. Но не передумает ли она в дальнейшем, не раскается ли в своем выборе? И что думает по этому поводу Уайатт? — А что говорят остальные?

  Карл закинул ногу на ногу и оттолкнулся от настила крыльца. Они начали плавно качаться. Мужчина положил руку на спинку качелей, и Мелинда прислонилась к ней.

  —  Это решение Морган и Уайатта, другим до этого не должно быть никакого дела. И в любом случае никто не стал бы возражать, — он смотрел на ее красивый профиль. - Скажи мне лучше, когда ты перестанешь чувствовать себя брошенной бедной родственницей?

  Захваченная врасплох, Мелинда не смогла найти достойный ответ. Карл был прав.

  —  Даже твой собственный отец принял тебя с распростертыми объятиями, чего не делал за всю твою жизнь.

  Он говорил правду, но Мелинда по-прежнему не могла избавиться от ощущения, что на нее в городе косо смотрят. И обсуждают за ее спиной отнюдь не блистательное возвращение.

  —  Мне здесь было очень плохо. Я ненавидела это место. — Как моя мать, поняла женщина. Глупо, как глупо…

  — Ты была молода.

  — Моложе тебя всего на год. — К тому же Карл никогда бы так не поступил. Он смотрел в будущее с надеждой, она же считала, что провести всю жизнь в Серендипити - это наказание.

  — Знаешь ли, юность бывает не только биологической, но и психологической, — усмехнулся Карл. — А ты была очень и очень молода. Но ты выросла. Только это и стоит принимать в расчет. Люди цепляются за прошлое, если ничего в настоящем или будущем не привлекает их внимания. Ты вернулась почти три месяца назад, за это время успела открыть детский садик, получила лицензию на преподавание в школе... Пора уже похвалить себя, Мелинда! Ты достигла многого за очень короткий период. Ты же не жила в надежде, что придет кто-то большой и сильный, сделает за тебя всю работу и спасет тебя от всех и вся.

  Она вздохнула и на этот раз склонила голову на его плечо.

  —  Умеешь же ты все преподнести в выгодном свете...

  Она уже как-то говорила что-то подобное, вспомнил Карл.

  —  В выгодном свете или нет, но это правда.

  Мелинда, не поднимая головы, посмотрела на него.

  —  Иногда мне нравится, когда меня спасают.

  Интересно, у нее есть хоть какое-то представление о том, как она его мучает?

  — От чего?

  Мелинда никогда раньше не делилась так открыто своими чувствами, однако с Карлом это внезапно показалось так просто...

  —  От грусти, которая овладевает мной. От чувства, что я останусь совсем одна, — она усмехнулась. — Конечно, после целого дня суеты и шума такая перспектива выглядит даже заманчиво, но иногда...

  Грусть, ясно прозвучавшая в ее голосе, тронула его.

  —  Ты красивая, умная, интересная женщина. Почему ты думаешь, что останешься одна?