Сара Крейвен - Ради тебя, дорогая!

— Ты можешь это сделать, — подхватила она. — Нам обоим будет лучше, если мы проведем эту ночь вместе.

Пейдж прекрасно знала, как выглядит. Ее волосы при свете лампы казались мерцающим облаком, в глазах отражалось желание. Она больше не хотела притворяться. Ее губы по-прежнему были слегка припухшими от поцелуев. Кожа выглядела жемчужно-белой.

— Однако твоя кровать слишком мала, — прибавила она. — Нам будет удобнее спать в моей кровати. Захвати с собой подушку.

Повернувшись, Пейдж направилась в свою комнату. Она не оглядывалась. Если она сделает это, то проявит слабость, неуверенность.

Ник должен следовать за ней, она была убеждена в этом. Пройдя в свою комнату, Пейдж остановилась у кровати. Взяв подушку, она переложила ее на одну сторону, освобождая ему место. Ей казалось, что в наступившей тишине она слышит стук своего бешено колотящегося сердца.

Одетый в шелковый халат Ник вошел, бросил свою подушку на кровать и внимательно посмотрел на Пейдж.

— Я у тебя первый? — спросил он.

Пейдж слегка покраснела:

— Это имеет значение?

— Ты знаешь, что имеет, — сурово ответил он. — Я хочу, чтобы все прошло хорошо, Пейдж, а значит, мне придется контролировать ситуацию. Пожалуйста, ответь мне.

— Да, — сказала она с внезапной страстностью. — Ты будешь у меня первым мужчиной. Разве я могла быть с кем-то, кроме тебя?

Ник склонил голову, выражая признательность.

— Я этого не заслужил. — Он помедлил. — Ты абсолютно уверена в том, что хочешь этого? Еще не слишком поздно…

— Уже слишком поздно. — Она расстегнула ночную рубашку и сняла бретели с плеч. Рубашка соскользнула на пол.

Какое-то мгновение Пейдж не двигалась, стоя при свете лампы и позволяя Нику рассмотреть ее. Потом отвернула простыни и легла в кровать. Подняв руки, она откинула волосы назад, и ее округлые груди соблазнительно дрогнули. Пейдж улыбнулась и сказала:

— Я ждала целый год, Ник, разве этого недостаточно?

— Больше чем достаточно, — хрипло проговорил он, снял халат и отбросил его в сторону, всем своим видом демонстрируя сильное возбуждение.

Ник лег в кровать, и их обоих захватила страсть.

Они с жадностью целовали друг друга. Он ласкал ее, заставляя дрожать от удовольствия.

Пейдж льнула к нему, настолько пылко отвечала на его ласки, что он, в свою очередь, простонал от охватившего его наслаждения.

Ник умело целовал Пейдж, доводя до исступления, вынуждая извиваться и стонать от неистового блаженства. Наконец она стала умолять его овладеть ею.

— Я не хочу причинять тебе боль, — пробормотал Ник.

— Делай, что хочешь, — разрешила она, задыхаясь, — только… не останавливайся.

Ник овладел женой медленно и осторожно, внимательно следя за ее реакцией.

Пейдж схватила его за плечи, обвила ногами бедра. Ник двигался сначала неторопливо, потом все быстрее, вовлекая ее в безудержный ритм страсти.

Наступившая развязка ошеломила Пейдж. Ей казалось, что от удовольствия ее тело разлетелось на тысячи кусочков. Достигнув пика экстаза, она выкрикнула имя Ника, и на ее глаза навернулись слезы.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Пейдж лежала в объятиях Ника, будучи без сил, и улыбалась, касаясь губами его влажного от пота плеча.

— Я и не знала, — почти шепотом, задыхаясь, сказала она. — Я и мечтать не могла…

Ник крепче прижал ее к себе.

— Я всегда знал, — тихо произнес он. — С момента встречи в баре я понял, что мы должны быть вместе.

— О боже. — Она рассмеялась. — Я сгораю со стыда всякий раз, когда вспоминаю об этом.

— Не нужно так делать. Ты не должна винить судьбу в том, что она таким образом свела нас, — Ник помолчал. — Я вел себя как ублюдок в отношении тебя, но просто не смог контролировать охватившие меня эмоции и влечение к тебе. Я боялся, что все испортил, особенно, когда ты исчезла.

— Я сделала это намеренно, — искренне призналась Пейдж.

— Один из парней, с которыми я был в баре, знал тебя, — Ник поцеловал ее в голову. — Он сказал, что ты из семьи Харрингтон, но не работаешь на компанию. Он также сообщил мне, что у вашей компании серьезные проблемы и она нуждается в крупных инвестициях. Однако никто не может стать членом совета директоров, не будучи членом семьи Харрингтон. А кто доверит свои деньги другим людям, не контролируя их распределение? И тогда я принял решение. Очень хотелось увидеть тебя снова, а также рискнуть и помочь «Харрингтон холдингз». Я думал, что тогда ты будешь мне признательна. Признательна настолько, что согласишься выйти за меня замуж. — Он вздохнул — Однако вскоре я понял, во что ввязался. Мне пришлось все свои силы тратить на восстановление честного имени компании. Времени на ухаживания не оставалось. Кроме того, я испугался, что кто-то опередит меня, размахивая перед носом у твоего брата чековой книжкой, и ты выйдешь замуж не за меня.

— Ты думаешь, что я согласилась бы на это? — Пейдж испугалась.

— Откуда мне было знать? Наше с тобой знакомство не сулило ничего хорошего. Я обнаружил, что ты очень предана своему отцу, поэтому, возможно, согласилась бы стать женой кого-то другого ради спасения бизнеса. — Он состроил гримасу. — Поэтому я и предложил этот брак-сделку, опередив всех потенциальных инвесторов.

— А если бы я отказалась? — спросила она.

— Тогда я приступил бы к реализации другого плана. Цветы, телефонные звонки, ужины с шампанским. Я почувствовал, какое притяжение возникло между нами во время первой встречи в баре, и не мог поверить в свою удачу, когда ты подошла ко мне с дурацким предложением. Я поклялся, что рано или поздно добьюсь твоего расположения.

— Ты слишком самоуверен. — Пейдж слегка шлепнула его ладонью по плечу.

— Совсем нет, — мгновенно ответил Ник. — Я торопил нашу свадьбу, боясь, что ты переменишь решение. Вдруг ты побоишься этого брака. — Он покачал головой. — Я так сильно хотел тебя, но ты, казалось, сторонилась меня. Ник Дэстри самолично отправился в ловушку, опрометчиво заявляя, что брак будет фиктивным. Все было хорошо до тех пор, пока я не нарушил правила и не поцеловал тебя.

Пейдж приподнялась на локте, посмотрела на Ника сверху вниз и отбросила с его лба влажные волосы.

— Между прочим, ты нарушил правила не однажды. Зачем тебе потребовался тот медовый месяц? — поинтересовалась она.

— Когда бабушка предложила погостить в ее доме, мне показалось, что у нас появилась возможность провести какое-то время вместе. Никто не стал бы нам мешать, а еще удалось бы убедить сплетников в том, что наш брак настоящий. Я думал, что, сделав тебя своей союзницей, добьюсь твоего расположения.