Ты будешь моей и точка - Наталья Одинцова

поделать. Вы же старались. — он наклоняется и мне на ухо шепчет, – Смотри, не выдай своё состояние. А то Костя узнает, и никуда ты не денешься. Придётся замуж выходить.

А сам стоит и улыбается, стреляет взглядом в сторону Костика. Он меня ещё и подкалывает?

– Андрюш, — радостно похлопываю его по плечу, – Я рада, что у тебя появилось настроение. Можешь подкалывать и дальше. Главное, чтоб Костя не услышал.

Довольный собой, Андрюша садится в своё. И мы с Костей к нему на заднее сиденье.

Всю дорогу до клуба Андрей сверлил меня своим взглядом с ухмылкой, а Костя, кажется, ничего не понял. Ну ничего, именинник, посмотрю я на тебя, когда у тебя будет такая ситуация. Будешь ты так улыбаться или нет?

Добравшись до клуба, всей компанией завалились внутрь. Заказали немного закуски и шампанское. И я увидела ту самую девушку, что Костя выбрал для Эндрю.

Скромности в ней я не заметила. Она была одета слегка вызывающе. Но именинник словно и внимания на это не обращал. Он кажется, вообще ни на что внимание не обращал.

– Ну что, поздравляю с днём рождения, дружище. — поднимает Костя бокал и говорит тост, – Надеюсь, в этом году ты встретишь ту самую. Ура-а-а!

Чокаемся бокалами и, выпив содержимое до дна, ставим на столик.

– Дамы приглашают кавалеров на танец. Лера за мной. — он выходит из-за столика и тащит меня за собой.

– Ты же сказал, дамы приглашают.

– Я исключение. — идёт вперёд и хохочет. Вот же негодник.

Ну, Андрей тоже увёл девушку на танец, а потом решил выйти. Его не было долго. Очень долго.

А потом мы увидели, как он ведёт к выходу какую-то девушку! И, кажется, она не в себе. Да и он очень странный. Он практически тащит её сам, она еле тащит ноги. И началась шумиха.

Мы заметили, что он направился к нам, что-то сказал сквозь музыку, но я толком ничего не поняла.

Кажется, в туалете клуба, случилась драка. И на наших глазах он просто обнял эту незнакомку и увёл из клуба. И пропал...

Больше мы его не видели.

– Смотри, полиция приехала. Целый наряд.

А потом я почувствовала, как меня начинает подташнивать. Я взяла сумочку и пошла к выходу, попрощавшись с ребятами. Но меня остановил Костя:

– Ты куда?

– Голова разболелась. И мне нехорошо. Я домой поеду.

– Я подвезу.

– Как? У тебя же нет автомобиля. Да и Кость не стоит. Спасибо, конечно, но не нужно. Я сама.

Но он и шагу ступить не даёт. Выхватывает сумочку и, взяв меня за руку, ведёт к выходу.

Вызывает такси, и мы правда едем домой. Ко мне!

Внутри нарастает паника. Я не хочу повторения прошлого раза.

Он замечает это и так просто отвечает:

– Не переживай. Я просто провожу тебя до дома и уеду.

– Зачем? Я бы сама добралась.

– Ты очень бледная. Особенно последнее время.

И я хватаюсь за щёки. Боже, только бы он ничего не заподозрил.

– Я просто слишком много работаю и не всегда есть время перекусить.

– Будем исправляться, мадам. — и щёлкает меня по носу.

Смотрю на него устало и думаю, что мне с ним делать? Он меня не оставит в покое.

По дороге из клуба перед глазами мелькают фонари и деревья. И я не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Мне так уютно и тепло, словно я уже дома.

А когда просыпаюсь, не сразу понимаю, где я вообще нахожусь. Но увидев свой черно-серый принтер и рядом горшочки с цветами, понимаю, я дома. Просто головой в другую сторону.

Потягиваюсь и поворачиваю голову и встречаюсь с серьёзно-сосредоточенным взглядом Кости.

– А-а-а-а, что ты здесь делаешь? — нахмурившись, спрашиваю у него.

Он сидит в кресле, руки сложил на груди и взгляд суровый исподлобья:

– С каких пор...ты пьёшь...витамины?

Мои глаза округлились от услышанного. Напрягаюсь и замираю:

– Какие? — едва слышно произношу я на выдохе. Сердце бешено колотится. Неужели...

– Для беременных!

– А тебя не учили, что по чужим сумкам лазить неприлично? — также недовольно заявляю я.

– Не уходи от ответа.

– Хорошо. Отвечу сразу на все вопросы. Даже которые ты ещё не озвучил. Ребёнок не твой. Я забеременела за месяц до тебя. Поэтому тебя это не касается.

А дальше происходит битва... взглядов. Он сверлит недоверчивым взглядом меня, а я сверлю злобным. Не люблю, когда трогают мои вещи. Но в этот момент он резко нарушает тишину:

– Я не лазил в твоей сумке...ты уснула в салоне такси... Я решил не будить тебя и понёс домой. При выходе из автомобиля, из твой сумки выпала коробочка. Я её... подобрал...а дома уже...прочитал...что это...витамины...для беременных... Я с двенадцати ночи не сплю. Хотел тебя разбудить. Поговорить. Но останавливал себя. Потому что помню, что тебе было в клубе плохо. — цедит сквозь зубы он.

– Не трогай мою беременность. Спасибо, что помог добраться до дома. А теперь уходи, пожалуйста.

Ещё немного и меня саму накроет.

А его взгляд меняется. Он смотрит искоса и прищурившись:

– А ты не обманываешь? Почему не призываешь к ответственности отца ребёнка?

– Зачем мне мудак, которого я не люблю?

– Логично. Но неправильно. Главнее ребёнок, нежели любовь.

– Главное и то и другое.

– Хорошо. — Он наклоняется вперёд, ко мне и заявляет:

– Тогда тебе ничего не стоит выйти замуж...за меня.

– Захаров, ты повторяешься. Я сказала, нет.

Встаю с дивана и направляюсь на кухню. У меня уже во рту всё пересохло от этого разговора.

– Да почему нет то? — идёт следом за мной.

– Потому что это мой ребёнок. Зачем тебе чужой? — поворачиваюсь к нему, и он вшибается в меня.

– Был чужой. Будет мой. А потом своего родим.

– Кость прекращай.

– Лер, я настаиваю...

– Пошёл вон.

Он замер. На лице читается шок.

– Но...

– Никаких но.

Подхожу. Разворачиваю его к двери, беру его пиджак и просто выталкиваю за дверь. Да, это жестоко с моей стороны. Но жалости мне его точно не надо.

Он пытается что-то ещё сказать, но я не даю ему это сделать. И просто закрываю перед его носом дверь.

Хватит. Хва-а-ати-и-и-ит. Не хочу больше. Есть только я и ребёнок. Я никогда больше не смогу довериться ни одному