Соблазн в мегаполисе - Виолетта Рей

лёгкое прикосновение её руки к своей щеке и застенчивую улыбку. Но в ней содержалось обещание, понятное без единого слова. Он взял её руку в свою, коснулся пальцев, напоследок ощутив их тёплую мягкость, и лишь затем отпустил.

Так завершилось то, что можно назвать самой трогательной встречей для двух душ, случайно – а может, и предопределённо – нашедших друг друга в свете праздничных витрин. И когда Владислав уходил назад, сквозь пугающие порывы ветра и колеблющийся свет фонарей, он ощущал, что сердце его, подобно кораблю, вышедшему в открытый океан, плывёт навстречу сияющим маякам. Эти маяки были не витринами, что он видел вокруг, но сиянием новой надежды и тепла в собственном сердце.

И город, словно добрый свидетель, оставался позади него, всё ещё сияя витринами – таинственными, прекрасными, и, пожалуй, уже не столь одинокими, ибо сегодня они не только выставляли свой блеск напоказ, но и стали фоном для начала красивой истории о двух людях, сошедшихся в лунном сиянии под светом ночных огней.

На грани видимости

Доктор Фелисса Арден стояла у стеклянной стены ультрасовременного фитнес-центра «НейроПульс». Сотни этажей мегаполиса вздымались перед ней за панорамным окном, гудя воздушными коридорами и транспортными кольцами. В отражении стекла она видела собственное лицо – чуть уставшее, задумчивое, но в глазах горели искры любопытства. Фелисса была учёным-нейротехнологом, и именно любопытство когда-то привело её в город будущего.

На часах 07:59 – самое время для утренней пробежки. Хотя её положение и позволило бы заниматься в личной лаборатории с самыми совершенными тренажёрами, Фелисса предпочитала «НейроПульс». Этот центр славился не только передовыми технологиями, но и многопрофильными нейросканерами, изучающими эмоциональные и когнитивные показатели во время тренировки. Фелисса собирала данные для своего исследования о влиянии режима нагрузок на психику человека. И, быть может, ещё ради одного человека…

Она обвела взглядом зал: стеклянные панели, голографические стенды, десятки тренажёров с интерфейсами дополненной реальности. Люди, погружённые в бегающие дорожки, словно плыли в воздушном потоке цифр и световых маркеров. Бесшумные роботы-ассистенты перемещались между рядами, корректируя программы тренировок. Но взгляд Фелиссы всегда останавливался на одном и том же месте – на беговой дорожке, расположенной рядом с левым зеркалом под высоким сводом.

Там стоял Джек Ривера – высокий мужчина лет тридцати пяти с внимательными и в то же время отрешёнными глазами. Полгода назад он появился в «НейроПульсе» и с тех пор бегал именно у этой зеркальной стены. Он всё время был словно «на грани видимости» – не скрываясь, но и не стараясь привлечь к себе внимание; всегда спокойный, немного загадочный. Фелиссу зачаровывала в нём та сдержанная сосредоточенность, что напоминала ей о том, как чувствовали себя её коллеги, когда стояли перед важнейшим научным открытием.

Сегодня она решилась на маленький эксперимент. С помощью планшета Фелисса переключила свой трекер на тот же режим, что и у Джека – «Резонанс-скан», который не только считывал физиологические параметры (пульс, дыхание, давление), но и формировал своеобразную «карту эмоциональных волн». Впервые в истории фитнес-программ этот алгоритм умел улавливать тонкие колебания гормонального фона и активности определённых участков мозга, отвечающих за ощущение удовольствия, мотивации и… влечения.

Она сделала вид, что поправляет повязку на руке, и подошла к свободной дорожке по соседству с Джеком. Как только она активировала панель управления, нейросканер ожил короткой серебристой вспышкой. В зеркале, отражавшем их обоих, пробежала едва заметная сетка из светлых линий. Будто бы что-то в отражении прощупывало границы реальности.

– Доброе утро, – вдруг произнёс рядом чей-то негромкий голос.

Фелисса посмотрела влево и увидела, что Джек действительно к ней обращается. Улыбка коснулась его губ, хотя глаза оставались серьёзными.

– Доброе, – ответила она. – Всё сегодня как всегда?

– Как всегда, но всё же что-то иначе, – тихо добавил он и повернул лицо к зеркалу. – Смотрите, отражение дрожит. Вам не кажется?

Она перевела взгляд на стеклянную поверхность. И вправду, линии зеркала слегка искажались, как рябь на воде. Подобные искажения иногда происходили при активации экспериментальных модулей дополнительного сканирования. Вероятно, так работал их новый «Резонанс-скан».

Фелисса активировала беговую дорожку на низкой скорости и украдкой взглянула на данные о Джеке – тех, что передавались на её планшет через систему «НейроПульса». Большинство параметров были в норме, но всплески ритма сердечных сокращений совпадали с моментом взгляда в зеркало. Будто что-то возбуждало его любопытство (или чувство?) каждый раз, когда он смотрел на свою – и, возможно, на её – проекцию.

– Потрясающе. Должен сказать, иногда я чувствую странные… колебания, если так можно выразиться. Пульс и настроение скачут совсем не так, как обычно. Вроде бы я в отличной форме, но в зеркале каждый раз замечаю что-то вроде мерцания.– Вы тоже участвуете в исследовании «Резонанс»? – спросил он чуть громче, чтобы перекрыть ровный шум бегущей дорожки. – Верно. Я одна из разработчиков этого алгоритма, – призналась Фелисса. – Отслеживаем, как эмоции человека проявляются в сочетании с физической нагрузкой.

Она чуть улыбнулась, потому что понимала природу явления. По сути, зеркало здесь не простое: это многоуровневый сенсор, фиксирующий и визуализирующий электромагнитные сигнатуры. «Мерцание» – вероятно, побочный эффект контурного анализа, когда алгоритм пытается определить, что происходит с человеком на уровне нейронных колебаний.

– Обычно это может быть всё, что угодно: музыка, боль, внезапное воспоминание… или… чьё-то присутствие.– Возможен небольшой побочный эффект, – мягко пояснила она. – Искажённое отражение – это всего лишь один из признаков того, что ваш эмоциональный фон нестабилен. Но это не болезнь, а скорее гиперчувствительность к определённым стимулам. – И что это за стимулы? – поинтересовался Джек с лёгким прищуром.

Она на долю секунды осмелилась встретиться с его взглядом. В этот же миг контуры их отражений и впрямь словно дрогнули в воздухе. На планшете у Фелиссы отобразился заметный скачок сердцебиения обоих.

Взаимный резонанс? – мелькнула мысль.

Джек остановил дорожку и вгляделся в зеркало ещё пристальнее. Он был явно озадачен. Потом обернулся к Фелиссе:

– Именно так, – подтвердила она. – Мы хотим понять, можно ли «настроить» людей на синхронное состояние, при котором повышаются результаты тренировок и улучшается психоэмоциональное самочувствие.– Кстати, меня зовут Джек Ривера. Я… аналитик. Умею замечать закономерности. И вот уже пару недель думаю, что «НейроПульс» не только сканирует нас, но и как будто