Кайя Кокрейн - Для кого звучал Вивальди?

Делия не осмелилась посмотреть на Стоуна. Конечно, у его братьев были свои соображения насчет школы, куда должен ходить Филд, но она впервые услышала их. Стоун ничего не ответил.

— Видишь, я же тебе говорил! — Филд слез с высокого стула и направился за стол вместе с Флинтом.

— Ой! — завопил Роки, дуя на руку. Он успел залезть пальцем в кленовый сироп, подогревавшийся на плите.

— Он горячий, — усмехнулась Делия.

— Я заметил. — Роки подошел с кастрюлькой к столу и стал искать емкость для сиропа.

— Вот, солнышко. — Делия подала ему ярко-желтую керамическую миску.

— Интересно, почему ты всегда разговариваешь со мной так, будто я младше Шеннон? — пожаловался Роки и тут же громко выругался.

— Дядя Роки, кастрюлю надо брать прихваткой, — наставительно сказала девочка под дружный смех остальных.

— Я это знаю, малыш. Я просто притворяюсь очень глупым! — Он принялся сосать обожженный палец, наливая сироп в миску здоровой рукой.

Шеннон выглядела растерянной.

— Дядя Роки шутит, — прошептала ей на ухо Делия.

Шеннон подошла к столу, села и потянулась за салфеткой.

— У меня будет щенок, — невинно заметила она.

Блэйда заинтересовали слова племянницы.

— Щенок?

Делия села за стол, а Стоун разлил сок детям и кофе взрослым. Она посмотрела на Флинта и увидела неподдельное удивление на его лице.

— Какой щенок, Шеннон? — спросил у дочери Флинт.

— Мой щенок.

— Она говорит о моем щенке, — вмешался Филд. — Она все перепутала.

— Вовсе нет!

Блэйд занял место во главе стола.

— О чем это они? — спросил он, накладывая на тарелку блины.

Повисло неловкое молчание. Блэйд ждал ответа, и Делия заговорила прежде, чем Стоун смог открыть рот:

— Я подумала, что Филду можно отдать одного из щенков Джинджер, если вы, конечно, не против.

Блэйд посмотрел сначала на нее, потом на Стоуна.

— Ну-у... Ладно. — Он пожал плечами и начал есть.

— Как же легко тебя уговорить, — поддразнила его Делия.

— Да, только никому об этом не рассказывай, — проворчал он.

— Ее зовут Флаффи, — как ни в чем не бывало продолжала Шеннон.

— Я тебе сто раз говорил, — упрямо сказал Филд. — Щенка зовут Тайгер Роуз, а вовсе не Флаффи.

— Филд... — начал Стоун.

— Не смей так разговаривать с Шеннон, — вмешалась Делия.

— А что делать? Она всегда все неправильно понимает!

— Если ты умеешь читать и писать, это не значит, что я дурочка, — объявила Шеннон.

Стоун и Флинт еле сдерживали улыбки. Роки громко рассмеялся, но осуждающий взгляд Шеннон заставил его замолчать.

— Конечно, ты не дурочка, солнышко, — успокоила ее Делия, грозя Роки пальцем.

— Как только ты пойдешь в первый класс, тебя тут же научат читать и писать, — добавил Блэйд.

— Это знаменательное событие произойдет через неделю, — заметил ее отец.

— Тетя Делия!

— Что, солнышко?

— Не называй меня больше «солнышко», — серьезно сказала Шеннон.

— Почему? — удивилась Делия.

— Потому что я уже большая девочка.

Большая девочка. У Делии заныло сердце.

Когда Брук было шесть лет, она точно так же протестовала против самых неожиданных вещей и так же считала первый класс началом новой, взрослой жизни.

— А что плохого в том, что тебя зовут солнышком? — спросил Роки у маленькой племянницы. — Делия постоянно меня так называет.

Делия не смогла сдержать улыбку. Она смотрела, как Роки помогает Шеннон взять очередной блин, и старалась не замечать пустого места, где раньше сидела Брук.

— Я много знаю, — важно сказала Шеннон.

— Ну и что ты знаешь? — спросил Филд с превосходством, свойственным десятилетнему мальчику.

— Я знаю про пещ... — начала Шеннон, но ее тут же перебил Филд.

— Если хочешь, можешь назвать щенка Флаффи, мне все равно, — торопливо сказал он.

— Я не хочу называть твоего щенка Флаффи. Я назову своего щенка Флаффи.

— Что? — хором спросили братья Тайлеры. Шеннон поерзала на стуле, выпрямилась и гордо посмотрела на них.

— Если у Филда будет щенок, то у меня тоже, — сказала она, демонстрируя убийственную логику.

Мужчины обменялись скорбными взглядами.

— Ну и что ты думаешь? — спросил Блэйд у Флинта.

Тот пожал плечами и посмотрел на дочь:

— Хорошо, но щенок...

— Флаффи, — упрямо возразила Шеннон.

— Флаффи останется на ранчо...

— Нет! — взмолилась Шеннон.

— Можно обнести забором задний двор. Я приеду на выходные и вам помогу, — предложил Роки.

— Я тоже помогу, — вызвался Филд.

— Вчетвером мы поставим забор за один день, — добавил Блэйд и поправился, глядя на Филда: — Впятером.

Делия в который раз восхитилась духом братства, который царил в семье Тайлер. У Филда все будет в порядке, у Стоуна все будет хорошо. У них есть семья, и они обойдутся без Делии.

Она тяжело вздохнула. Если она снова и снова будет повторять это, то в конце концов поверит. Нуждаться в человеке — это совсем не то что любить, а потом потерять. Если, конечно, Стоун все еще любит ее. Иногда она в этом сомневалась. Иногда думала, что любовь Стоуна к ней умерла вместе с Брук. А то, что осталось, было вытеснено горем и молчаливой яростью.

Мужчины закончили завтрак и собрались помочь Делии убрать со стола, но она выгнала их с кухни. У Тайлеров сегодня и так много работы. В последнем прогнозе погоды передали, что ураган направляется в сторону Лемон-Фоллз.

Делия выглянула в окно. Дождь перестал. Мужчины вышли через заднюю дверь, и в кухню ворвался горячий, влажный воздух с улицы. Затишье перед бурей, подумала Делия, и ей стало почемуто тоскливо.

Она налила себе еще чашку кофе и прислушалась к счастливой болтовне детей — они обсуждали своих щенков, — но так и не смогла разобрать ни слова. Она слишком много думала, слишком много вспоминала о Стоуне, об их браке, о том, как они любили друг друга. Ее душа опустела, словно холодный ветер с океана выдул все чувства. Все утро Делия ловила на себе взгляды Стоуна, наполненные желанием, но убеждала себя, что это было лишь сексуальное желание. Не больше и не меньше.

Часть Стоуна осталась жить. Та часть, которая умерла, была ответственна за такие важные вещи, как любовь, вера и надежда. Без этой части Стоун был как улитка, прятался в своем домике от семьи, от своих переживаний и от нее, Делии.

Делия потягивала кофе, ей хотелось посидеть еще несколько минут перед тем, как начать уборку. Почему он так долго приходил в себя? Почему он только вчера заметил то, что она знала с самого начала? Почему Стоун так вел себя сейчас? Сейчас, когда у нее больше не было выбора.