Эллен Сандерс - Больше чем страсть

Крис кивнул.

— Ну и как? Гроза прошла стороной?

— Бетси, почему ты никогда не спрашиваешь напрямик? Зачем ходить вокруг да около? Если тебя интересует, отпустила ли меня Миранда на Гавайи, то так и спроси.

— Если ты не в духе, то незачем срывать свою злость на мне. Теперь я понимаю, почему Хелен убежала от тебя в слезах. Наверное, ты спустил на нее собак только за то, что она не проявила какую-нибудь пленку. На ее месте я бы уже давным-давно послала тебя куда подальше. Только такая тихоня, как Хелен, может сносить все твои грубости и придирки.

— Ты… Бетси, ты полагаешь, что я бываю с ней груб?

— Хм! Мягко сказано. Ты ведь настоящий тиран и деспот. Если бы бедняжка не была в тебя по уши влюблена…

— Ну вот, ты снова перевернула все с ног на голову. Мы с Хелен только друзья.

— Расскажи эту сказку кому-нибудь другому. — Бетси скрестила на груди руки.

— Если бы ты знала… Хелен даже не воспринимает меня как мужчину.

— Если бы я знала — что? — зацепилась Бетси. — Договаривай, Крис. Какие у вас с Хелен секреты от меня?

— Никаких.

— Крис, я по глазам вижу, что ты лжешь.

— Вообще-то… ты пока еще не знаешь… Миранда предложила устроить мою выставку.

— Поздравляю, — без всякой радости произнесла Бетси.

— Она должна состояться уже через неделю. Все организационные вопросы и рекламу Миранда возьмет на себя в качестве моего агента. А мы с Хелен…

— При чем здесь эта замухрышка?

— Бетси, прошу тебя, не говори так о Хелен. Она прекрасная женщина и замечательный фотограф.

— Лучше, чем я? — с вызовом спросила Бетси.

— Бетси, вы совсем разные. Я люблю вас по-разному.

— Хочешь сказать, что я должна делить тебя с ней? — Бетси указала в сторону рабочего стола Хелен и презрительно хмыкнула.

— Ты никогда ни с кем не будешь меня делить. Мое сердце принадлежит только тебе. Хелен моя подруга и соратница.

— Звучит так, словно вы тайные члены коммунистической партии, если таковая еще существует. Значит, ты не полетишь вместе со мной на Гавайи.

— Я постараюсь приехать позже. Вы с Марком как раз закончите фотосессию, и мы сможем немного отдохнуть вдвоем.

— А Миранда?

— Если выставка пройдет успешно, она согласится на любые мои условия.

9

Бетси сбросила цветастую блузку, накинутую поверх купальника, который открывал значительно больше, чем скрывал. Под дразнящим взглядом Марка она сняла с одного из шезлонгов надувной матрац, разложила его на плитах, села и начала втирать в плечи и руки масло для загара. Она намеренно растягивала процесс, чувствуя на себе его неотрывный взгляд и сдерживая взволнованный трепет.

Бетси натерла маслом открытые участки груди и плоский живот, угадывая по напряженному молчанию, что у фотографа перехватило дыхание. Потом налила масла в ладонь и провела рукой по стройным бедрам и длинным ногам до самых кончиков пальцев. Затем посмотрела на замершего Марка и протянула ему бутылку с солнцезащитным средством.

— Марк, ты как-то сказал, что я могу попросить тебя о чем угодно. Не откажись от маленькой услуги, — пропела она сладкоголосой сиреной, нечеловеческим усилием заставляя голос звучать ровно. — Пожалуйста, намажь мне спину.

Колебание Картера было почти осязаемым. Конечно, он не относился к разряду робких парней, которые не решаются взять вспотевшей от волнения ладонью объект обожания за руку. Но вокруг сновали ассистенты и туристы. Правда, многие отдыхающие, устав от утреннего приема солнечных ванн, уже отправились в ресторан на завтрак. Однако вокруг бродило как минимум с десяток праздных бездельников, которые могли стать свидетелями эротического шоу, не анонсированного ни в одной турпрограмме.

Наконец Марк взял бутылку с солнцезащитным средством и опустился на колени перед Бетси. Она перевернулась на живот и закрыла глаза.

Сейчас ей не хотелось думать ни о Крисе, ни о Миранде, ни о ком бы то ни было другом. Ее тянуло к Картеру с первой минуты знакомства.

Наконец-то они оказались вдали от Большого Яблока, вдали от шума и пыли огромного мегаполиса. Здесь, на тропическом острове, желание предаться первородному греху и отдаться дикой, ничем не сдерживаемой страсти лишь возросло.

Пусть Крис занимается своей выставкой. Кокетничает с новой редакторшей и тиранит Хелен. Бедняжка лишь спасибо скажет ему за то, что он обратил на нее внимание. Даже если Крис всего лишь попросит ее спуститься в кафетерий за круассанами. Они оба такие обжоры! Только и думают, чем бы набить живот. Поразительно, каким образом Хелен удается сохранять стройную фигуру.

Тем временем пальцы Марка нежными круговыми движениями массировали ее кожу, и Бетси с томным вздохом закрыла глаза.

Его руки скользили то плавно, то сильно и уверенно от шеи к плечам и вдоль позвоночника. Каждая ее клеточка чувствовала приятное тепло, и восхитительная истома разливалась по ее телу. Это была слабость новорожденного и бессилие умирающего.

— Бетси, ты сегодня невероятно спокойна. Наверное, разлука с Крисом пошла тебе на пользу. Прошло всего три дня, как вы расстались, а ты уже никуда не торопишься и не срываешься на визажистов из-за каждого неровного штриха. — Голос Марка звучал немного странно. Словно признанный ловелас и Казанова современности стеснялся и чувствовал сковывавшую его робость в присутствии Бетси.

Последнее обстоятельство, кстати, не только тешило ее самолюбие, но и будоражило кровь.

Бетси обожала чувствовать свое превосходство над мужчинами. То самое превосходство неотразимой, уверенной в себе и своей красоте женщины, которое, к сожалению, незнакомо многим. Женщины сами не знают, в каком удовольствии отказывают себе, надевая бесформенные свитера и юбки до пят.

Когда даже спиной ощущаешь на себе восторженный взгляд мужчины, это наполняет тебя энергией и силами для дальнейшего совершенствования.

— Я излечилась… Благодаря тебе, Марк, — проворковала Бетси.

— Удивительно. — Его рука коснулась узла на ее лифчике. Марк осторожно потянул за шнурок и смахнул бретельки с худых плеч. Теперь его руки в чувственной бесстыдной ласке беспрепятственно скользили по ее спине. — И насколько же ты излечилась?

Бетси медленно повернулась. Легла на спину, глядя вверх, на него. Ее рука потянулась и дотронулась до его загорелого лица. За три съемочных дня Марк стал похож на настоящего островитянина. Широкий светлые брюки и пестрая рубашка, расстегнутая до середины груди, лишь дополняли образ страстного гавайца.

— Полностью, — прошептала Бетси, заглянув прямо ему в глаза.