Эдна Мир - Любовь коварству вопреки

— Собственно, всегда одно и то же, — пробормотала Мелани, пожав плечами. — Споры по пустякам, обычная рутина. Ну и потом все это приводит к разводу.

— Меня интересуешь ты, ты лично.

— Я? — Мел какое-то время растерянно смотрела на него, затем кивнула. — Ах, да. Ну я же сказала. В шестнадцать лет я ушла из дома, долгое время едва сводила концы с концами, потом была безумная связь с одним до сумасшествия ревнивым англичанином, после этого — бегство в Нью-Йорк. Вот там я действительно прошла суровую школу. Подверглась нападению, один раз меня ограбили, дважды чуть не изнасиловали, и только тогда я наконец усвоила урок: не верь никому! Я опускалась все глубже на дно, но тут познакомилась с Айрин, и она вытащила меня из трясины. С тех пор все у меня в полном порядке.

— И поэтому ты так боишься выходить замуж? — Дэвид сам удивлялся своему спокойствию.

— Нет, просто мне кажется, что ты искусственно торопишь события, — попыталась объяснить ему Мелани. — Мы знакомы всего полгода. Подумай только, разве это срок? Другие пары бывают близки по три, четыре года, прежде чем решаются на брак, и то частенько случается, что все потом идет наперекосяк. Вот я и боюсь оказаться в таком же дерьме, как и мои родители.

— От этого никто не застрахован, — ответил Дэвид. — Мои родители тоже не образец счастливого брака. Но у меня нет никакого страха, поскольку я знаю, что ты — тот самый человек, который мне нужен, и я люблю тебя, черт побери, как сумасшедший. Когда ты наконец это поймешь? — Он все-таки разволновался. И, резко отвернувшись, постарался взять себя в руки.

— А может быть, я боюсь такой любви, — услышал он за спиной шепот Мелани. — Слишком одержимой, слишком самопожертвенной. Я не уверена, что испытываю подобное чувство.

Дэвид взвился. Дольше сдерживаться он был не в состоянии. Отказ Мелани оказался для него таким ударом, что ему захотелось схватить ее и встряхнуть.

— Вот в чем, оказывается, дело! — выкрикнул он. — Ты находишь меня весьма милым, не так ли? Тебе также не противно ложиться со мной в постель, но чтобы быть со мной всегда — нет, эта перспектива тебя не устраивает. Ведь так, Мелани? Именно эту мысль ты пытаешься до меня довести в своей, такой щадящей манере.

— Нет! — Она почувствовала слезы у себя на щеках. — Нет, это не так. Конечно, я тебя тоже люблю, но ты не даешь мне свободно вздохнуть. Я слишком долго жила одна. Поэтому привыкла сама принимать все решения. Привыкла делать вещи, которые другим могут показаться неинтересными, но я получаю от них удовольствие, а теперь вдруг должна целиком и полностью подчиняться чьей-то воле. Мне это не подходит, Дэвид. Как слишком тесное платье. В последнее время меня все чаще и чаще посещает желание побыть пару дней в одиночестве и пожить на свой лад. Согласись, это не фундамент для прочного брака. Мы должны сначала подружиться, узнать друг друга по-настоящему, а не сидеть бесконечно в коконе, как куколки шелкопряда. Я тебе гарантирую — так будет лучше.

Из всей ее речи Дэвид понял лишь одно: «Я не хочу, чтобы ты постоянно был рядом!» Это больно задело его и вызвало воспоминания о первой любви. Так же, как сейчас, Дэвид считал отношения с Лорен более глубокими, чем они были в действительности, и надеялся (увы!) на ответное чувство. Перед глазами встала та ночь в Самантосе и Лорен, со смехом растоптавшая любовь, которую он бросил к ее ногам.

Тогда у Дэвида надолго пропало желание приближаться к женщинам. Лишь в возрасте двадцати четырех лет он снова влюбился, но и из этой связи тоже ничего не вышло. Та девушка встречалась с ним только для того, чтобы вызвать ревность у другого.

После этой истории Дэвид решался лишь на короткие, в большинстве своем чисто сексуальные приключения. Все они кончались одинаково: он или его партнерша прекращали звонить друг другу.

А когда первый литературный агент Дэвида бесследно исчез, прихватив с собой большую часть его гонораров и оставив взамен кучу долгов, сделанных на имя Клэйтона, Дэвид, ожесточившись, перебрался в Лотер-Сити и начал там сочинять свои мрачные романы.

Он раз и навсегда разочаровался в людях и не желал больше никому доверять. Но потом Мелани вихрем ворвалась в его отшельническую жизнь и одним ударом снесла все дамбы, которые Дэвид столь тщательно воздвигал вокруг себя.

— Но почему? — тихо спросил он, оторвавшись наконец от раздумий.

— Ну Дэвид, Дэвид, я же тебе только что объяснила. — Мелани передернула плечом. — Это трудно, я знаю, но мы справимся, если ты сейчас не станешь принуждать меня сделать то, чего я не хочу. Дай мне время, ладно?

Время! Они все так говорили, думая при этом: «Да когда же ты наконец отвалишь?» Дэвид молча покачал головой.

Мелани продолжала беспомощно смотреть на него. Ей бы сейчас подойти и прижаться к нему, сказать, что любит и что все не так уж плохо, но она стояла, словно окаменев.

Озлобленное и в то же время полное отчаяния выражение лица Дэвида удерживало Мел от того, чтобы сказать ему хоть одно доброе слово, потому что в его ушах оно прозвучит, вероятно, всего лишь грубой ложью.

В конце концов она повернулась, собираясь уйти, но Дэвид так быстро оказался перед ней, что Мелани не успела сделать и шага.

— Нет! — крикнул он ей прямо в лицо. — Нет! Я хочу, чтобы ты осталась. Ты обещала, что не покинешь меня, а теперь собираешься дать мне отставку? Я не позволю тебе сыграть со мной подобную шутку. Слышишь, ни одна женщина больше не проделает со мной такого. Никогда!

Он схватил Мел за локоть, пытаясь затащить в дом. К горлу у нее подступил страх, и сразу вспомнилось мерзкое пророчество Саймона. «А вдруг он все-таки не врал?» — с ужасом подумала Мелани.

— Отпусти меня! — В панике она начала яростно отбиваться. Дэвид схватил ее за запястья и стиснул их своей железной хваткой.

— Если ты сейчас уйдешь, — пригрозил он зловещим тихим голосом, — не смей здесь больше появляться. Так что подумай хорошенько, что делаешь.

Но в данный момент Мелани вообще была не способна мыслить.

— Не дотрагивайся до меня! — завопила она, полностью потеряв контроль над собой, вырвалась из его рук и сломя голову помчалась вниз по подъездной дороге к воротам.

Она слышала, что Дэвид что-то кричит ей вслед, но не остановилась, а кинулась вниз по Купер-стрит, потом по Двадцатой улице к своему дому. И только там сообразила, что Дэвид мог перебраться через изгородь и поджидать в ее же доме, чтобы продолжить ссору. Поэтому Мелани снова бросилась на Двадцатую и позвонила Айрин с автостоянки.

— Я… мы… — прохрипела она в трубку. — Мы встретимся прямо в «Старых хитах», ладно? Я не пойду домой.