Лора Брантуэйт - Моя принцесса

- Простите меня, я не думала, что вы будете так волноваться. - Кристин опустила глаза.

Вивьен гадала, что могло случиться на самом деле. В ночную прогулку в одиночестве она не очень-то верила. Что же произошло? Она начала прокручивать в памяти вечер. Вот они заходят в театр, проходят в ложу, начинается спектакль. Вивьен незаметно для окружающих рассматривает соседние ложи. Надо же чем-то занять себя! Например, выяснить, кто пришел и с кем. Кристин и Джордж казались поглощенными происходящим на сцене, ей нечего было опасаться. Вивьен уже нашла кое-кого из знакомых и разглядывала их в театральный бинокль, как всегда элегантная и строгая, надменная и безукоризненная. Сложно было понять, о чем она думала, видя своих многочисленных поклонников, бывших и настоящих. Но вот брови ее удивленно взметнулись вверх. На долю секунды. Вот уж не ожидала - Джейк Бранди! Еще один ценитель прекрасного. К тому же опаздывает. Вивьен тихонько фыркнула. На редкость неприятный и непонятливый субъект. Но тут ее взгляд перешел к более интересному экземпляру: Кэстон Филлинг, преуспевающий предприниматель; в какой именно сфере он работал, сказать было сложно. Этого не поняла даже Вивьен, несмотря на свою отменную проницательность. Но подарки Филлинга ей очень нравились. С кем это он?…

По правде говоря, Вивьен даже не заметила, когда Кристин ушла. Но сейчас, проанализировав сложившуюся ситуацию, она допустила абсурдную, с точки зрения людей ее круга, мысль: а вдруг исчезновение падчерицы как-то связано с присутствием в опере Джейка Бранди? Нет, нереально. Хотя… Миссис Макферсон чуть не подпрыгнула от внезапной догадки. Конечно! Место Джейка ведь тоже пустовало после антракта! Эта овечка и шагу не ступит одна. Господи, ну докажи мне, что ты есть: хоть бы ее спутником был матрос! Вивьен бросила взгляд на девушку. Кристин полумечтательно-полузадумчиво отвечала на реплики отца, довольно колкие и обидные. Было ясно, что она витает где-то, а все, что происходит в этой комнате, волнует ее постольку-поскольку.

Что же случилось на самом деле и неужели этот Бранди действительно имеет какое-то отношение к исчезновению Кристин? Ведь она уже несколько месяцев не общается ни с кем из молодых людей. А тут вдруг такие перемены в поведении! Безумно интересно. А ведь, скорее всего, так и есть. Неужели Принцесса и вправду оступилась? Допустила настолько глупую ошибку? Как было бы чудесно! Кристин, ты ведь можешь посодействовать любимой мачехе, а? Ну молодец, Джейк Бранди, понятливый малый!

Перепалка между дочерью и отцом продолжалась. Вивьен уже немного устала и решила прекратить споры.

- Дорогой, - обратилась она к Джорджу, - я утомилась, давай закончим это обсуждение. К тому же Кристин тоже нужен отдых. Лучшие разговоры - утром.

Вивьен легко встала с кресла.

- Спокойной ночи, милая. - Она хитро улыбнулась Кристин.

- Спокойной ночи.

Джордж вышел вслед за Вивьен, не попрощавшись с дочерью. Дверь закрылась. Кристин обессиленно рухнула на кровать. Кажется, ей предстояла бессонная ночь.

Несмотря на то, что рассвет наступил через пару часов, ночь все же показалась Кристин очень долгой. Из-за вереницы мыслей, тревог и надежд. Из-за предчувствия… счастья? горя? Кристин не знала. Скорее всего, и того, и другого. Не сомневалась девушка в одном: она очень хочет быть рядом с Джейком. До боли, до головокружения. Как могло случиться такое: девушка, живущая в двадцать первом веке, вдруг оказалась в положении средневековой барышни из романтической Италии или Испании?

Действительно, ситуация из шекспировской пьесы: героиня, послушная дочь, хочет быть рядом с прекрасным молодым человеком, абсолютно неугодным родителям. Что там дальше у классика? Кристин в который раз за этот вечер тяжко вздохнула. Нет, такой финал ее абсолютно не устраивал.

С утра Кристин несказанно повезло: она опоздала на завтрак и потому пропустила очередную милую семейную разборку. Девушка была очень благодарна Эйдриану, когда он позвонил ей рано утром с бесчисленными извинениями и просьбой срочно вылететь в Лос-Анджелес. Как всегда, все в последний момент.

Просто прекрасно, что существует журналистика, думала Кристин, вылетая из душа, натягивая самое удобное платье и сопровождая все это попытками подвести глаза, накрасить губы и подсушить волосы: нужно же выглядеть прилично! Моментально засунула в сумку минимум необходимых вещей, так, ничего не забыла? Вперед! Преодолев ступеньки со скоростью курьерского поезда, она выбежала на улицу, где уже ждал «понтиак» Эйдриана.

- Привет.

- Привет.

- Ты, как всегда, прекрасна словно солнце. - И звонкий поцелуй в щеку.

Все, ритуал приветствия соблюден, можно ехать.

Машина плавно тронулась и поплыла в аэропорт. Каждый раз, когда Кристин оказывалась в этом «понтиаке», ее охватывало ощущение надежности и комфорта. Как будто она не едет по шоссе на высокой скорости, а совершает водную прогулку на лодке по озеру. Пару раз она даже засыпала, очарованная этим чувством. Нет-нет-нет, не сейчас! Не спать, не спать! Кристин порылась в ящичке для перчаток и выудила оттуда (именно выудила, отчего-то порядка в этом месте не наблюдалось даже после уборки) диск с ритмичной музыкой.

Перелет, такой же, как и десятки ему подобных, не оставил ярких впечатлений - только мерный гул турбин и уютное тепло надежного плеча Эйдриана.

Через несколько часов мисс Макферсон и мистера Ломана уже встречали в отеле «Сабаи». Наскоро позавтракав, они отправились на встречу. Весь день прошел в суматохе. Новые и старые знакомые, деловые споры и светские беседы - Кристин с головой окунулась в привычную атмосферу. Вечером, вернувшись в гостиницу (наконец-то!), Эйдриан и Кристин шумно обсуждали новинки курортного бизнеса.

Они поселились в одном номере. Кристин ничуть не смущало присутствие рядом, на соседней кровати, мужчины, ведь это был «Истер Оман», как она называла его в детстве по причине проглатывания первых букв в словах «мистер Ломан». Второй отец, который был далеко не так строг с ней. Как часто она делилась с ним своими «страшными тайнами», которые нельзя было доверить одноклассницам! А какие замечательные игрушки привозил он из заграничных поездок!…

В то время как Кристин предавалась милым детским воспоминаниям, Эйдриан тоже думал о прошлом. Но оно не казалось ему безоблачным. Кристин спросила о чем-то, Эйдриан ответил. Невпопад. Мысли его блуждали далеко отсюда. Он смотрел на Принцессу и как бы сквозь нее, и перед ним вновь и вновь проносились картины из той жизни. Жизни, когда Лилиан была жива.

Лилиан… Утонченный, нежный цветок… Хрупкая, светлая.