Виктория Лайт - Рожденный для любви

Орландо был бледен как мел, но голова после первого потрясения уже прояснилась, и его распоряжения были предельно четкими.

— Да, сэр, — кивнул Барнеби.

Дворецкий был потрясен не менее Орландо или Мэри Энн, но, в отличие от последней, сохранил способность здраво мыслить.

Через час весь дом гудел как растревоженный улей. Джон Денвер-старший, мрачнее тучи, заперся в своем кабинете с Джеком и Питером, Алисия билась в истерике, Рональд Блекмур помогал полицейскому инспектору не запутаться в лабиринтах сада и дома Денверов. Присцилла сохраняла редкую невозмутимость, успокаивала оставшихся, на свою беду гостей, утешала слуг, особенно Мэри Энн, которая никак не могла прийти в себя после страшного открытия.

Орландо в который раз подивился стойкости своей бабки. Присцилла старалась делать вид, что не произошло ничего страшного. Это у нее прекрасно получалось, хотя все понимали, что убийство в доме такого известного человека, как Джон Денвер, вызовет интерес у очень многих людей. Тем более еще предстояло выяснить, кто совершил это злодеяние. Джон Денвер-старший был уверен во всех своих домочадцах, но гадкая мыслишка о причастности кого-нибудь из них к убийству нет-нет, да и проскальзывала в его голове.

Орландо бродил по дому как неприкаянный. Скорее всего, он — последний человек (кроме убийцы, разумеется), который разговаривал с Майклом. Тяжело было поверить в то, что только вчера был живой и здоровый человек, а сегодня его больше не существует...

Реддорну бы понравилась эта суматоха из-за него, почему-то подумалось Орландо.

Полицейский инспектор Теренс Брикли был известен на все управление своей обстоятельностью и осторожностью. Он никогда не торопился, любил подолгу обдумывать разные версии и разговаривать сам с собой. Но это дело требовало решительных действий и быстрых выводов. Времени на долгие размышления не было. Убийцу необходимо изобличить до того, как вся неприглядная история просочится в прессу и желтые страницы запестрят лживыми откровениями о респектабельном доме Денверов.

А неприглядностей в деле действительно хватало. Во-первых, сам факт убийства. На таком веселом и достойном празднике, в доме очень уважаемой и приличной семьи. Во-вторых, способ убийства. Не деликатный пистолетный выстрел или, на худой конец, кинжал старинной работы, более приличествующий обстановке, а кухонный нож, всаженный в самое сердце. Орудие убийства, естественно, аккуратно извлекли и направили на экспертизу.

В-третьих, личность покойного. Имя — Майкл Реддорн — инспектору ничего не говорило, но лицо казалось знакомым, а это уже немного настораживало. К тому же его почти не знали в семье Денверов. Как выяснилось, приглашен он был Рональдом Блекмуром, который играл с Реддорном в гольф по пятницам. Короткий разговор с Рональдом, вертевшимся неподалеку, почти ничего не дал. Майкл стал членом клуба сравнительно недавно, мастерски играл в гольф, всегда щедро угощал виски, а больше Рональд ничем особо не интересовался. По словам Блекмура, он до самого последнего момента не собирался звать Реддорна на вечеринку, но его супруга (тут Рональд замялся, и инспектор невольно посочувствовал бедняге) настояла на приглашении.

Инспектор возлагал большие надежды на экспертизу и дополнительную информацию о погибшем. До получения результатов всем гостям посоветовали остаться в доме Денверов, и можно было только догадываться о том, какая там царила атмосфера.

Ночью после убийства Орландо никак не мог уснуть. Мысли, одна страшнее другой, теснились в голове. Возможно, убийцей является кто-нибудь, кого Орландо хорошо знает, кто был приглашен в дом Денверов как друг... Вдруг он услышал, как дверь тихонько скрипнула. В дверном проеме возник неясный силуэт.

— Кто это?

Ввиду сегодняшних событий было простительно, что голос у Орландо немного дрогнул.

— Это я, малыш, — тихо прозвучал ответ.

Силуэт материализовался, и Орландо увидел перед собой Алисию. Прежде чем он успел что-либо сказать, она скинула с себя кружевной пеньюар и нырнула к нему под одеяло. Ее горячее тело обожгло его, и, несмотря на твердое решение порвать с Алисией, Орландо крепко сжал ее в объятиях. Должен же он как-то расслабиться после такого безумного дня. Да и Алисии пришлось сегодня несладко...

Вспомнив о том, что Алисия рыдала так отчаянно, что ее можно было принять за безутешную вдову Майкла Реддорна, Орландо немедленно растерял весь свой пыл. Как он мог забыть о том, что она уже была готова бросить его ради Реддорна?

— Алисия, погоди, — сказал он, с усилием отодвигаясь от женщины. — Сейчас не время...

Она шаловливо рассмеялась.

— Чем же эта ночь отличается от предыдущих? — проворковала она.

Орландо передернуло. Неужели Алисия на самом деле такая бесчувственная?

— Ты разве забыла о сегодняшнем убийстве? — резко спросил он.

Алисия вздрогнула в мнимом испуге и покрепче прижалась к Орландо.

— Это было ужасно, — прошептала она, касаясь губами его шеи. — Но какое отношение это имеет к нам?

Орландо молчал. Он лежал на спине и больше не пытался отстранить от себя Алисию. Она расценила это как хороший знак.

— Противно, что кто-то вздумал испортить нам праздник, — продолжила Алисия, а ее рука в это время гладила Орландо по груди, постепенно опускаясь все ниже и ниже. — Но этим делом пусть занимается полиция, а меня сейчас гораздо больше интересует любовь...

Алисия вновь рассмеялась, и Орландо едва удержался от того, чтобы не выпрыгнуть из кровати. С каждым словом она вызывала в нем все большее отвращение.

— Мне кажется, тебе следовало бы проявить уважение к памяти своего дружка и хотя бы сегодня быть ему верной, — процедил он.

Орландо хотелось уязвить Алисию, поставить на место, а заодно немного отомстить за ее вчерашний бессовестный флирт с Реддорном. Он даже предположить не мог, что его слова будут иметь эффект взорвавшейся бомбы. Алисия подскочила на кровати, словно ей под спину подбросили подушечку с иголками.

— Он мне не дружок! — прошипела она, вцепившись в Орландо.

Он опешил. Не слишком ли быстро Алисия открестилась от своего приятеля?

— Только не надо говорить мне, что ты забыла, как кокетничала вчера с Реддорном, — усмехнулся он, освобождаясь от ее цепкой хватки. — Ты буквально выпрыгивала из платья, и это видели все!

— Это еще ничего не значит, — буркнула Алисия. Ей уже было стыдно за то, что она потеряла контроль над собой. — Майкл Реддорн — один из самых отвратительных людей, которых я знаю... А я знакома с многими подлецами, можешь мне поверить.