Эмили Джордж - Потому что люблю

— Что это ты делаешь? — поинтересовался он, взяв цепочку, сплетенную из медных и никелированных колечек.

— Украшения. Вот это будет пара серег, а вон из того получится ожерелье.

— Симпатично, — одобрил Дэвид, покрутив все по очереди в руках. — И весьма оригинально. Хорошо продается?

— Сейчас не очень, — призналась Джо, пододвигая ему чашку с дымящимся кофе. — Надеюсь заготовить побольше украшений к лету, когда сюда наедут туристы.

Дэвид скинул куртку и сел к столу.

— Так на что же ты живешь?

— Я продала серию скульптур «Времена года» в конце лета.

— Да ведь сейчас наверняка уже мало что от этих денег осталось, — резонно заметил он.

Ей было неприятно обсуждать свое финансовое положение. Не говорить же Дэвиду Пойндекстеру, что она практически не имеет средств к существованию!

— Мне хватает, — довольно неубедительно попробовала объяснить Джо.

— Ты же вправе рассчитывать на материальную помощь. Ну, поскольку ты... — Он почему-то не решался произнести это слово.

— Беременна, — подсказала она, удивившись его замешательству, и отрицательно покачала головой. — Можно было бы обратиться за пособием, но мне не хочется. Пока что я вполне в состоянии справиться сама.

— Все еще предпочитаешь независимость? — насмешливо поинтересовался Дэвид.

— Мне так нравится.

Они помолчали.

— А что... отец ребенка... — вдруг спросил Дэвид совсем иным тоном, — разве он не хочет помочь?

Джо выдержала его проницательный взгляд, ни за что не собираясь раскрывать ему свой секрет.

— Я не намерена обращаться к нему, — твердо сказала она.

— Почему это? — последовал резкий, почти сердитый вопрос. — Он должен чувствовать ответственность. А то, что получается, — сделал тебе ребенка и был таков?

— Мне... мне не нужна его помощь, — объявила Джо, мечтая только об одном: чтобы он прекратил это обсуждение. — Справлюсь сама.

Она замолчала, закусив губу. Дэвид не сводил с нее глаз, всматриваясь, казалось, в самую душу.

— Извини, — произнес он наконец. — Этот тип, должно быть, очень обидел тебя.

— Давай не будем говорить об этом.

Ей хотелось бы сказать, что все гораздо сложнее. Но пусть уж лучше он останется при своем мнении.

— Ты была влюблена в него?

Джо слегка зарделась.

— Нет... не очень, — нехотя призналась она и уставилась в чашку.

— Не очень? Так почему же...

— Эй, что за допрос! — возмутилась она, обрадовавшись возможности перейти в наступление. — Это не твое дело.

— Да, ты права, не мое это дело, — с горечью в голосе признался Дэвид. — Просто я пытаюсь кое-что понять... Когда летом ты дала мне от ворот поворот, я понял, что ты не из тех девушек, которые легко соглашаются на близкие отношения. Выходит, я ошибся?

Джо стало не по себе. Она вся вспыхнула и воскликнула:

— Я не вступала ни в какие отношения! Это было... это была случайность!

Дэвид удивленно поднял брови, а она уже не могла остановиться:

— Мы с ним были хорошо знакомы, но никогда не... В общем, мы в основном встречались всегда в компании, хотя иногда и бывали вдвоем, но как друзья. Никогда не считались парочкой. Он не был, что называется, моим парнем.

— Так как же все случилось?

— Я была пьяной, — откровенно призналась Джо. — То есть не пьяной, а... Выпила я мало, всего пару бокалов шампанского. Мы праздновали день моего рождения. Но днем я приняла анальгетик, потому что обожглась паяльником. Таблетки оказались сильнодействующими, их нельзя было мешать с алкоголем...

Она запнулась — сумеет ли вовремя остановиться? Не выпалит ли ему всю правду?

— Продолжай! — велел Дэвид.

— Мы танцевали на пристани. Дальше я уже не слишком хорошо все помню. У меня закружилась голова, и я сказала, что хочу прилечь... А он отвел меня на свою яхту, в каюту. Кажется, понял мою просьбу по-своему...

— А ты пыталась остановить его?

— Да, пыталась, но ничего не вышло, — грустно ответила Джо и опустила взгляд. — Он не захотел останавливаться.

— Это же форменное насилие. Ты не обратилась в полицию?

— Нет. — Она рискнула посмотреть на Дэвида, но быстро отвернулась — нелегко говорить о таких вещах, глядя ему прямо в глаза. — Боялась, что во всем обвинят меня. Ведь я не смогла бы доказать, что он применил насилие. Поэтому я... постаралась забыть обо всем.

— И это тебе удавалось, пока ты не узнала, что беременна. Так? — Теперь в его голосе звучало сочувствие.

— Да. — Джо вдруг ласково улыбнулась — она посмотрела на свой круглый живот, потом с гордостью положила на него ладонь. — Новость меня сначала просто потрясла. Но потом, когда я пришла в себя, обрадовалась, что стану матерью.

— Обрадовалась?

— Ага. Знаю, все знаю. Будет трудно одной воспитывать ребенка, но я же привыкла обходиться сама. Столько лет справляюсь, а тут не смогу? А когда мне делали ультразвуковое исследование и я увидела на экране своего младенца... Представляешь, он сосал пальчик на ноге! — Джо счастливо засмеялась. — Вообще-то, я не очень хорошо разобралась в этом изображении, но мне так сказали. Я видела только тень, движущееся пятно. Но это было так здорово! Как же мне не радоваться?

— Понимаю...

Наступила неловкая пауза, словно все, что можно было сказать, уже сказано, и никто не знает, как завершить разговор. Тут вдруг Дэвид залпом допил кофе, поставил чашку на стол и взглянул на часы.

— Ну, мне, кажется, пора, — сказал он деловито. — Спасибо за кофе.

Джо кивнула. Взгляд ее мгновенно потух.

— Спасибо, что зашел проведать, — сказала она тоном гостеприимной хозяйки. — Я мало с кем общаюсь.

— Вероятно, я задержусь здесь на пару дней, — сообщил ей Дэвид. — Можно еще заглянуть к тебе перед отъездом в Монреаль?

— Как хочешь, — ответила она, радуясь, что голос ее не дрогнул. — Ах да, счастливого Рождества!

— И тебе счастливого Рождества!

Он посмотрел на свисавшие с потолка самодельные гирлянды — цветы, ангелы, еловые ветви, — искусно вырезанные из бумаги, и улыбнулся своей обаятельной, хорошо знакомой Джо улыбкой.

— Счастливого Рождества! — весело повторил он и вышел.

Джо продолжала сидеть за столом. По ее щеке скатилась слезинка, она смахнула ее, словно прогнала. Какой смысл сожалеть о том, чего никогда не было и не будет. Разве он когда-нибудь предлагал ей нечто большее, чем одна ночь любви? О настоящих чувствах, о долгой привязанности и речи не шло. А этого ей было мало.

В этот момент ребенок зашевелился и толкнул ее в бок. Джо улыбнулась, положив руку на живот.

— Да, малыш, это был твой дядя, Дэвид, — пробормотала она. — Ему неизвестно, что он твой дядя, и было бы очень хорошо, если бы он никогда не узнал об этом.