Дороти Шелдон - Убежденный холостях

Ариадна густо покраснела и руки, огрубевшие от целой недели обмываний миссис Стрип и уборки ее комнаты, убрала на колени, с глаз долой. Если профессор и заметил это, то ничем себя не выдал, просто сидел и ждал. И она негромко заговорила:

– Ну, работа, как вам сказать… Довольно грязная. И потом хозяйка, миссис Брик, она… – Ариадна вдруг принялась рассказывать все, как есть, стараясь не преувеличивать трудности, а к финишу даже развеселилась. – Не думаю, что задержусь там надолго, кто-то, кажется кузина хозяйки, должна прибыть для присмотра за старой леди. Надеюсь, следующая работа будет лучше хотя бы потому, что хуже не бывает.

Официантка принесла заказанное, и профессор оставил ее рассказ без комментариев. Ариадна ела омлет с аппетитом, потом отдала должное слоеным пирожным, поданным на десерт, и, так как профессор, казалось, потерял интерес к ее работе, тоже почти ничего не говорила. Когда же подали кофе, профессор в своей обычной холодноватой манере заметил:

– Само собой разумеется, что вы не должны больше ходить к этой женщине. Я заеду в агентство и устрою так, что вас с сегодняшнего дня освободят от этой ужасной работы.

Ариадна ошеломленно взглянула на него.

– О, пожалуйста, прошу вас не делайте этого. Я… Нам так нужны деньги… – Она готова была откусить себе язык за сорвавшиеся с него слова и начала оправдываться: – Обычная работа… Собственно, я имела в виду…

– Я знаю, что вы имели в виду, Ариадна!

Сама она тотчас забыла, что имела в виду, и удивленно воскликнула:

– Вы назвали меня по имени?

– Надеюсь и дальше называть вас так, если позволите, – ответил он вежливо. – А теперь я хочу, чтобы вы меня выслушали, и умоляю, не перебивайте.

– Хорошо, попытаюсь. – Она взяла кофейник и наполнила обе чашки. – Но только если вы уж очень удивите меня чем-нибудь, я не знаю…

– Удивить я вас могу, но надеюсь, это не покажется вам слишком уж обидным.

Ариадна взяла чашку, отпила – кофе был восхитителен – и про себя отметила, что рядом с профессором ей радостно и спокойно. Но только что же он собирается ей сказать? И, прежде чем она начала о чем-либо догадываться, профессор заговорил, причем тоном, каким обычно люди рассказывают истории, к ним прямо не относящиеся.

– Я решил жениться, Ариадна. Хотя до сих пор был вполне удовлетворен своей жизнью: работа, друзья, вполне налаженный размеренный быт… Но вот я стал замечать, что нуждаюсь в близком, добром друге, в ком-то, кто войдет в мой дом, выслушает меня, поинтересуется моими делами… Раньше, подобно большинству людей, я надеялся, что в один прекрасный день встречу женщину, которую смогу полюбить, и буду жить с ней счастливо, но этого со мной не произошло. Я уже не мечтаю о чем-то столь роскошном, как любовь до гроба; в конце концов, множество браков по любви распадаются, принося людям одно горе, в то время как брачный союз, основанный на взаимном уважении и совместимости, может оказаться весьма удачным…

Профессор вдруг умолк и очень серьезно посмотрел на Ариадну, взиравшую на него с легкой улыбкой на устах.

– Почему вы все это рассказываете мне? – прошептала девушка.

– Я счел необходимым, дорогая Ариадна, сначала объяснить вам свои чувства, а уж потом предложить вам стать моей женой. – Она очень осторожно поставила чашку на блюдце, и он продолжил: – Возможно, я удивил вас, Ариадна, но, надеюсь, ничем не обидел.

– Нет, не обидели. Мне еще никто не делал подобного предложения. Предложение, мне кажется, ни одну девушку не может обидеть.

Но все же кое-что в монологе профессора ее задело. А именно, откровение о том, что у него не осталось надежды на любовь до гроба. Если вдруг она и выйдет за него замуж, что маловероятно, то ей придется заставить его взять свои слова обратно, непременно заставить, пусть на то и годы уйдут. Уж по одной этой причине стоило выйти за него замуж…

Мимолетное видение коленопреклоненного профессора, просящего у ее ног прощения, возникло в сознании Ариадны, но сразу же исчезло. Чувствуя, что он внимательно и вопрошающе смотрит на нее, она подняла глаза и без особого смущения встретила его взгляд.

– Я не шучу, – сказал он.

– Возможно. Но вы ведь ничего обо мне не знаете!..

– Я знаю о вас достаточно, а изучить остальное у меня еще будет время, разве не так? Но вы, Ариадна, именно та женщина, которая мне нужна.

– Да, возможно, но вы ведь не любите меня, – прямо сказала она.

– Возможно, и не люблю, но мне приятно быть с вами. Вы так спокойны и рассудительны, я чувствую, что вы станете прекрасной женой для мужчины, который много работает, вечно опаздывает к ужину, которого внезапно вызывают в больницу, который часами сидит в кабинете… Все в вас соответствует образу такой супруги, так что говорить о пылкой любви особой нужды нет: привычка может перерасти в привязанность, а это для брака более надежная основа, чем любовь, не так ли?

Ариадна не нашла, что возразить. Но любовь она понимала, как нечто необходимое в браке: если человек любит другого, то преодолеет все, лишь бы остаться с любимым.

– Я не надеюсь получить ответ сразу, я понимаю, что вы должны подумать. Возможно, захотите посоветоваться с отцом.

Она покачала головой.

– Нет. С ним – нет. Видите ли, они предпочли бы, чтобы я осталась с ними, вела дом, заботилась о них. Когда я сама приму решение, тогда и сообщу им – отцу и Мэрион.

Профессор развел руками.

– В любом случае мы сходим в агентство, и я устрою, чтобы вас освободили от той работы, которую вы исполняете сейчас. Возможно, они найдут способ кем-то вас заменить. Что бы вы ни решили по поводу моего предложения, я не могу позволить вам работать у этих неприятных людей.

– Но, послушайте, я… – начала было Ариадна, но Мелвилл вежливо прервал ее.

– Нет, Ариадна, извините, но я должен настоять на этом. Если даже вы откажете мне, я постараюсь хотя бы найти для вас более подходящую работу. И желательно, чтобы эта работа была подальше от вашего дома…

Ариадна серьезно спросила:

– Вы думаете, это реально?

– У меня много знакомых, и поэтому я имею возможность помочь вам. – Он улыбнулся. – Но все же я не теряю надежды, что вы согласитесь принять мое предложение.

Он попросил счет, они вышли и сели в машину.

– Сначала – в агентство, а потом я отвезу вас домой, – сказал он безоговорочным тоном, но, встретив ее вопросительный взгляд, добавил: – Не беспокойтесь, пока вы не примете решение, я не буду настаивать на встрече с вашим отцом.

В агентстве Ариадна не могла не признать, что профессор производит на людей сильное впечатление. Он был убедителен во всем, что говорил, и через десять минут добился, чтобы Ариадне выплатили недельное жалованье, после чего взял ее под руку и вывел из конторы, игнорируя любопытные взгляды служащих, провожающие обоих. А ошарашенная таким поворотом событий Ариадна этих взглядов просто не видела.