Кара Уилсон - От судьбы не уйдешь

Она чувствовала… Бог знает что она чувствовала. Она чувствовала, что ее что-то гнетет, пугает и заставляет плакать.

Может быть, если сесть в машину, то удастся освободиться от этого гнета? Может быть, на машине можно уехать туда, где мир и покой?

Мэдж не удивилась этим нечаянным мыслям. Они приходили к ней и раньше. Соблазняя ее. Вызывая грешное желание сдаться, как сдался Сэм. Она так устала от страданий. От необходимости держаться. От снов, в которых были лица и тянущиеся к ней руки.

О, Сэм, подумала она с глубокой печалью. Хотелось бы мне суметь сказать, что я тебя не поняла…

Снаружи, во мраке, у старого дуба вспыхнула спичка. В течение нескольких секунд Мэдж видела черты лица Майкла, резкие, сильные и обманчиво бесстрастные. Глядя на такое лицо, никогда не заподозришь в человеке скрытую силу чувств и глубину сострадания.

Она почувствовала страстное, жгучее влечение к нему. Ей захотелось сбежать вниз по ступенькам, как бывало в девичестве, раствориться в его объятиях. Почувствовать силу мужских рук и сладостную дрожь желания.

Но в то же время ей хотелось как можно дальше убежать от него. Он собирался причинить ей вред. Он собирался выпустить на свободу демонов, которые сокрушили Сэма, и она не должна была этого позволить. Нельзя позволить ему подвергать опасности своих детей.

А он мог. И уже подверг. Она думала о пикнике и позабыла о дне рождения Джонни, чего не бывало никогда в жизни.

Ей бы следовало выйти и сказать ему, чтобы уезжал. Но вместо этого Мэдж сидела у окна до тех пор, пока не заалел восток и не запели птицы. Тогда она увидела, что Майкл спит стоя, привалившись спиной к стволу дерева.

— Вы уверены, что в состоянии вести машину? — спросила она его несколькими часами позже.

Майкл, возившийся с ремнем безопасности, поднял глаза.

— Обещаю, командир.

— Но вы же не спали!

— Спал. И хорошо спал.

— Вам было жарко, сыро и беспокоили муравьи.

— Если вы это видели, значит, сами не спали. Выходит, я спал больше вас.

Она не ответила, поймав взгляд Джесс, которая хихикнула, приплясывая у ресторана в своих джинсовых шортах и яркой светло-зеленой блузке. С тех пор как Мэдж допустила ошибку, рассказав ей о намеченном путешествии, она только о нем и болтала. Джонни же, напротив, хранил гордое молчание. Он и сейчас, не проронив ни слова, принял от Персика тяжелую корзину и многочисленные напутствия. Джесс снова захихикала.

Они сидели на передних сиденьях седана, который Майкл арендовал на сегодня, так как ни его, ни ее спортивные машины не вмещали столь многолюдной компании.

— Мэдж, признайтесь честно: вам не хочется ехать? — спросил Майкл.

Она порывисто откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

— Мне хочется только одного — спать.

— Поехали, Мэдж, — настаивал он. — Когда вы последний раз брали отгул?

— Перед самым рождением Джонни.

— Ну вот! Сегодняшний день — для веселья. Никаких хлопот и забот. Мы устроим праздник лета, идет?

Она снова открыла глаза и увидела, что его взгляд горит заразительным блеском.

— В вашей семье все такие настырные? — сухо спросила она.

Он ухмыльнулся пиратской улыбкой.

— Подождите, я еще не разошелся! И не смейте мне перечить, вам сегодня все равно нечего делать.

— Нет, кое-какие дела есть. И есть люди, с которыми надо бы встретиться.

Он пожал плечами.

— Ну и что они вам сделают, если вы сегодня не появитесь? Обрежут волосы и пошлют во Вьетнам? Расслабьтесь, девушка!

Ей вдруг захотелось подчиниться его настроению, расслабиться, засмеяться, сбросить сковывающие ее путы.

— И вот еще что я вам скажу, — продолжал Майкл. — Мы сегодня так нагуляемся, что оба будем спать без задних ног.

Мэдж увидела в этом заявлении подтекст. Она разглядела в нем приглашение, то ли сознательное, то ли нечаянное. Теплая волна прошла по ее телу. Это ощущение удивило ее, так как она хорошо знала, что оно не должно было возникнуть.

— Звучит заманчиво, — ответила Мэдж и смутилась. И чувствовала встречное отчаянное желание подчиниться ему.

Больше всего ее удивляло, что он все понимал без всяких объяснений. Майкл поднял руку и провел по ее щеке костяшками пальцев, словно предупреждая, что скажет что-то очень важное.

— Хотите верьте, хотите нет, но я раньше не спал с муравьями, потому что боялся. А теперь вот сумел.

— Но это трудно, — заметила она.

— А разве легче выпивать каждый вечер полбутылки вина, чтобы заснуть?

— Я не нуждаюсь в вине, — машинально произнесла она, как произносила каждый раз, открывая бутылку.

— Эй, так вы нас берете или нет? — крикнул Джонни, подходя вместе с Джиной.

Майкл ласково улыбнулся.

— Конечно, — весело сказал он. — Сегодня все для детей. Сегодня мы все — дети!

Мэдж боролась со слезами, подступившими к глазам. Она не знала, чего ей хочется. Она не знала, к чему готова. Она только знала, что тот, кто послал Майкла Джордана, послал ей чудо.

Она сидела рядом с ним, наслаждаясь близостью, впитывая его ауру, как сухая почва впитывает влагу.

Джесс смеясь подскочила и распахнула заднюю дверцу:

— Залезай, Джонни!

— Залезай, Джесс!

— Залезаем! — крикнула Джина, и они горохом попрыгали на заднее сиденье. Запахло жареными цыплятами и свежими булочками. Какие прекрасные запахи и звуки! Мэдж снова зажмурилась. Отогнала слезы. Взяла себя в руки. И вдруг, к своему крайнему изумлению, обнаружила, что под этим водоворотом чувств таилось предвкушение.

Ей действительно хотелось поехать с Майклом на побережье.

— У кого маршрут? — осведомился он, включая зажигание.

— Вот он! — пропела Джесс, помахивая атласом дорог. — Посмотри его, мама!

— Нет, Джесс. Сама посмотри. И, послушайте, вы должны…

— Застегнуть ремни! — хором гаркнули Джесс и Джонни, как они всегда делали с тех пор, как достаточно подросли, чтобы пародировать мамины наставления.

— А что говорил Персик? — спросила Мэдж.

Джесс фыркнула. Джонни покраснел.

— Ничего, — сказал он.

— Он сказал, — доложила Джесс, в то время как машина выезжала на дорогу, — что Джонни должен вести себя с матерью как джентльмен, а…

— Джесс!

— …с девушкой — как священник.

Напряжение спало. Мэдж перегнулась назад, чтобы потрепать огорченного сына по голове, и заметила, что Джина покраснела почти так же сильно, как и он.

День начался замечательно. Смех и нестройное пение заполнили машину. Планы пересматривались с удивительной быстротой. К тому времени, как они достигли моста через Чезапикский залив, были уже отброшены проекты ехать прямо в Ки-Уэст, сесть на теплоход до Нассау и найти аэропорт, где дают уроки планеризма. Майкл развлек всех историей о доме, который он построил для человека, мечтавшего жить, как Элвис Пресли, а Джина рассказала интересную историю о том, как ее отца покорнейше просили никогда больше не петь в церкви. Все так смеялись, что Мэдж даже не заметила, как Джонни вертел головой, чтобы рассмотреть толчею на Норфолкской военно-морской базе, когда они проезжали мост через Хэмптон-Ярд.