Джоанна Рид - Анонимное письмо

— Стейси, — обратился к ней Пол, — это мисс Харрисон. Ты уже приготовила ей комнату? Хорошо. Тогда проводи нашу гостью наверх. Мне кажется, ей нужно принять ванну и хорошо отдохнуть.

Он бросил нежный взгляд на Китти, и та с удивлением уловила в нем тень сочувствия.

— Иди со Стейси. Я поднимусь с твоим багажом минутки через две.

Китти пошла вслед за экономкой и вскоре очутилась в небольшой уютной спаленке с видом на просторный фруктовый сад. Окна были широко распахнуты, и вечерний ветерок, доносивший с улицы нежные ароматы цветов, раскачивал легкие шелковые занавески. Китти опустилась в широкое, мягкое кресло и бессильно уставилась на потолок, украшенный лепным орнаментом.

— Все в порядке? — поинтересовался появившийся на пороге Пол. Он обратился к Китти, но та сразу не заметила вошедшего, и за нее поспешно ответила Стейси.

— Да. Я как раз собиралась показать мисс Харрисон звонок на тот случай, если ей понадобится помощь прислуги.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул он, — мы будем ужинать через полчаса.

Стейси подтвердила, что к тому времени все будет готово, и покинула комнату, оставив молодых людей наедине. Наверное, такие отношения, как у них, связывают двух солдат, которые когда-то были злейшими врагами и бились друг с другом насмерть, а потом война кончилась, и оказалось, что и поводов для раздора не осталось, и делить им больше нечего, подумала про себя Китти. А вслух сказала:

— Я не голодна.

— И все-таки постарайся перекусить. А почему бы тебе до ужина не принять душ! Уверяю, будет лучше. Я вернусь через двадцать минут и провожу тебя в столовую. — Немного помолчав, Пол добавил. — Послушай, не нужно расстраиваться раньше времени. Может быть, Глория действительно удочерила тебя. Взяла из детского дома, например, а потом побоялась рассказывать об этом. Люди часто делают ошибки, думая, что совершают благо.

— Но ты говорил… — тяжело вздохнув, начала было Китти.

— Я много чего мог наболтать сгоряча, — быстро перебил ее Пол, — для меня это было такое же потрясение, как и для тебя. Не будем спешить. Сейчас мы еще не в состоянии утверждать что-нибудь определенное. Мы только собираемся разобраться во всем до конца. И если окажется, что ты действительно Кэролайн, я обязательно сообщу об этом Луизе и сэру Роберту.

Что случилось? Почему вдруг к ней совсем другое отношение? Неприятная догадка пронзила Китти.

— А ты такой добрый и заботливый потому, что я могу оказаться Кэролайн, да? Интересно, что бы ты сказал бедной, ничего собой не представляющей Китти Харрисон? — гневно выкрикнула она.

Пол отшатнулся от нее и отступил на шаг. В его глазах появился холодный блеск.

— Ты устала, Китти. У меня был тоже нелегкий день. Не заходи слишком далеко. У тебя осталось пятнадцать минут на все приготовления. И не вздумай отказаться, а то мне придется силой заставить тебя спуститься вниз!

Он быстро вышел, громко хлопнув дверью, и Китти осталась одна. Через четверть часа Пол потащит ее на ужин. Значит, за это время ей нужно успеть набраться сил и привести себя в порядок. Боже! Как ей восстановить тот мир, в котором она жила всю жизнь и который рассыпался на части сегодня днем, над могилой Сьюзен Харрисон? Или… или стоит построить новый?

Китти неловко поднялась с кресла и направилась к дорожной сумке…

Было почти пять утра, когда она окончательно оставила тщетные попытки заснуть. Светало, и Китти любовалась у окна видом фруктового сада, окутанного утренней синеватой дымкой, но еще не тронутого лучами восходящего солнца. В первый раз за ночь она не думала о происшедшем. Через несколько минут в комнате стало прохладно, и Китти нехотя закрыла ставни. В стекле замаячило бледное отражение: женщина-привидение, закутанная в атласные и шелковые ткани цвета слоновой кости. Китти сначала испугалась призрака, но потом начала понемногу узнавать знакомые черты в неясном, почти эфемерном образе.

— Кто ты? — прошептала она и замерла в ожидании ответа, но таинственный образ даже не шелохнулся.

И в этот напряженный момент за ее спиной раздался резкий звук открывающейся двери. Она вздрогнула от неожиданности и повернулась навстречу… Полу Рэнделлу, появившемуся на пороге. Он держал в руках стакан с какой-то жидкостью, который протягивал Китти.

— Ты ходишь по комнате и не можешь успокоиться. Выпей немного, это горячее молоко и бренди. Тебе будет легче уснуть. — Его низкий голос слегка дрожал.

Китти хрипло рассмеялась.

— Пожалуй, стоит, — произнесла она, внимательно посмотрев на Пола и заметив, что он так и не переоделся после их совместной вчерашней трапезы, такой расслабляющей и спокойной, что Китти справедливо считала ее единственно приятным событием за день. — Ты тоже не спал?

Пол пожал плечами и вяло провел рукой по волосам.

— Я работал. Мой кабинет находится как раз под этой спальней, поэтому я все время слышал твои шаги.

— Ох, прости. Я не хотела беспокоить тебя, — быстро извинилась Китти, чувствуя себя виноватой.

— Ничего. Я все равно придумал бы какой-нибудь нелепый предлог и поднялся к тебе. Ты же знаешь, что один только твой вид возбуждает меня.

Сердце Китти неистово забилось.

— Но за ужином… — только и смогла пролепетать она.

Пол стоял рядом и теперь неторопливо провел пальцем по ее щеке, губам.

— Я дал тебе время на передышку, — тихо сказал он.

Ком в горле мешал ей спокойно говорить.

— И мне нужно еще! — воскликнула Китти.

Пол медленно покачал головой.

— Нет. Больше не могу я. Ты настолько соблазнительна, что я не в силах ждать и минуты, — решительно признался он.

Китти ясно ощущала необыкновенное тепло мужского тела, чувствовала, что он не хотел и не мог сдерживать охватывающее его желание. Глаза Пола сверкали такой страстью, о существовании которой она даже не подразумевала. Но Китти все еще сопротивлялась, хотя поражение казалось ей сейчас желаннее и милее всего.

— Но почему? Почему ты пришел сюда именно в тот момент, когда мне и так трудно?

— Но мы не можем заставить замолчать наши чувства, даже если ты отказываешься признать их.

Китти нервно усмехнулась.

— Тебе так легко говорить! Тебе ведь не приходилось глядеть в зеркало на свое отражение и думать, что вся твоя жизнь была ложью от начала до конца!

Но Пол словно не слышал ее. Он откровенно любовался ею, обволакивая своим взглядом, и, когда вдруг резко привлек к себе, она боязливо повиновалась.

— Я до сих пор не могу поверить в это: женщина, которую я хочу больше всего на свете, стоит передо мной, и, видит Бог, жаждет быть со мной. Китти, — прошептал он, — попытайся понять меня, — мягко настаивал Пол, и его чарующий голос мешал здраво рассуждать.