Элизабет Дьюк - Девушка из сказки

Тарин надеялась, что гости быстренько уедут, а Майк до тех пор останется в машине. Но Кристалл остановилась как вкопанная и не отрываясь смотрела на водителя. Даже в наступающей темноте было видно, как побледнело ее лицо.

— Кто это? Тарин, кто твой гость? — В одно мгновение Кристалл подскочила к девушке. В пронзительном взгляде темных глаз мелькнул опасный хищный огонек. — Это ведь Майк О'Мелли, да?

Глаза Кристалл, казалось, выпытывали, что делает здесь ее бывший жених, да еще в такое время! Тарин показалось, что она услышала ее мысли. Если Майк настолько глуп, что попал под очарование хромой утки, то только из-за ее сходства с любимой Кристалл!

— О'Мелли покупают у меня участок земли, — спокойно ответила она, не упоминая о предложении Майка пообедать. Только бы он не вышел из машины с коробкой пиццы и бутылкой вина! — А днем мы оба слишком заняты.

Дверца «лендровера» распахнулась, и Майк выбрался наружу. Без коробок и бутылок. Тарин с облегчением перевела дыхание. Но стоило ей увидеть его, как сердце бешено забилось. Темные волосы, спутанные более обычного, придавали Майку дикий и необузданный вид. Он направился прямо к ним, но сумерки надежно скрывали выражение его лица.

— Добрый вечер, Кертис… Кристалл… — Мельком взглянув на бывшую невесту, Майк протянул руку Кертису, который, поколебавшись мгновение, ответил крепким рукопожатием. — Не ожидал увидеть вас здесь.

— Мы смотрели быка мисс Конвей, — резковато отозвался Кертис. — И понятия не имели, что встретим вас.

— Майкл! — звонко воскликнула Кристалл. Ее длинные пальцы с ярко накрашенными ногтями легли на плечо мужчины. — Не верю своим глазам. Это в самом деле ты? Ты вернулся домой, Майкл?

Тарин опешила от перемены, происшедшей в гостье. Кристалл вся лучилась светом, радостью, игривым обаянием. Если Майкл видел ее только такой, не удивительно, что он влюбился без памяти.

— Я слышала, Майкл, твоя работа увенчалась успехом? — ласково продолжала Кристалл. — Ты, кажется, сколотил целое состояние на этом хитроумном устройстве собственного изобретения… как его там… опять вылетело из головы…

— Выходит, теперь, когда я разбогател, ты заинтересовалась моей работой? — спросил Майк сухо.

— О, Майкл, милый, — промурлыкала женщина, ее наманикюренные пальчики запорхали по его щеке, — не сердись, что меня немного раздражали разговоры об открытии нового способа борьбы с вредителями. Все-таки, согласись, химические разбрызгиватели не самая подходящая тема для беседы на званом обеде. Я упрекала тебя только за это, дорогой. Но я никогда не переставала гордиться тобой, Майкл. Я восхищаюсь, что тебе удалось завоевать признание. Весь мир пользуется твоим изобретением. Кто бы мог подумать?!

— Действительно, кто? — с горькой иронией переспросил Майк. — Чтобы внедрить изобретение, мне пришлось очень много работать, Кристалл, не щадить ни себя, ни других.

— Я знаю, Майкл. — Глаза Кристалл обдали его восхищением. — Ты достоин успеха. — Она понизила голос до шепота. — Я понятия не имела, что ты вернулся. Мне приходится быть осторожной из-за твоего отца. Он никогда не любил меня и как-то даже отказался впустить в дом… — Она заливисто рассмеялась, словно ее забавляло, что есть люди, которые не спешат припасть к ее стопам.

— Поэтому ты решила допросить моих соседей. Мило, ничего не скажешь, — усмехнулся Майк и высвободился из ее объятий. Казалось, его не тронул ни теплый прием, ни редкостное обаяние.

Тарин с горечью подумала, что его стальная выдержка не более чем маска вежливости. Ведь Майк поддался ее чарам прошлым летом!

Кертис Банистер уже стоял у машины и держал дверцу открытой. Его взгляд ясно говорил дочери, что им пора. Однако Кристалл не могла уехать ни с чем.

— Майкл, не будь таким жестоким. — Она очаровательно надула губки. — Я приехала в Фернли за компанию с отцом. Ты же знаешь, мы любим вместе вести дела. Ну и естественно, Майкл, когда я поняла, что мисс Конвей твоя соседка, то не выдержала и спросила о тебе. — Улыбка осветила ее лицо. — Я не могла противиться желанию узнать, что у тебя нового, как идут дела и…

— Не женился ли я, — холодно продолжил Майк. — Между прочим, как поживает твой муж?

— Ах, Майкл, я оставила его. Мое замужество было ужасной ошибкой. Ты даже не представляешь, что это был за кошмар. Мой бывший муж — просто какой-то автомат по подсчитыванию денег. Я хотела забыть тебя после нашей глупой ссоры. Но не смогла. Майкл, мы не должны были расставаться! — Она пристально смотрела на него. Глаза цвета эбенового дерева выражали светлую печаль, волосы живописно рассыпались по плечам. — Я слишком поздно поняла, что мы созданы друг для друга…

У Тарин остановилось сердце. Кристалл словно забыла о присутствии постороннего человека. Или, наоборот, слишком хорошо помнила. Не желая дольше слушать ее излияния, Тарин повернулась, чтобы уйти. Но ее остановил голос Майка:

— Подождите, Тарин. Я иду с вами.

Но Кристалл не замолкла. Сдавленным, почти рыдающим голосом она выкрикнула:

— Ты не можешь обвинять меня в измене мужу, Майкл! Его осудили за мошенничество. Ради Бога, поверь мне!

— Так ты бросила его, когда он скатился вниз? — Майк глянул на нее с каменным лицом.

— Все равно я собиралась разводиться с ним, — заявила Кристалл, — я никогда не любила его. Я всегда любила только…

— Спокойной ночи, Кристалл. Тебя ждут, — решительно оборвал ее Майк.

Шагнув к Тарин, он обнял девушку за талию и развернул в сторону «лендровера». Тарин стало немного неловко, словно ее использовали. До сих пор при встречах Майк не делал попыток обнять ее. Может, он просто хочет вызвать ревность у бывшей невесты?

— Давайте-ка заберем из машины вино и блюда из китайского ресторанчика, — заговорил он как ни в чем не бывало. Куда девалась неприветливость и грубость его тона? — Я расскажу за обедом, как оперировали отца и все, что касается…

«…моей бывшей невесты», — мысленно договорила за него Тарин. И ошиблась.

—…моего нового дела.

— Прекрасно. — Тарин удивилась сухости своем голосе.

Глава девятая

— Вы видели отца? — спросила Тарин после того, как было покончено с китайскими салатами под кисло-сладким соусом. Жареный рис, ягненок по-монгольски и тушеные овощи еще разогревались в духовке.

— Видел. Он пока очень слаб и лежит под капельницей. Но, к счастью, боли прекратились и отец выглядит гораздо лучше.

— Замечательно.

На этот раз они ужинали в маленькой комнате, которую Тарин в шутку называла своим логовом. Хозяйка и ее гость сидели в низких уютных креслах. Тарелки громоздились на коленях, а бокалы стояли на широких подлокотниках. Небольшая комната с мягким ковром и книжными шкафами вдоль стен больше подходила для дружеского обеда, чем кухня. Тарин хотелось создать комфорт и уют во время разговора. Она жалела только, что свет слишком яркий.