Натали Старк - Семейные секреты

— Боялся, что они узнали о наших планах и заперли меня в темном чулане? — со смешком спросила Марианна.

— А такое возможно? — заволновался Питер.

— Конечно нет! — воскликнула Марианна.

— Ты уверена? — не унимался Питер.

— Уверена.

— А все-таки, если ты долго не будешь звонить и отвечать на мои звонки, я, пожалуй, отправлюсь тебя выручать.

— Ты меня пугаешь.

— Да, я очень грозный. Как у тебя дела? Есть какие-нибудь успехи.

— Нет, — вздохнула Марианна. — Никаких успехов. Скорее наоборот.

— Как это — наоборот?

— Я такая бестолковая! — воскликнула Марианна.

— Не надо на себя наговаривать. Ты у меня умница. И красавица. А еще…

— Питер, не отвлекайся, — перебила его Марианна. — Я бестолковая, потому что совсем забыла про кольцо.

— Ох, — выдохнул Питер. — Они заметили?

— Еще бы. За обедом только и говорили о моей помолвке. Замучили вопросами.

— И что ты им отвечала?

— Я как-то выкрутилась. Сказала, что мой жених уехал в Аргентину и неизвестно, когда вернется.

— В Аргентину? Интересно, почему именно в Аргентину?

— Сама не знаю. Как-то само вырвалось. А потом еще мама пришла ко мне в комнату, чтобы поговорить по душам.

— Да, это уже сложнее, — с пониманием произнес Питер.

— Все прошло не так уж плохо. Я сказала, что у меня все в порядке. Но она, по-моему, подумала, что я со своим женихом поссорилась. И приехала в «Дубы» залечивать раны.

— Может, это и хорошо, — задумчиво произнес Питер. — Меньше будет вопросов.

— Может, и так, — согласилась Марианна.

— Я очень хочу тебя увидеть, — произнес Питер страстным шепотом. — Очень-очень. Давай встретимся где-нибудь.

— Только не сегодня. Будет очень подозрительно, если я исчезну в первый же вечер. Так что придется отложить нашу встречу на завтра.

— Я не доживу до завтра, — простонал Питер.

— Думаешь, мне легко? Кстати, а как дела у тебя?

— Да пока никак, — вздохнул Питер. — Наверное, я действовал слишком осторожно, разговоры заводил издалека. Никто даже приблизительно не догадался к чему я веду. Так что успехов никаких. Но сегодня вечером, раз уж мы не можем увидеться, я постараюсь добиться хоть каких-нибудь результатов.

— Я тоже, — решительно произнесла Марианна.

— Я тебя люблю с каждым днем все сильнее, — прошептал Питер. — Даже не знаю, как такое может быть.

— А я… — начала Марианна и замолчала. — Мне так грустно без тебя, — выговорила она еле слышно, — что хочется плакать.

— Не надо плакать, — испугался Питер. — Давай я сейчас же приду.

— Питер, ты забыл?!

— В какой-то момент забыл.

— Я не буду грустить, — решительно произнесла Марианна. — Я буду действовать. И начну прямо сейчас.

— Ну, тогда удачи тебе!

— И тебе тоже.

Марианна решила не ходить вокруг да около, а сразу взять быка за рога. Она подсела к деду, который наслаждался своей трубкой в кресле возле дома.

— Послушай, дед, а с чего началась эта вражда с Колменами? Что наши предки не поделили?

— А тебе зачем? — Дед повернулся к ней и посмотрел на нее с подозрением.

— Просто интересно, — спокойно ответила Марианна. — Мне вообще интересна история нашего рода. Может, я даже займусь исследованиями. Сейчас это модно.

— Модно, — проворчал дед. — А если модно будет штаны на голову надевать, ты тоже будешь так делать?

— Ну ты сказал! — рассмеялась Марианна. — При чем здесь штаны?

— А при чем здесь Колмены?

— Не хочешь, не говори, — надулась Марианна. Когда она была маленькой девочкой, ее надутые губы всегда действовали на деда. — Если это какая-то страшная тайна, то мне совсем не интересно.

— Так уж и не интересно, — подмигнул ей дед.

— Ты специально меня дразнишь?! — воскликнула Марианна.

— Есть немного, — согласился он. — На самом деле никакой тайны нет. Мой прапрадед построил на реке мельницу. Чтобы не ездить зерно молоть за десять миль. А Колмен ему и говорит: «Я тоже буду на твоей мельнице молоть». На что наш ему отвечает: «Мели на здоровье, с тебя как с соседа буду за это брать меньше, чем с других». А Колмен: «Да твоя мельница одним своим углом на моей земле стоит! Так что она частично моя. И молоть я на ней поэтому буду бесплатно!»

Марианна с интересом наблюдала за воображаемым диалогом, представленным дедом в лицах.

— Видала, какой фрукт! — продолжал дед, — Колмены всегда хитрые были. Себе на уме. Ну, слово за слово, дошло у них до драки. «Не будешь ты на моей мельнице молоть!» — кричит наш. «Не будет твоя мельница на моей земле стоять!» — орет Колмен. Тут и сыновья их подоспели, и другие помощники. Настоящая война началась. Кому глаз подбили, кому нос расквасили. В конце концов ночью Колмены мельницу подожгли. А наши потом их амбар спалили. С тех пор и враждуем, — закончил дед.

— И что, никогда никаких перемирий не было? Так три веки и враждовали без передышки?

— А ты как думала! За такие-то дела… В то время у Колмена дочка была, красавица, говорят. Так сын Тэмплтона за ней ухаживал, жениться собирался. А после этого случая с мельницей какая уж женитьба.

— И что с ними стало? — с тревогой спросила Марианна.

— С кем? — не понял дед.

— С сыном Тэмплтона и с дочкой Колмена?

— А что им сделается? — Дед пожал плечами. — Он потом вроде бы на другой женился, а она в монастырь ушла. Тогда так принято было.

— Да уж, — вздохнула Марианна. — Просто триллер какой-то.

— А ты думала, — горделиво произнес дед. — В былые времена много разных историй случалось. Как-то рассказывал мне мой дед…

— И что, — перебила его Марианна. — Вот ты, например, до сих пор по-настоящему злишься на Тэмплтонов за ту мельницу?

Дед посмотрел на нее с удивлением.

— По-твоему, мельница — это хухры-мухры? Это же… построить надо, камня сколько привезти, жернов, стены, наладить все… А потом все равно пришлось за десять миль ездить. — Он покачал головой.

— Дед, да это было триста лет назад! — воскликнула Марианна. — А ты рассказываешь так, будто сам эту мельницу строил!

— Сам не строил, но очень хорошо представляю, — проворчал дед. — А ты чего на меня накинулась? — подступился он к Марианне. — Ты на стороне Колменов, что ли?

— Да нет, — пробормотала она. — Просто мне кажется, это глупо…

— Ишь ты, умная какая выискалась! — вспылил дед. — Глупые мы, видишь ли, для нее.

— Я этого не говорила.

— Совсем молодежь распустили, — продолжал дед. — Никакого понимания и уважения.

— Да я тебя уважаю, — Марианна встала и похлопала деда по плечу. — И понимаю. А вот ты меня никогда не поймешь, — добавила она тихо, уже отойдя от кресла деда.